Час волка - Андрей Михайлович Дышев

Несчастный случай или убийство? Вчера вечером… Значит, всего несколько часов спустя, как Инга, прикидываясь нумизматом, выпытала у него мой адрес. Черт возьми, но складывается ощущение, что Кучера грохнул я.

Я встал на автобусной остановке, не в силах собраться с мыслями, и никак не мог вспомнить, зачем я сюда пришел и что здесь потерял. Меня толкали мешками, плетеными корзинками и скользкими плечами. Ах, да! – вспомнил я. Инга!

Я смотрел по сторонам, хлопал глазами и никак не мог сориентироваться, в каком месте оставил машину. Красной "шестерки" не было ни за остановкой, ни перед ней, ни на другой стороне улицы. Второй раздражающий фактор, наслаиваясь на первый, создавал критическую массу.

– Черт возьми! – вслух выругался я, и какая-то полненькая дамочка под белым зонтиком шарахнулась от меня, как от бешеного. – Куда подевалась эта идиотская машина вместе с ее водителем?

Я был смешон, и, осознавая это, злился еще больше. Не смеяться надо было, а за голову хвататься. Смерть Кучера – это очень, очень тревожный сигнал… Но где же, в самом деле, Инга с машиной?

Я прошел по улице вниз до первого перекрестка, полагая, что Инга самовольно решила развернуться, чтобы не тратить понапрасну времени, но в проулке "шестерки" не было. Я вернулся к рынку и прошел метров сто к автовокзалу. Нет ее! Нет, словно никогда и не было.

Это уже совсем не смешно, думал я, сопя, как разъяренный бык. Это совершенно глупая шутка. Выловлю – надаю по заднице…

Тут почему-то я вспомнил минувшую ночь, Ингу, упирающуюся руками в стекло, через которое в спальню, как от съемочных юпитеров, проникал свет луны, и это воспоминание вызвало странное ощущение приближения к тайне.

Нрав свой демонстрирует! Обиделась! – мысленно восклицал я, все еще глядя по сторонам и надеясь увидеть учебную машину. Машины сигналили, как голодные ишаки, объезжали меня, водители кидали недоуменные взгляды и стучали себя пальцем по голове. Я даже не придавал значения тому, что шел по проезжей части. Не вовремя Инга затеяла со мной игру в прятки! Совсем не вовремя. Кучер задохнулся в своем гараже. Какой недобрый знак, какое дурное совпадение…

Я едва успел отскочить в сторону. Красная "шестерка", промчавшись в сантиметре от меня, резко остановилась, подняв дорожную пыль. Явилась! – подумал я, с некоторым облегчением, неторопливо подходя к машине. Сейчас я…

Дверь распахнулась, и вместо лукавых глаз, вместо мстительной усмешки я увидел неузнаваемое, перекошенное от ужаса лицо Инги.

– Скорее!! – не своим голосом крикнула она, выскакивая из кабины, задевая ногой порожек и едва не падая на асфальт. – Садись за руль! Гони!! Умоляю, быстрее!

8

У меня замерло сердце от предчувствия чего-то страшного. Повинуясь ее сумбурному приказу, я кинулся к распахнутой двери и запрыгнул в машину. Инга села на заднее сидение и, еще не успев захлопнуть дверь, ударила меня по плечу.

– Что ты тянешь!! Быстрее!! Уезжай отсюда куда-нибудь!!

– Да что ты орешь, как ненормальная! – тоже крикнул я, трогаясь с места и набирая большую скорость. – Что случилось? Нормально можешь объяснить?

– Боже мой!! Боже мой!! – Ее крик переходил в истерический плач. – Умоляю, увези меня далеко!!

Я ничего не мог от нее добиться, и лишь бездумно выполнял ее просьбу. "Шестерка" ревела своим старым движком, повидавшим за свой век не одну сотню начинающих водителей. Дорога серой тканью наматывалась на колеса. Шины липли к мягкому от солнца асфальту, издавая звук, напоминающий гладкий треск, который издает лента "скотч". Мы пронеслись мимо автовокзала и погнали среди виноградников на Долину Роз. Инга сидела за моей спиной, как на иголках, постоянно оборачиваясь и глядя на тающий в пыли город.

Дорога пошла в гору. Пахнущий плавленой смолой лес обступил нас со всех сторон. Инга немного успокоилась и теперь напряженно смотрела вперед.

– Ну? – спросил я. – Отошла немного?.. Теперь рассказывай, что за беда случилась?

– Останови, – попросила Инга.

Я съехал на обочину, в тень большого бука, остановился и заглушил мотор. В открытые окна ворвалась трескотня цикад. Инга открыла дверь и нетвердыми шагами пошла к дереву, села на выжженную траву, оперлась спиной о ствол и закрыла глаза.

– Не трави душу, – тихо сказал я, опускаясь на корточки рядом с ней. – Кто тебя так напугал?

– Лучше не спрашивай, – одними губами прошептала Инга. – Все… Теперь все кончено…

Я как следует встряхнул ее за плечи. Сухой лист вертолетом опустился Инге на голову.

– Я сбила женщину!! – вдруг крикнула она страшным голосом, раскрыв безумные глаза. – Ты понимаешь, что я убила человека! Боже, но почему, почему это случилось со мной!! Я не хочу!!

Я окаменел, глядя на Ингу и не веря своим ушам. Она вдруг качнулась и со всей силы обхватила меня руками.

– Миленький!! Спаси меня, пожалуйста!! Увези меня отсюда!! – Слезы ручьем лились из ее глаз, и я почувствовал, что моя майка тотчас вымокла насквозь.

– Да подожди ты, истеричка! – не выдержал я и оттолкнул Ингу от себя. – Успокойся! Прекрати орать! Рассказывай все по порядку!

Но она, не открывая глаз, продолжала мычать и отрицательно крутить головой. Пришлось залепить ей пощечину. Коричневы волосы взметнулись, радужно сверкнули в солнечных лучах и закрыли девушке лицо. Она вскрикнула, прижала ладони к глазам и навзничь упала на листья.

Я кинулся к машине за водой, набрал в рот минералки и брызнул ей в лицо. Потом просто вылил остатки ей на голову. Мокрая, зареванная, Инга притихла, но еще несколько минут беззвучно содрогалась, тихо всхлипывала и размазывала по щекам свой профессиональный макияж.

Сидя напротив нее, я терпеливо ждал, когда она сможет что-либо вразумительно сказать. Наконец, девушка исчерпала все эмоции, связанные с потрясением и, обессилевшая, опустошенная, уставилась на перламутрового жучка, который полз по ее коленке вверх.

– Не знаю, как это получилась, – тихо произнесла она, нервно гоняя жучка с ладони на колено и обратно. – Ты меня разозлил, и мне захотелось проехать квартал без тебя. Чтобы успокоиться… Я медленно ехала. По правой стороне.

– Замечательно! – Я не смог сдержать злой иронии. – Самое главное, что по правой стороне! Дальше!

– У