Избранный. Книга 2 - Василий Михайлович Маханенко

— Правильный настрой. Лира?

— Если это приблизит меня к СПА — я только за! — кивнула эльфийка.

— Командир, а зачем ты гоблина хотел поймать? — вдруг спросил Гор.

— Как зачем? Расспросить, чтобы понять, где нам искать этот путевой камень. Проводник нам нужен, который дорогу покажет!

— Гоблин? Дорогу? — внезапно в разговор вклинилась Лира. — А ты и их язык знаешь?

— Эмм… нет, — немного растерялся я, но надо было держать лицо. — Но я бы жестами показал. Так, отставить разговоры! Идём искать гоблинов! Найдём парочку, увидите, как я с ними заговорю!

Лира покачала головой и ускорилась. Около выхода из первого уровня Подземелья стояли два гнома-ветерана, которые сразу же уставились на эльфийку.

— Кажись пострашнела немного эльфийка с прошлого раза? — осведомился один и бородачей, провожая эльфийку взглядом.

— Да не, такая же. Просто похудела сильно. Вот наша матриарх — это штучка! А эльфийка так, под пиво пойдёт, когда закуси нет.

— Эльфийка под пиво! Круто! Тут даже я бы вдул!

Я еле сдержался, чтобы не заржать, мельком взглянув на гордо вышагивающую впереди эльфику. Не надо ей знать, о чём говорят эти бородатые засранцы, а то еще чувство неполноценности поймает.

Вот и выход из Подземелья. Ну, или вход, смотря с какой стороны посмотреть. Я первым шагнул вперед и мерцающая пелена обволокла нас, снова на секунду, накатил чудовищный холод, и мы стоим снаружи, щурившись под светом солнца. То есть… солнц.

— Как краси-и-иво! — восхитилась Лира, оглядываясь.

— Хмм… — сказал я, глядя на небо.

Когда мы были на горе, второе солнце, похоже, было всё еще за горизонтом, но зато сейчас оно поднималось во всей своей красе. Было и правдо красиво, ведь к привычному желтому свету первого солнца, прямо сейчас добавился фиолетовый оттенок, из-за чего тени и окружающие предметы заиграли новыми красками.

Листва деревья, которых здесь было сильно больше, нежели на вершине, в зависимости от их расположения, отливали то фиолетовым, то зеленым, то вообще непонятным светом. Я плохо учил в школе физику, но точно знал, что цвета (и свет) должны смешиваться, здесь же возникало впечатление, что каждое солнце борется за свой цвет, не желая смешиваться с соперником. Было странно, но прикольно.

А еще здесь было жарко и влажно. Тут всё по законам физики. Вверху легкий ветерок освежал воздух, сейчас же мы находились в низине, где воздух застаивался. Откуда-то из глубин сознания вылезла мысль о том, что наши земные ученые ошибались, считая, что Земля имеет уникальные условия. Тут, ну кроме солнц, было все привычно: температура, гравитация, состав воды и пищи. А с другой стороны — смысл выкидывать добытчиков в ядовитую атмосферу, или в чудовищную гравитацию? Чтобы он сдохли? Нет, Система очень прагматична.

Ладно, что тут у нас. Я посмотрел на виртуальную карту и увидел множество оранжевых точек разных размеров, в основном мелких. Скорее всего это были условно-безопасные местные тварюшки, кто населял окружающие нас джунгли.

Вот только…. Пока я смотрел на карту, на ней возникла стрелочка, указывающая на… Гхм… Я понятия не имею, где какие тут части света, и, тем более, как они называются. Но стрелочка была и указывала она… куда-то.

— Вы тоже это видите? — уточнил я у спутников.

— Ага, — подтвердила эльфика. — Какая красивая птичка. Когда у меня снова будет свой дом, я заведу такую для красоты.

Я недоуменно посмотрел туда, куда указывала эльфийка и увидел цветастую птичку, похожую на крупного попугая, который сидел на ветку и с необычайно осмысленным выражением рассматривал нас.

— Да я про стрелку на карте. Вы видите стрелку?

— Нет, командир, не вижу, — произнес Гор. В отличии от эльфийки, здоровяк чувствовал себя не очень комфортно.

— Нет стрелки, — подтвердила эльфика.

— Интере-е-есно, — протянул я, снова вглядываясь в карту. — Ворчунья? Ты ли это?

Конечно мне никто не ответил. Я секунду потупил и мне в голову пришла гениальная мысль.

— Если это ты, пусть стрелка моргнет два раза.

Затаив дыхание, я ожидал реакции. Стрелка моргнула. Два раза.

— О! Класс! — обрадовался я. — А ты азбуку Морзе знаешь?

Стрелка снова моргнула два раза и я расстроился.

— А вот я не знаю. Ладно. «Да» и «нет» тоже общение. «Нет» у нас будет одним морганием? Это стрелка к гоблинам?

В общем, в результате короткого общения, я выяснил, что нет, это стрелка не к гоблинам. Хотя, может, и к ним. Стрелка точно была в направлении пропавшего путевого камня, который Ворчунья как-то смогла идентифицировать и обнаружить. Говорит, что ей помогла местная Система. Не такая уж она «вредная», получается.

Жизнь налаживалась. И язык не понадобился. А то я, честно говоря, был в небольшом недоумении в вопросе, куда нам следовать. И вообще. Это какое-то неправильное РПГ. Разве не должны НПС всячески нам помогать и направлять? Я был свидетелем, как слишко сложные игры не пользовались массовой популярностью из-за того, что разработчики слишком перемудрили со сложностью. Полторы извилины большинства пользователей явно не хватало на то, чтобы осознать весь гениальный замысле креаторов. Хотя, такая же фигня была и с книгами, особенно когда авторы уходили от стандарта и делали всё, что желали. Но это совсем другая история.

Мы в любом случае не могли просто взять и бросить эту жизнь, начав новую. Нет, воскрешение тут, оказывается, присутствовало, однако вернут нас в этот же мир. С этими же правилами. Поэтому всё, что нам остается — это продолжать разбираться с ними.

— Ну, друзья, вперед! Нас ждут великие дела! — махнул головой я в сторону выступающего леса и мы бодро зашагали дальше навстречу приключениям. Ну, прямо как настоящие Избранные. Хотя, мы и есть они! И горе всем врагам, кого мы встретим на нашем пути!!!

* * *

— Ненавижу голубей, — угрюмо сказала Лира, склонившись над ручьем и смывая с лица остатки крови, кишок и перьев. — Я не буду заводить птичек. В жопу таких птичек!

— Поддерживаю, — кивнул Гор, который тоже был весь в перьях, но помыться пока не мог, потому что находился на страже.

Я же поступил проще — залез в ручей полностью и улегся поперек него, кайфуя в слабом течении воды. Заодно немного освежусь — эта жара убивала. В воздухе пахло костром, но