Секрет потерянной туфельки - Кэролин Зейн

Пока он искал нужный раздел, Элла пробежала глазами так встревожившую Клайда заметку. Да, правительство направило своих представителей в их район, и те должны были наблюдать за неукоснительным исполнением налогового законодательства мелкими предпринимателями. Это всего лишь нововведение, но Клайд, по своему обыкновению, делает из мухи слона.

— Эй, Беби! — окликнул ее Клайд. — Небось и не слыхала — в штате Нью-Джерси запрещается в общественных местах с шумом хлебать суп?

— Нет, не слыхала. — С рассеянной улыбкой просматривая газету, Элла дошла до колонки светских новостей.

— А вот еще: в Канаде запрещено садиться в самолет, находящийся в полете! А это и того лучше, — хихикнул Клайд, — в штате Орегон не разрешается привлекать к работе в качестве присяжных заседателей покойников, а в Неваде работники бюро ритуальных услуг не вправе употреблять возле тела умершего ругательные выражения. Обхохочешься!

— Ммм. — Элла лишь кивнула в ответ, продолжая изучать газету. И вдруг на другой стороне разворота ей бросилась в глаза фотография.

С газетной полосы на нее смотрел Мак, но в глазах его не было обычного тепла. Резко очерченные губы тронуло лишь слабое подобие улыбки.

«Брубейкер — Фергюсон. Впереди помолвка» — гласила подпись под снимком.

Мак собирается жениться!

Пытаясь успокоиться, Элла облокотилась о шаткий стол. В глазах потемнело. Этого, конечно, следовало ожидать. Но она не предполагала…

— А знаешь, что еще я слыхал? Ты только подумай: в Вашингтоне запрещено сообщать, что твои родители люди состоятельные! Это ж надо! — не унимался Клайд. И вдруг, посерьезнев, он добавил: — Послушай, милая, у меня возникла мысль. — Клайд поднялся на ноги и задумчиво поскреб пальцами седые виски. — Вот что, девочка, уж мне точно известно: кров и питание, что я давал бы своей жене, в декларацию не вносятся. Моя Марта и не думала заявлять, сколько денег я ей даю…

Элла поднесла руку ко лбу, вытереть выступившую испарину. Где-то что-то жужжало. Или гудело. Или всхлипывало. А может, это она плакала? Рядом гремел голос Клайда, сообщавшего о своих находках в кодексе. К горлу Эллы горячей волной подступила тошнота. Она зажала рот рукой, проглотила горечь с привкусом желчи и стала пережидать головокружение. Сейчас она потеряет сознание. Или ее стошнит. Нет, нет! Она просто умрет.

Мак собирается жениться!

Все пути назад отрезаны.

Навсегда. Ничто ей не поможет.

Подняв глаза, Элла уставилась сквозь грязное окно на безлюдную улицу. Итак, он сумел обойтись без нее. Как она и предполагала. Но она не думала, что это произойдет так скоро.

— В законе ничего не говорится о карманных деньгах, которые муж дает жене. Ни полсловечка. Никогда не слышал, чтобы кто-нибудь вписывал их в декларацию. А тебе что я плачу? — Он на миг задумался. — Да по сути те же карманные.

Слова Клайда не достигали слуха Эллы. Она снова перечитала сообщение о помолвке.

Под заголовком было помещено фото ее любимого Мака рядом с Холли, дочерью Джорджа и Труди Фергюсон. Элла долго рассматривала ее лицо. Красивая девушка.

На поверхности газеты вдруг возникло мокрое пятно. Затем другое. И еще одно. Элла с отсутствующим видом попыталась смахнуть их, не понимая, откуда они взялись, и, лишь коснувшись ладонью щеки, обнаружила, что та мокрая. Медленно, очень медленно она опустила голову на руки и дала волю долго сдерживаемым слезам. Худенькие ее плечи вздрагивали от рыданий, из горла вырывались стоны отчаяния, столько месяцев копившегося в ее сердце.

Клайд наконец замолчал, удивленно глядя на нее.

— Да что ты, что ты, дорогая! — запричитал он. — Забудь об этом. Не твоя это вина, что я при заполнении налоговых деклараций слукавил. Да и кто знает, может, до нас никто и не доберется. — Он неловко погладил Эллу по спине. — Успокойся, милая, у меня есть план.

— Я… я… Извините… п…простите, Клайд, — с трудом выдавила из себя Элла. Сейчас она никак не могла открыть ему истинную причину своих слез.

А ей хотелось кричать, и как можно громче. Горе ее безгранично. Мак нашел новую любовь. Как после этого жить? Однако Элла понимала: все, что произошло, — к лучшему.

Так почему же у нее такое ощущение, будто ей хочется умереть? Да потому, что она по-прежнему его любит. Любит и будет любить Мака Брубейкера всем сердцем до самой смерти.

— Послушай-ка меня, Беби, — сказал Клайд, неуклюже гладя плечо Эллы. — У меня есть план, как избежать беды. — Глаза его горели от возбуждения. — Хватит тебе лить слезы, слышь, что ли? Все образуется. Ты только положись на старого Клайда, старый Клайд все уладит.

Всхлипывая, Элла сквозь слезы улыбнулась, вытащила из кармана носовой платок и приложила его к покрасневшим от слез глазам. Наверное, он прав, в конце концов все образуется.

— Ну, видите ее?

— Гм-м, — только и промычал в ответ Мак, медленно опуская бинокль. Он был поражен. Более того. Он был в шоке. Он просто не верил своим глазам.

— Это она? — Адам Мэтьюсон сидел в машине Мака.

Мак кивнул головой. Она, конечно, сомнений никаких. Но его удивило, потрясло, повергло в растерянность то обстоятельство, что Элла… что Элла в положении.

Она беременна. Носит под сердцем ребенка.

Снова приставив бинокль к глазам, Мак стал наблюдать за Эллой, двигавшейся между кухней и столовой. Она, значит, ждет ребенка. Не его ли это дитя?

Как же он истосковался по Элле! Как она ему необходима! Даже после всего, что произошло, он продолжает любить ее.

В то же время его не отпускает острая боль. И гнев. Он почувствовал огромное облегчение, увидев, что она жива и невредима. И в то же время разозлился на нее. Она заставила его страдать. А как быть с тем, что она ждет ребенка?

Его ли это ребенок?

Сердце Мака забилось сильнее. Если это его ребенок, как она могла ничего не сказать ему? А если не его… Это предположение Мак отбросил, решив, что сейчас не время его обдумывать.

Как могло случиться, что она, в отличие от него, не чувствует себя связанной с ним? — спрашивал себя Мак, наблюдая в бинокль ее милое открытое лицо. Почему она исчезла? Что случилось? Почему она решила бежать?

Ну что ж, подумал Мак, теперь, зная ее местонахождение, он все выяснит. Ему необходимо получить от нее ответ, который все прояснит, и он его получит.

Адам Мэтьюсон с сочувствием смотрел на Мака, догадываясь о его чувствах.

— Ее, Мак, было так трудно найти из-за того, что она работает за стол и кров, почти ничего не получая наличными. Обычные каналы — скажем, учреждения социального обеспечения — были нам поэтому недоступны. — Помолчав, Мэтьюсон поправил на переносице солнцезащитные очки. — Вам, возможно, и неприятно это услышать, но практика нашей работы убеждает в том, что большинство пропавших без вести людей пропадает по своей воле.