Оранжерея на краю света - Ким Чхоёп

смогли адаптироваться и стать важным элементом современной экосистемы.

Гигантские куполы, защищавшие от смертоносный пыли, были воздвигнуты в каждом уголке земли, чтобы укрыть людей, но не леса и поля. Многие растения, оказавшись на грани исчезновения, смогли приспособиться к новым условиям. Ученые предполагали, что пыль вызывала геномные изменения. Высокие деревья превращались в низкорослые, в результате мутаций широколиственных появлялись растения с длинными, узкими и шершавыми листьями, которые поглощали пыль. На месте мертвых лесов образовывались новые экосистемы с ранее неизвестными породами деревьев и кустарников. После исчезновения пыли мутировавшие растения еще некоторое время господствовали на планете. Однако уже во второй половине двадцать первого века адаптировавшаяся к пыли флора вновь видоизменилась. Так облик экосистемы в очередной раз преобразился.

Планета стремительно перерождалась, и растения – следом за ней. Их стойкость и воля к жизни восхищали Аён.

Днями и ночами изучая образцы растений, она представляла, какая у них невероятная история и сколько они хранят тайн. Иногда в ее памяти всплывали картины из детства. Особенно тот заброшенный сад, над которым парила загадочная пыль с синим свечением. И старушка, вглядывающаяся в ночную тьму в поисках чего-то давно исчезнувшего.

[Приветствуем Вас в мире Доктора Стрэнджа!]

[Вас ждут мировые заговоры, мистические истории и захватывающие тайны.]

[Добавить заметку]

[Заголовок: Дьявольское растение]

Я занимаюсь изучением одного дьявольского растения. Недавно Корея столкнулась с неконтролируемым распространением мосваны. Эта лиана уже захватила один заброшенный город, и, сколько бы с ней ни боролись, она продолжает разрастаться. Я не сплю ночами, пытаясь разобраться, откуда появилось это растение и почему от него невозможно избавиться.

Но мой вопрос немного о другом.

Может быть, кому-то известны случаи, когда мосвана излучала синий свет?

В том заброшенном городе многие наблюдали такой феномен, но в официальных отчетах он не зафиксирован. Семена мосваны не люминесцентные и не слишком легкие, чтобы держаться в воздухе. Частички почвы тоже не могут давать такой эффект.

Но есть кое-что еще.

Когда-то в детстве я видела сад одной старушки. Это было так давно, что я не могу с уверенностью сказать, что там росла именно мосвана. Но я помню, что растение заполоняло весь сад, обвивало забор и тянуло свои дьявольские лозы к дороге.

Сад был заброшенный. В нем ничего не было, кроме этого буйного сорняка. Как-то поздно вечером я случайно оказалась у дома старушки и увидела, как она сидит в кресле посреди сада, а вокруг нее витает синяя пыль.

Все это напоминало волшебство.

Я думаю, может, в ее саду тоже росла мосвана?

Но для чего старушке понадобилось ее выращивать? Это дьявольское растение захватило весь сад.

Я поискала в архивах, но нигде ничего не сказано про синий свет.

Может, кому-нибудь доводилось наблюдать что-то подобное?

[У Вас 1 новое сообщение.]

[Просмотреть]

Почитайте вот это. Текст старый, но вам должен понравиться.

[Перейти по ссылке.]

Нахмурившись, Юнчжэ стояла перед голографическим экраном и смотрела на результаты полного секвенирования генома образцов мосваны из Хэволя. Программа провела сравнительный анализ новых данных с уже имеющимися.

– Ну как? Нашла что-то необычное?

– Видимо, какая-то ошибка в секвенировании.

– Почему?

– Результаты очень странные.

Аён тоже посмотрела на экран, но ее знаний в геномике растений было недостаточно, чтобы что-либо понять. Юнчжэ объяснила:

– Геном дикой мосваны, обнаруженный за границей, сильно отличается от генома нашего образца. Безусловно, в процессе роста растения могут видоизменяться и некоторые расхождения вполне допустимы. Но не в таком количестве. Кроме того, гены образцов мосваны из Хэволя практически идентичны, что очень нетипично для колоний растений, произрастающих в дикой природе.

