Космопсихолухи. Том 1 - Ольга Громыко

Из дырки-двери в левой стене вынырнула маленькая изящная самочка и, тихонько прошлепав по воде, замерла возле «брата», как эбеновая статуэтка.

– От очень плодовитой матери, умеет плести ккаван, шлифовать ракушки и делать лепешки из тертого планктона, – так гордо перечислил тот, словно воспитывал малышку с пеленок. – Возможно, я даже пущу ее в разведение.

– Эмм… Очень удачная покупка, – наугад сказал капитан.

Вроде не ошибся: аватар польщенно заулыбался, купец протянул лапу и погладил самочку по спине – сначала ладонью, потом тыльной стороной кисти. Аммка прогнула спину, принимая ласку, и молча шмыгнула обратно в «норку». Полина с Ликой проводили ее сочувственными взглядами.

– Присматриваю себе еще пару братишек, – доверительно сообщил купец. – Девятой-десятой линьки, чтобы уже видеть, кто из них вырастет, – подороже, зато с гарантией.

С этими словами амм взял ближайший крючок, болтанул им в густой подливе и выудил толстое темно-зеленое колечко. Станислав обреченно смотрел, как инопланетянин громко чавкает «лакомством», напоказ пуская слюну из углов рта, а потом, чего и следовало ожидать, радушно указывает гостям на угощение.

– Ну, где наш штатный дегустатор? – ехидно прошептал Теодор.

Дэн бестрепетно выполнил свои обязанности и доложил:

– Растительный белок с высоким содержанием целлюлозы. Питательность средняя, до двухсот граммов на человека безвредно.

– А вкусно хоть?

– Сам попробуй. – Понять что-то по лицу киборга было невозможно, с таким же сосредоточенным видом он пробовал и печенье, и Котькин корм.

Лика насмешливо посмотрела на брата: «Что, слабо?», и уязвленный Тед тоже сунулся в блюдо, чуть не выбив крючок из руки Станислава.

– Ну как? – в свою очередь спросила сестра.

Парень мужественно прожевал скользкий комок, проглотил и торжествующе прохрипел:

– Попробуй!

Лика нерешительно взяла «столовый прибор», прикидывая, что будет меньшим позором – если она отступит или если ее стошнит. Станислав ободряюще подмигнул девчонке: ничего особо противного, но и вкусного тоже – как макароны из водорослей, без соли и специй.

– Это вся твоя семья или кто-то остался дома? – поинтересовался внимательно наблюдающий за гостями купец.

– Это не семья, а команда, – с усмешкой поправил его Станислав. – Я холостяк.

– Что, еще не скопил даже на первенца? – сочувственно спросил аватар.

– Дело не в деньгах. – Капитан замялся, не зная, как объяснить инопланетянину, что обзаведение семьей у людей – несколько более сложный процесс, чем поход в магазин за новой кастрюлей.

– Понятно, – неожиданно не стал допытываться амм. – Не огорчайся, твои железы еще не настолько изношены, чтобы твоя судьба не могла перемениться в любой момент.

– В этом я давно уже не сомневаюсь, – усмехнулся Станислав, съел еще пару колечек и, сочтя гостевой долг выполненным, в лоб спросил: – Так что там с грузом, который обещал наш посредник?

– С грузом все замечательно, – заверил его купец. – Шесть мерок отборного кла-клота, стоит в соседней комнате. Но лучше приди за ним завтра.

– Почему? – опешил Станислав. – Если все уже подготовлено, мы можем забрать его прямо сейчас.

– Сегодня неподходящий день для такой важной сделки, – туманно ответил амм. Судя по аватару, он не сердился и не издевался над людьми, разве что слегка лукавил. – Приходи завтра.

– Но завтра ты точно отдашь нам груз? – потребовал определенности раздосадованный капитан.

– Если будет подходящий день, то с огромным удовольствием, – заверил его купец.

– А от чего это зависит?

– Понятия не имею, – искренне сказал аватар.

Сквозь скафандры не просочилось ни капли, но команда все равно чувствовала себя промокшей насквозь, а Лика даже чихала, как простуженная.

– Ну что за дурь? – сердился капитан, остервенело выдираясь из скафандра. – Договорились же!

– Договаривался посредник, – напомнил стоящий в дверях шлюза Вениамин. – И есть все-таки вероятность, что это не отказ, а отсрочка на подумать.

– О чем там думать-то? Мы же с этим аммом уже работали, без всяких накладок. Вон даже в гости зазвал, стол накрыл. – Желудок Станислава разделял его негодование, тихонько бурча и постреливая под ложечку. Отравиться он не отравился, но жевать, видимо, следовало тщательнее, чтобы плохо перевариваемые куски не устроили поединок за право первым покинуть капитана. – А если завтра нас опять продинамят? И послезавтра? Стоянка тут недешевая, убыток будет только расти.

