Бомбейский взрыв - Джон Иннис

Когда в диспетчерской пожарной части получили «сообщение номер два», переданное Мобараком Сингхом, к «Форт Стайкину» помчалось еще восемь пожарных машин. Как только они выехали, диспетчер позвонил домой начальнику пожарной службы Бомбея Норману Кумбсу. Это был сорокашестилетний улыбчивый человек высокого роста с орлиным профилем. Он прибыл на судно в 14 ч 25 мин, вскоре после того, как подъехали восемь пожарных машин. На нем был тропический костюм; переодеться в форму, которую ему доставили из штаба, не было времени.

Кумбс направился к верхнему люку трюма № 2, куда из тридцати двух пожарных рукавов лили воду. Он перегнулся через комингс, но пламени не увидел. Щель между грузовыми местами в центре твиндека была заполнена серым дымом, в лицо пахнуло жаром. Кумбс понял, что с палубы невозможно увидеть, куда попадают струи воды. Он вызвал добровольцев из числа своих людей, которые должны были спуститься вниз и выяснить ситуацию.

Вызвались двое: Мобарак Сингх и Артур Рейнольде, офицер пожарной службы Портового треста, прослуживший десять лет в пожарной бригаде города Бристоля. Они надели дымовые маски. К комингсу пожарные приставили лестницу, которая упиралась на лючины у края твиндечного люка. Сингх и Рейнольде перелезли через комингс и исчезли в дыму.

Казалось, вода, бьющая из тридцати двух пожарных рукавов, должна была защищать их от жара, но он был невыносимым. Не добравшись до твиндека, они вылезли из трюма на палубу.

Харрис сказал Хендерсону:

— Надо убрать из первого трюма детонаторы. Хендерсон кивнул.

— Чертовски трудно будет их поднимать, но все-таки придется послать туда людей и попытаться это сделать. Отодвиньте эти штуковины от задней переборки, иначе они скоро нагреются.

Харрис собрал всех незанятых членов команды и повел их в трюм №. Оберст прислал на помощь несколько своих людей. За час они передвинули в сторону от переборки 25 т детонаторов. Температура в трюме с каждой минутой повышалась, дышать становилось все труднее. Вдруг они услышали серию громких хлопков.

— Что это может быть? — спросил кто-то.

Харрис пожал плечами и нагнулся за следующим ящиком.

— Ты знаешь это не хуже меня, — сказал он.

Оба понимали, что взрываются патроны, уложенные под кипами горящего хлопка. Огонь, очевидно, продолжал распространяться. Было без четверти три. К переборке между двумя трюмами нельзя было прикоснуться. Люди двигали тяжелые ящики с чрезвычайной осторожностью. Они знали, что малейший резкий удар может привести к взрыву. Но вот чьи-то усталые потные пальцы соскользнули — ящик с детонаторами рухнул на настил трюма. Бежать не было времени. Люди застыли вокруг ящика, широко открыв глаза. Кто-то начал вслух отсчитывать секунды, остальные присоединились: один, два, три, четыре… Они досчитали до десяти. Ничего не произошло. Побледневшие потные лица смотрели друг на друга без всякого выражения. Напряженные мышцы расслабились. Потом все отошли от ящика, и работа возобновилась.

Через несколько минут один из них потерял от жары сознание. Харрис вынес его на палубу, где лишился сознания сам, но всего на мгновенье. Он взял себя в руки, отказался от помощи и вернулся в трюм.

В толпе, суетившейся у двух носовых люков, Оберст не мог найти Кумбса, которого трудно было узнать в гражданской одежде. Кумбс же и не подозревал о том, что на судне находится эксперт по взрывчатым веществам. Помощники капитана обсуждали вопрос о задраивании люков трюма № 2 и пуске туда пара. Они надеялись, что пар поглотит кислород в трюме и сдержит огонь. Пар можно было подать, но Гоу считал, что это не поможет.

— Поздно говорить об этом. Было бы неплохо задраить нижний трюм, но туда уже невозможно попасть. Если задраить только верхний люк, то останется чертовски большое пространство, которое пар не заполнит. Думаю, из этого ничего не получится.

Кумбс послал записку в штаб пожарной бригады, требуя прислать еще пять насосов. Одновременно он связался со своей диспетчерской и сказал, чтобы полковник Д. Сэдлер, генеральный управляющий доками, прибыл на судно. Сэдлер приехал, когда часы на башне показывали 14 ч 50 мин. К этому времени Кумбс пришел к тому же выводу, что и Оберст с Лонгмайром. Из-за того, что в трюм были залиты десятки галлонов[xxi] воды, судно получило сильный крен на правый борт. Поэтому команде пришлось завести дополнительные швартовы, чтобы удержать судно у причала. Жар возле люка трюма № 2 становился нестерпимым. Кумбс поинтересовался у подошедшего Лонгмайра:

— Почему они не топят судно?

