Усмиритель: кровавая резня (СИ) - Тыналин Алим

Парни захихикали, от чего Арахис сразу взбесился. Они смотрели пятую серию «Чертовой службы в госпитале МЭШ». Когда шоу прервалось на рекламу арахисовой пасты Тикки, Арахис тоже захотел перекусить сладостями. В ролике медвежонок танцевал под зажигательную песню «Pea nutty tikki», созданную по образцу хита Билли Роуза 1923 года «With Goo-Goo-Googly Eyes». Песня всегда ассоциировалась у Арахиса с домом, который он безнадежно потерял.

В отличие от других членов банды «Теневые змеи», Брайан Перес, как на самом деле звали Арахиса, вышел из благополучной семьи. До четырнадцати лет получал высшие оценки по всем предметам. Родители гордились им. Хвастались достижениями перед друзьями и коллегами на вечеринках.

В семнадцать лет отец выгнал его, после того, как обнаружил, что сын законченный наркоман. Крадет из дома фамильное серебро, чтобы купить очередную дозу кокса.

Некоторое время Перес прятался в гаражах у приятелей. Потом прибился к «Теневым змеям», куда его подтянул старый знакомый Джонни Бык.

— Смотри, он сейчас будет визжать, как та девка, которую мы оприходовали всей командой, — хихикал Истребитель. — Нет, ты только посмотри на него. Вот умора.

Арахис бросил банку обратно в шкаф. Захлопнул дверцу, чуть не сломав тонкую бронзовую и потемневшую от времени ручку, длиной один дюйм. От упоминания про продавщицу Роуз настроение ухудшилось еще больше.

В ушах до сих пор стояли ее крики. Арахис не участвовал в групповом изнасиловании и убийстве девушки. Но стоял рядом и смотрел. Уйти не мог, потому что тогда Джонни Бык обвинил бы его в слабости.

А главарь банды Грубый Рэд не любил, когда его люди выглядели жалкими и беспомощными. У него большие планы по экспансии в Бруксайде. Он хочет сделать банду большой и могущественной. Ему не нужны хлюпики в своих рядах.

Если до него дойдут слухи, он может собственноручно казнить виновника. В таких случаях Ник Джексон любил взять мачете или топор. И зарубить человека.

Он уже проделал такое с тремя членами банды. Арахис присутствовал на последней казни. Ужасное зрелище. Стены и пол заляпаны кровью.

— Закрой свой поганый… — начал было Арахис.

Дверь в их комнату приоткрылась. Внутрь со стуком вкатился аэрозольный алюминиевый баллончик из-под синей краски «Доктор Спрей». Арахис удивленно поднял густые брови.

Хотел спросить, что это за шутка. Потом заметил, что с одной стороны у баллончика дымится короткий белый фитиль.

В следующее мгновение он ослеп от яркой вспышки света. Так же, как и его дружки.

— Кто это сделал? — завопил Арахис, схватившись за глаза. Они, казалось, грозили вывалиться наружу. От вспышки. — Вы с ума сошли?

Он замолчал, потому что услышал звуки выстрелов и от страха застыл на месте. Решил, что это облава полиции. Хотя с каких это пор копы используют аэрозольные баллончики в качестве световых гранат?

Коротко вскрикнул Истребитель. Захрипел Кирка. Оттуда, где они стояли, послышались грузные шлепки падения тел, а еще грохот сломанного столика и чего-то еще. Кажется, это перевернулся диван.

Арахис стоял с закрытыми глазами и поднятыми руками. Боялся пошевелиться. Даже не мог броситься на пол.

По телевизору в ответ на очередную шутку Бенджамина Пирса по прозвищу «Ястребиный глаз», главного хирурга госпиталя, раздался громкий закадровый смех.

— Я сдаюсь! — крикнул Арахис. Он продолжал стоять прямо, хотя из глаз ручьем текли слезы. — Я сдаюсь, не стреляйте!

Он не услышал шагов, потому что нападающие передвигались очень тихо. Зрение постепенно начало возвращаться.

В ту же секунду он получил сильный удар в нос и правую щеку одновременно. Чем-то очень твердым, скорее всего, металлическим.

Из глаз Арахиса брызнули искры. Он отлетел назад и наткнулся на шкаф, висевший на стене.

Упал на пол, а шкаф с грохотом свалился на него и сломался на куски. Арахис ворочался среди обломков, банок из-под кофе и пакетиков с сахаром, и пытался понять, что происходит.