– Можно куда-нибудь перегнать корабль… – Тед вспомнил, где они находятся, прикусил язык и выругался. Найти свободное место не проблема – проблема там не утонуть.

– В любом случае надо сходить к купцу еще раз, – наставительно сказал Вениамин. В последнее время дела маленькой транспортной компании шли неплохо, долгов на капитане больше не висело, и потеря заказа сильнее била по самолюбию, чем по кошельку. – Может, у аммов просто не принято с ходу отдавать такой ценный груз, сперва следует покочевряжиться.

– Разумеется, схожу. – Станислав тоже не собирался так просто сдаваться, хоть и не верил, что из этой затеи что-то выйдет. Похоже, посредник их кинул, пообещав златые горы, лишь бы космолетчики согласились доставить на Хаммасур никчемный холмик. – И не только к нему, у нас же здесь были еще клиенты. Попробую поговорить с ними напрямую, вдруг они как раз ждут оказии на Альфу Центавра или Гамму Стрельца?

Команда переоделась, приняла душ и на всякий случай наглоталась таблеток – шанс подцепить какую-нибудь заразу на Хаммасуре был ничтожный, но не нулевой. Инопланетные инфекции редко пересекались с человеческими: иной метаболизм и температура тел, банальное отсутствие органов, атакуемых чужими микробами и паразитами. «Друзья со звезд» чаще всего банально травились или ловили аллергическую реакцию, как непрерывно сморкающаяся Лика. Впрочем, в сухом и чистом корабельном воздухе ей быстро полегчало.

– Да эти аммы вообще странные, – продолжил Тед разговор уже на диванчике. – Сестер себе покупают… Ладно еще продавать!

Лика свирепо сверкнула на него слезящимися глазами и гнусаво возразила:

– Это просто так называется – брат, сестра, а на самом деле они заключают что-то вроде долгосрочного контракта. Ну типа фермера и батраков или прораба и бригады. Рабства у аммов нет, это я точно помню. Да вон даже ваш корабль взять: его хозяин-капитан платит тебе деньги, а ты на него работаешь.

– Но в разведение же он меня не пускает!

– А ты отказался бы? – захихикала Полина.

– Ха! – Пилот скрестил руки на груди, изображая свободолюбивого орла, который не снизойдет до размножения по приказу, даже если Станислав Федотович наставит на него бластер.

– А может, для аммов это вовсе не унижение, а как талантливую дочку в колледж отправить? – предположила Лика, вытягивая из пачки очередную салфетку и шумно ее используя. – Надо полистать справочники, что там про них написано.

Кошка вспрыгнула на спинку диванчика, устроилась за Полининой головой и принялась маниакально чесаться и вылизываться.

– Ну что ты там все копошишься? – не выдержала зоолог, стаскивая ее и раскладывая на коленях. – Неужели у тебя действительно блошки? Ой, Тед, смотри!

– Поймала? – равнодушно отозвался пилот.

– Нет, но под лапой такое же пятно, как у Лики. – Полина растерянно уставилась на силиконовую полоску антиблошиного ошейника. – Ничего не понимаю, он же совсем новый!

– Это для тебя новый, а сам по себе, может, просроченный.

– Да вроде нормальный был… Ладно, куплю ей ультра плюс, помощнее. Уй ты, моя бедненькая! – Полина страстно чмокнула кошку прямо в черные губы с кончиками торчащих из-под них клыков.

– Вэ-э-э… – передернуло Теда. – Надеешься, что она превратится в прекрасного заколдованного принца?

– Она же девочка, ее мужчина целовать должен. – Полина в шутку протянула кошку другу.

– Скажи еще с другого конца, – отмахнулся тот. – Все-таки не зря я не люблю это Болото, скорей бы отсюда свалить!

Хорошее настроение было только у Дэна, уютно развалившегося в кресле с банкой сгущенки. Ему нравились нечеловеческие планеты: если ксеносы и знали, что такое киборг, то понятия не имели, как он должен себя вести. Можно расслабиться. Остерегаться следовало только центавриан и альфиан, да и те не чувствовали всех нюансов.

Лика воспользовалась моментом и, когда аллергия наконец отступила, атаковала рыжего верхом на стуле с копьем-ручкой и щитом-блокнотом наперевес. Для просмотра учебников и записывания лекций у девушки был современный планшет, а тяжелый винтажный молескин совмещал в себе цитатник из трудов известных ксенопсихологов и дневник полевых наблюдений.

– Ну что, начнем с вербальной диагностики самооценки личности? – объявила она как само собой разумеющееся.