Лонгмайр пробормотал, что капитан Найсмит не готов взять на себя такую ответственность. Кумбс рассвирепел:

— Хотелось бы, чтобы он на что-то решился!

Ни тот, ни другой не знали, что глубина под килем «Форт Стайкина» для этого недостаточна.

Старший радист судна Билли Ройкрофт вышел из каюты посмотреть, как идет тушение пожара. Его окликнул кто-то из артиллерийско-технической службы:

— Эй, радио! Где твоя антенна?

— Нет. Зато ноги есть! — отвечал Ройкрофт.

Даже сейчас на борту еще находились люди, считавшие пожар небольшим происшествием. Офицер пожарной службы Артур Рейнольде, который незадолго до этого пытался проникнуть в трюм № 2, взглянув через поручни левого борта, заметил своего приятеля Лесли Холла, тоже офицера пожарной службы, который работал в одном из филиалов компании «Барма шелл ойл».

— Что тут творится? — крикнул Холл.

— Ничего особенного, — ответил Рейнольде, — из трюма идет дым, но скоро мы с ним покончим. Так что ничего страшного.

— Как насчет завтрашнего вечера? — спросил, улыбаясь, Холл.

— С удовольствием! — ответил Рейнольде, помахал на прощание и на правился в трюм.

Холл ушел проверять свои посты — огромные резервуары с нефтью, что стояли к северу от доков. Вечером следующего дня он собирался устроить в своем домике вечеринку. Рейнольде и Роберт Эндрюс, еще один офицер портовой пожарной службы, были в числе гостей. О пожаре на «Форт Стайкине» Холл больше не думал.

Полковник Сэдлер, прибыв на судно, прошел к люку трюма № 2 и посмотрел вниз — там все было в дыму. Потом он явился к капитану и заявил, что твердо убежден: судно надо вывести из дока на внешний рейд. Найсмит, которому теперь предстояло обдумать еще одно предложение, повернулся к стармеху:

— Один из котлов под паром, — сказал Гоу, но машина в ремонте и золотник среднего давления снят.

Сэдлеру стало ясно, что судно не сможет выйти из дока своим ходом. Единственный выход — вытащить его на рейд с помощью буксиров.

Кумбс, услышав о предложении Сэдлера, пришел в ужас. Повернув мрачное потное лицо к управляющему доками, он сказал:

— Если вы это сделаете, судно взорвется. Трюм тушат больше тридцати рукавов, и все они подсоединены к насосам, которые стоят на причале. Если вы сдвинете судно с места, все мои рукава придется отсоединить, останется только три судовых.

Однако полковник Сэдлер продолжал настаивать на своем плане вывода судна на рейд. Он подошел к представителю судоходной фирмы «Киллик, Никсон энд компани» Д. Стюарту Брауну и сказал:

— Хотел бы я вытащить это судно на глубину, — и, помолчав, добавил: — Хотя и боюсь, что как только мы станем это делать, оно взорвется, не дойдя до глубокой воды.

Лонгмайр и Найсмит согласились с Кумбсом в том, что было бы безрассудно убирать пожарные рукава. Сэдлер отправился на склад № 2 звонить по телефону. Кумбс вызвал двух офицеров пожарной службы и приказал доставить еще насосы. Он недостаточно серьезно оценивал ситуацию и верил, что его люди справятся с огнем. За предшествовавшие пять лет в бомбейских доках произошло не менее шестидесяти пожаров на судах, в среднем по одному в месяц, и всего лишь одно судно выгорело полностью. На пятнадцати из них в трюмах был взрывоопасный груз.

Пожары на судах в Бомбее стали обычными, поэтому капитан С. Вильсон, заместитель управляющего Портового треста по охране, когда в 14 ч 30 мин один из служащих вручил ему записку о пожаре на «Форт Стайкине», решил, что можно ничего не предпринимать. В записке ничего не говорилось о взрывоопасном грузе на судне.

В 14 ч 50 мин докмейстер дока Виктория Никольсон сообщил Вильсону о взрывчатке на борту и сказал, что пожар серьезный. Вильсон немедленно позвонил капитану порта:

— Надо послать в Викторию на первый причал все водолеи, которые у вас есть.

Положив телефонную трубку на рычаг, Вильсон отправился на судно. Когда в 1* ч 00 мин он поднялся на борт, Хендерсон рассказал ему об обсуждавшемся плане затопления судна у причала. Вильсон считал, что это не поможет. Он думал: «Надо как можно быстрее подвести к борту водоналивные суда, чтобы увеличить объем заливаемой в трюм воды».

Вскоре к борту «Форт Стайкина» подошел первый водолей «Дорис», потом второй, «Пэнуэлл». К действовавшим пожарным рукавам прибавились еще девять: три — с «Дорис» и шесть — с «Пэнуэлла».