Лали. Его одержимость. - Ира Далински

себе на колено. Она такая маленькая рядом с ним, что легко поместилась на одной его ноге. Голые ножки потерлись об приятную ткань мужских костюмных брюк. Когда же Райан начал высматривать синяки, слегка раздвинув ее ноги, Лилиан вспыхнула как спичка.

– Не трогай, – тихо попросила она, поймав на себе недовольный взгляд Райана.

Не обращая внимания на ее слова, он продолжает касаться ее. Начал неторопливо гладить ноги и живот, но со временем его руки стали приносить дискомфорт. Лилиан поняла, насколько Тайлер возбужден, когда случайно прижалась к его торсу в попытке уйти от мужских рук.

Но шаловливые пальцы просочились и к груди Лилиан. Отодвинув ткань бюстгальтера, он жестко смял нежную кожу. С ее губ срывается стон, но не от удовольствия. Не в силах больше терпеть, она попыталась сжать ноги, но сильная рука все грубее терзает кожу.

– Отпусти, – когда мужчина не нарочно коснулся участка с синяком, Лилиан сдавленно вскрикивает. – Мне больно. Не трогай меня…Пожалуйста.

– Хорошо, – вдруг соглашается Райан, откинув руки. – Я не буду трогать тебя, пока твое тело не заживет, – его ладони опустились на простынь. – Однако это не мешает тебе трогать меня.

От этих уверенных слов Лилиан чуть не задохнулась. Вскочив с мужчины, она отступила назад, но заведомо зная, что Райан заставит ее сделать все, что он захочет.

– Райан, – в голосе мелькнула тихая мольба.

– Иди ко мне, Лали.

Я никогда не делала этого. Сама не касалась Райана. Обычно это делал он и не просил от меня ответных действий. Но сегодня мне впервые придется сделать это. Против своей воли.

С опаской смотрю на мужчину, который вальяжно раскинулся на кровати и ждет меня. От него так и разит диким желанием овладеть мной. Его глаза никогда не могли укрыть страсти ко мне. Я даже могу сказать, что он одержим мной. Если бы не насилие с его стороны, я, возможно, была бы счастлива, что меня так сильно любят. Однако...Любовь ли это? Можно ли считать любовью, когда тебя наказывают за всякие мелочи? Когда тебя держат в клетке, как пленницу?

Он говорит начать с рубашки. Перевожу дыхание и мелкими шагами подхожу к Райану. Дотрагиваюсь до воротника.

– Сними, – прозвучало хрипло.

Мои глаза смотрят в его, пытаясь угадать чего он от меня хочет, но я никогда не могла угадать его действия наперед.

Дрожащими руками перехожу к пуговицам, расстегиваю одну за другой. Меня колотит словно в лихорадке. Видимо, очень заметно, как я нервничаю, потому как Райан успокаивающе поцеловал мое запястье. Вот так просто и легко прикоснулся горячими губами к моей коже, которая и так пылает. Это щекочущее действие заставило меня шумно выдохнуть.

Последняя пуговица расстегнута и аккуратно стянув с мужчины рубашку, я кладу ее рядом. Уставилась на него с немым вопросом в глазах.

– Прикоснись.

Он мог позволить себе отдавать мне такие приказы. Краткие, но внятные. А я не смела ослушаться его, ведь могла разозлить. Мне сейчас нужно задобрить монстра и в самый подходящий момент убежать из логова дьявола.

Мои пальцы слегка дотронулись до крепких плеч, массируя. Он такой огромный по сравнению со мной. Тогда в прошлом меня забавляла наша разница в росте, но сейчас это меня пугает. Этот человек может с легкостью свернуть мне шею, стоит только захотеть.

Отодвинувшись чуть назад, Райан позволяет мне сесть на его колени лицом к нему. Под пальцами перекатывается гора мышц, бурлит кровь. Он будто бы создан из бронзы, но одновременно такой нежный и приятный. Опустилась с плеч до кистей рук. Беру его большую ладонь и прикладываю к ней свою. Райан тоже с интересом наблюдает за мной. Такой большой контраст. Моя маленькая светлая ладонь на фоне его загорелой внушающей. Мне хотелось научить его нежности. Показать ему, что ласки не должны причинять боль, а удовольствие.

Вновь взглянув в черные глаза, я все с тем же опасением прикасаюсь к его лицу. Идеальные брови слегка сходятся на переносице, а губы чуть сужаются. Подушечками пальцев плавно прохожусь по его щеке. Зрачок увеличился, а дыхание сбилось.

Мой взгляд опускается к чувственным, но упрямым губам. Их обрамляет красивая щетина, которая мне всегда нравилась. Иногда даже возбуждало, когда кожа царапалась о нее.

Губы Райана всегда выглядят так, будто он их красит вишневой помадой. Порой, когда я его не знала первое время, мне дико хотелось взять салфетку и проверить свои догадки. Но я знаю, что это его пигмент и могу проверить даже сейчас.

Чуть раскрыв собственные губы, я с трепетом касаюсь его. Райан такого точно не ожидал, потому что ощутимо вздрогнул. Когда я немного усиливаю свой поцелуй, мужские руки сильно сжимаются на моей талии. Ну, вот. Опять останутся синяки и будут болеть ребра.

Притянув меня к себе еще ближе, Райан начал отвечать на мой неумелый поцелуй. Я ощущаю его эрекцию между распахнутыми бедрами. Не знаю стоило ли так прикасаться к нему, но он сказал, что не будет трогать меня. Пока что. Буду рисовать себе тенями синяки, чтобы надолго оставил меня в покое. От этой мысли я чуть не заржала прямо в губы Райана. Он в порывах страсти целовать меня нормально не может, грубо оттягивает мои губы, посасывает, иногда кусает.

В попытке встать с мужчины, я потерлась об «выпуклость», что заставило его испустить хриплый стон. Мне даже не нужно проверять, чтобы убедиться в том, что в постели он такой же неотесанный дикарь. По-другому Райан Тайлер не умеет. Только грубость и сила.

С трудом размыкаю наши губы.

– Тебе пора на работу.

От лица автора

Офис Тайлеров с утра на взводе, потому как свой неожиданный визит нанес директор фирмы, отец Райана. Не смотря на то, что последний исполняет все функции руководителя, официально фирма принадлежит Бенедикту Тайлеру. Тот в свою очередь изредка навещает сына, но всегда обычно предупреждает заранее. Сегодня же его визит для всех стал сюрпризом и весьма неприятным. Райан держит всех в ежовых рукавицах, но отчеты, требуемые отцом, не готовы.

Заняв кресло сына, Бенедикт неторопливо попивает кофе, любезно предложенное секретаршей. Работники один за другим носятся по кабинету, каждый выдвигая свои отчеты за предыдущий месяц. Однако этого недостаточно. Так мог уйти целый день. После весеннего кризиса Тайлер Старший знал, что дела фирмы плохи и надеялся увидеть положительный результат.

– Отец, тебе не нужно приходить сюда так часто. Я сам прекрасно справляюсь, –