Странник во времени - Сергей Садов

- Как вам понравился сюрприз? - спросил Эдуард Васильевич.

- Дед, ты же наверняка знал обо всем, а вчера, когда я тебе звонил, ты мне даже не намекнул, - возмутился Миша.

- Это было бы крайне не порядочно по отношению к тем людям, которые доверили мне тайну. Кстати, ты не думаешь, что необходимо поздороваться, прежде чем начать разговор? Только тут Миша посмотрел на людей, стоявших рядом с его матерью и дедом.

- Извините, пожалуйста, - смутился Миша.

- Я так растерялся.

- Я понимаю, - улыбнулась женщина.

- Посмотри на мою дочь. Так это родители Наташи, догадался, наконец, Миша, и повернулся к своей подруге. Наташа с открытым ртом рассматривала все вокруг. "Неужели у меня был такой же глупый вид", - подумал он. "Почему был?" - ехидно осведомился внутренний голос. Отогнав наваждение, Миша слегка подтолкнул девочку. Это помогло, правда, не до конца.

- Ой, здравствуйте, Эдуард Васильевич. То есть здравия жалаю, то есть желаю, - Наташа совсем запуталась и замолчала. Эдуард Васильевич рассмеялся. Как ни странно, это заставило ее собраться. Взяв Мишу за руку, подвела к своим родителям.

- Познакомьтесь, это Михаил, мой друг и напарник в путешествии, а так же капитан "Дианы".

- Михаил Касатонов, - отвесив легкий полупоклон, представился Миша.

- Людмила Егоровна, - ответила мама Наташи, покоренная его манерами.

- Точно принц, - заметила она тише.

- Он может быть и принцем когда захочет, но почему-то разбойником с большой дороги ему нравится быть больше, - проворчал адмирал. Миша в это время обменивался рукопожатием с отцом Наташи.

- Всеволод Николаевич, - представился тот. Услышав замечание деда, Миша повернулся к нему.

- Конечно предпочитаю быть разбойником, ведь у них жизнь намного интереснее, чем у принцев. Наташа поперхнулась соком, который сейчас пила. Эдуард Васильевич только развел руками.

- Ну что я говорил. Всеволод Николаевич с любопытством посмотрел на Мишу.

- Значит вы, молодой человек, предпочитаете развлечение обыденности? А вам не кажется, что такая жизнь может быть опасна?

- В интересной жизни есть одно достоинство: невозможно умереть от скуки.

- С таких позиций, согласен, - рассмеялся Наташин отец, признавая свое поражение. Теперь Миша знакомил Наташу со своей мамой - Антониной Вячеславовной.

- Вот, значит ты какая. Миша много о тебе рассказывал. Кажется, ты произвела на него сильное впечатление, - Антонина Вячеславовна внимательно посмотрела на девочку.

- А знаешь, я всегда хотела иметь дочь. С ней было бы гораздо спокойней, чем с мальчишкой. Мальчишки всегда доставляют много переживаний. Мишина мама с грустью посмотрела на своего сына.

- Вы не знаете нашу дочь, - невесело улыбнулась Людмила Егоровна.

- С ней хлопот больше, чем с некоторыми мальчишками. Да разве какая-нибудь девочка решила бы поступать в кадетское училище? Только нашей подобное взбрело в голову.

- Мама!

- Наташа упрямо поджала губы.

- Не надо об этом.

- Уважаемая Людмила Егоровна, - пришел на помощь Наташе мишин дед.

- Я знал многих взрослых здоровых лбов, которые вашей дочери и в подметки не годились. У вас замечательная дочь. Наташа, услышав такую характеристику от бывалого адмирала, буквально расцвела.

- Смотри, не зазнайся, - заметив какое впечатление произвели слова деда на девочку, шепнул Миша. Та сердито посмотрела на него, но отвечать не стала. В это время подошел Марат Ахметов.

- Прошу к столу, - пригласил он.

- Что-то вы, господа, заговорились и забыли про еду, - сказал Мише и Наташе подошедший Сашка.

- О еде забывать нельзя. Эдуард Васильевич, взяв под руки обеих дам, увел всех взрослых к накрытым столам. Позади них, о чем-то разговаривая, шли Владимир Михайлович с отцом Наташи. Неожиданно дед обернулся к Михаилу с компанией и подмигнул.

- Наконец-то мы остались одни, - сказал подошедший Славка.

- Одни?

- Наташа с сомнением оглядела полный зал.

- Ну, почти одни, - поправился тот.

- Пошли быстрее, - поторопил друзей Сашка.

- К столам уже пригласили.

- Ты что, с голоду помираешь? - повернулся к нему Славка.

- Как говорил Великий Карлосон: пора бы нам чем-нибудь подкрепиться.

- Кто говорил? - изумился Стуков.

- Великий Карлосон, - объяснил Сашка.

- Надо книжек больше читать, тогда не попадешь впросак в обществе.

- Особенно полезно для ознакомления с правилами хорошего тона читать про Карлосона. Он прекрасно знал как вести себя в обществе, - расхохотался Витька.

- И наш Сашка берет с него пример, - добавил Славка. Так, обмениваясь шутками, ребята сели за стол. После обеда начались танцы. Ребята из разных училищ знакомились. Силач Севка Морозов поспорил с кем-то из наташиной группы, и Толька Ветров, сбегав в мастерские, благо они были недалеко, принес металлический прут. Вокруг спорщиков собралась толпа.

- Покажи ему наших, - подзадоривал Севку Витька.

- Спокойно, хиляк, - Севка взял принесенный прут, поднатужился и согнул его.

- Ура! - закричали те, кто поддерживал Севку.

- Он его и разогнуть обещал, - не сдавалась другая сторона.

- Смотри, - Сева снова взял прут. Сначала у него все получалось хорошо, но когда прут оказался почти прямым он, вдруг, стал крутиться в руках и Севке никак не удавалось твердо ухватить его.

- Он его выпрямил, - заявил Славка.

- Нет, на глаз видно, что прут кривой, значит, проиграл, - заспорили с ним.

- Что, не получается? - подошел к спорщикам Иван Павлович - учитель физкультуру мишиного училища.

- Ну-ка дай. Отобрав у Севы прут, он, на глаз, оценил его кривизну и одним резким движением распрямил.

- Ломать не строить, а гнуть прутья не разгибать, - возвратил прут Иван Павлович.- Слабый ты еще, Морозов, для таких упражнений. Ну ничего, на занятиях я тобой персонально займусь. Ты и не такие прутики будешь гнуть. Вокруг засмеялись.

- Эх ты, не мог постоять за честь училища, - попенял Севки Витька.

- Может курсант Марычев желает поддержать честь училища? - услышал слова Витьки учитель.

- Я не спорил, - уклонился Витька.

- Значит, я тобой вместе с Морозовым займусь.

- А что я такого сделал? - удивился Витька.

- Ты? Ничего. Но я подумал, что в будущем ты вместо Морозова хочешь стоять за честь группы.

- Иван Павлович, - с достоинством возразил Витька.

- Если я заключаю пари, значит, я уверен в победе. Не имею привычки спорить в случае неуверенности в благополучном исходе. Говоря, что Морозов не сумел постоять за честь группы, я имел в виду, что он заключил пари, в исходе которого не был уверен, а вовсе не это глупое сгибание и разгибание прута, который ему ровным счетом ничего не сделал. Витька поспешил удалиться, оставив за собой последнее слово.