– Ты хочешь сказать, что наша мосвана была выведена искусственно?

– Да. Понимаешь, уж слишком эти гены изящны. Даже филигранны.

– Филигранны?

– Да, здесь нет ничего лишнего. Идеальный генный набор, полная гармония – в дикой природе такое не встречается.

Аён плохо разбиралась в генетике, но понимала, к чему клонит коллега. Похоже, этот вид мосваны вывели искусственно. Скрестив руки, Юнчжэ смотрела на экран.

– Ты думаешь, это биологический терроризм? Кто-то намеренно синтезировал растение и рассеял семена? – спросила Аён.

Биотерроризм – первое, что пришло ей на ум. Вдруг кто-то специально вывел растение с невероятными способностями к размножению и засадил Хэволь образцами с идентичными генами?

– Как вариант, – ответила Юнчжэ. – Но, если честно, я не уверена. Для биотерроризма можно было выбрать куда более страшное растение. Непонятно, зачем было так заморачиваться с генной модификацией. Ради того, чтобы насолить местным жителям и сотрудникам Департамента лесного хозяйства? Какие мотивы? Может, это простое хулиганство или проделки какого-то сумасшедшего.

Аён кивнула. Возможно, кто-то действительно сделал это намеренно, но совершенно непонятно, с какой целью.

– Я думаю, нам следует отправить образцы в другие институты на перепроверку. Нужны еще пробы. Но все же здесь что-то не так… – размышляла Юнчжэ.

Аён понимала, что имеет в виду коллега. Кто мог такое совершить?

Внезапно в ее памяти всплыли события из прошлого. Они не имели отношения к тому, о чем говорила Юнчжэ. Синий свет над диковинными лозами в саду Ли Хису, сама старушка и ее неожиданное исчезновение, рассказ про странное свечение над зарослями мосваны в Хэволе, вчерашнее анонимное сообщение с сайта фан-клуба Доктора Стрэнджа…

«А вдруг все эти события связаны между собой? Но что же за растение эта мосвана?»

– Эй, все хорошо? Ты как будто застыла.

Юнчжэ вывела Аён из задумчивости, и та вдруг спросила:

– В командировке в Эфиопии у нас не будет свободного времени?

Вопрос коллеги удивил Юнчжэ:

– Нет, естественно. Мы же участвуем в симпозиуме. Какая-то общая для всех культурная программа, конечно, предусмотрена. Но что ты там хочешь посмотреть одна? Ты же не в отпуск туда приедешь.

– То есть нам можно будет передвигаться только по центру Аддис-Абебы?

– Ну, далеко уходить от отеля не рекомендуется. А почему ты спрашиваешь? Что-то хочешь посмотреть? Какие-то личные дела? Я думаю, что все же лучше везде ходить с группой. А то наткнешься ненароком на патруль.

– А если я отлучусь по научным делам?

– Ну, тогда надо просто заранее получить разрешение. Обсуди с руководителем группы. Может, и получится. А почему ты хочешь заняться научными делами одна? Ведь можно включить их в общую программу командировки.

Аён не знала, как рассказать коллеге про сообщение с сайта фан-клуба Доктора Стрэнджа, и после небольшой паузы ответила:

– Я не уверена, что эта проблема действительно может считаться научной.

Аддис-Абеба стал первым реконструированным городом после окончания эпохи Пыли. В нем лучше, чем где-либо, сохранились прежние флора и фауна, что создавало благоприятные условия для исследований в области экологии пыли. Поэтому приуроченный к празднованию шестидесятилетия Реконструкции сипмозиум решили провести именно там.

Прилетев в Аддис-Абебу, группа растениеводов сразу направилась в отель, где должен был проходить симпозиум. До вечерней церемонии открытия оставалось еще достаточно времени, и коллеги решили пообедать где-нибудь неподалеку.

На улицах было очень оживленно, хотя отель располагался не в самом центре города. Людей