А потом ощутил холодный ствол пистолета, приставленный к его виску. Замер на месте.

В глазах еще двоилось, но он заметил рядом человеческую фигуру, выделяющуюся на фоне светлой стены, покрытой обоями цвета миндального печенья с рисунками оранжевых тюльпанов. От фигуры к голове Арахиса тянулась рука с зажатым в ней пистолетом.

— Привет, хулиган, — дружелюбно сказала фигура. — Быстро отвечай, если хочешь остаться жить. Сколько у вас тут народу? Членов вашей гребаной банды? Где они все?

Арахис не смел вытереть слезы, до сих пор текущие у него из глаз. От удара из носа текла кровь. Челюсть неимоверно болела, как будто там вырвали все зубы.

— Нас тут около десяти человек, — ответил он, невольно пытаясь отодвинуться от ствола, ввинчивающегося в лоб. — Все на втором этаже. Ну, еще охранник на входе и Джонни Бык туда пошел. Ах да, еще один в подвале.

Давление пистолета на голову чуть ослабло. Зрение почти восстановилось и Арахис, скосив глаза, увидел рядом совсем молодого парня, почти подростка.

В джинсах и кожаной куртке, с растрепанными волосами. Высокого, сильного и очень сурового.

От пришельца так явственно веяло смертью, что Арахис предпочел не угрожать, как собирался вначале, а только попросил не убивать его.

— Где пленники? — продолжал расспрашивать парень. — Двое пожилых людей и девушка продавщица. Где они? В подвале? Живы?

Арахис кивнул. Он хотел соврать, что они живы, но потом решил сказать правду.

— Да, в подвале, но они погибли. Их убил Джонни Бык. Я говорил, что не надо, но…

Он не успел закончить, потому что суровый незнакомец выстрелил.

От выстрела голова испуганного заплаканного парня, сидящего передо мной, откинулась назад. Он упал на обломки шкафа и задергал правой ногой. Потом затих.

Кровь забрызгала стену. Попала на боковину чудом уцелевшего коричневого шкафа для кухонной мойки с оранжевыми дверцами и белой раковиной. Я поднялся и по привычке осмотрелся.

Все трое головорезов, сидевших в столовой, мертвы. Они валялись в нелепых позах на полу, раскидав коробки с пиццей и баночки из-под пива. Телевизор до сих пор показывал «Чертову службу в госпитале МЭШ», то и дело звучал смех.

Под этот смех я быстро обыскал убитых. У одного нашел складной карманный нож с черной рукоятью из оленьих рогов, длиной в шесть дюймов, связку ключей от машины и дома, водительские права и около двухсот долларов.

У другого в карманах только мелочь, дюжина квитанций на уплату штрафов за неправильную парковку «Шевроле Чевеле» 1964 года выпуска и корешок двух билетов на бейсбольный матч «Калифорнийских ангелов» против «Техасских рейнджеров». Оружия совсем нет.

А вот у моего разговорчивого приятеля, лежащего с размозженной от выстрела головой, в кармане джинс обнаружился богатый улов. Самое лучшее — это пистолет «Вальтер ППК/С» калибра 7.65 мм с магазином на восемь патронов. Причем заряжен только наполовину.

Еще двадцатка долларов и монетки на сумму около двух долларов. Тоже ключи от дома и машины, зубочистки, сигареты, а еще черная записная книжка, а внутри полно визиток. Я убедился, что парень и вправду мертв, разрядил пушку. Патроны забрал себе и выбросил пистолет в окно.

Потом я вышел из комнаты, плотно прикрыл за собой дверь. Примерил ключи, найденные у одного из парней. Один ключ подошел и я защелкнул замок. С треском переломил ключ, оставив обломок в замке. Теперь будет трудно открыть.

Патронов в «Смит-Вессон» хватает, хотя впереди еще около десятка человек. Я пошел вверх по скрипучей лестнице, осторожно ставя ногу на каждую ступеньку.

Поднялся на пролет, заглядывая наверх, потом взошел на второй этаж. За дверью прямо впереди слышались невнятные голоса. Кажется, там ругались.

Я подошел к двери, встал сбоку от нее. Достал ослепляющий баллончик, вытащил из отверстия фитиль и приготовился поджечь. В это мгновение дверь распахнулась.

В коридор вышли двое парней.

Глава 7

Терминальный человек

У Грубого Рэда все основания быть недовольным. В таких случаях он предпочитал молчать, заставляя подчиненных испуганно ловить каждое его слово.