Мадджхима Никая - Палийский Канон

И теперь, когда монах… уделяет внимание другой теме… пристально рассматривает изъяны этих мыслей… перестаёт уделять внимание этим мыслям… расслабляет конструирование мыслей по отношению к этим мыслям… сбивает, заставляет уйти, сокрушает ум своим умом… утверждает свой ум, делает его собранным, сосредоточенным — тогда такого монаха можно назвать хозяином путей, по которым движутся мысли. Он думает такие мысли, которые хочет думать, и не думает таких мыслей, которых не хочет думать. Он разрубил жажду, отбросил путы, и — за счёт правильного прозрения в самомнение — положил конец страданиям и печали».

Так сказал Благословенный. И монахи, порадовавшись, восхитились его словами.

III. Третий раздел

МН 22

Алагаддупама сутта: Пример с водяной змеёй

Редакция перевода: 08.11.2012

Перевод с английского: SV

источник: www.accesstoinsight.org

Я слышал, что однажды Благословенный пребывал в Саваттхи, в роще Джеты, в монастыре Анатхапиндики. И в то время у монаха Ариттхи, бывшего охотника на грифов, появилась такая пагубная точка зрения: «Насколько я понимаю Дхамму, изложенную Благословенным, если совершать те поступки, которые Благословенный называл препятствиями, то на самом деле это препятствием не является». И тогда большая группа монахов услышала: «Как говорят, такая пагубная точка зрения появилась у монаха Ариттхи, бывшего охотника на грифов: «Насколько я понимаю Дхамму, изложенную Благословенным, если совершать те поступки, которые Благословенный называл препятствиями, то на самом деле это препятствием не является». Так они отправились к монаху Ариттхе, бывшему охотнику на грифов, и по прибытии сказали ему: «Правда ли, друг Ариттха, что такая пагубная точка зрения появилась у тебя: «Насколько я понимаю Дхамму, изложенную Благословенным, если совершать те поступки, которые Благословенный называл препятствиями, то на самом деле это препятствием не является»?

«Да, в самом деле, друзья. Насколько я понимаю Дхамму, изложенную Благословенным, если совершать те поступки, которые Благословенный называл препятствиями, то на самом деле это препятствием не является».

Тогда те монахи, желая искоренить в монахе Ариттхе, бывшем охотнике на грифов, эту пагубную точку зрения, стали задавать ему различные вопросы и порицать его: «Не говори так, друг Ариттха. Не искажай смысла сказанного Благословенным, поскольку это не благостно, искажать смысл сказанного им. Благословенный не мог говорить подобных вещей. Многими способами, друг, Благословенный объяснял, что если свершать препятствующие поступки, то это будет подлинным препятствием. Благословенный говорил, что чувственные наслаждения приносят мало удовлетворения, много страдания, много отчаяния, имеют огромные изъяны. Благословенный сравнивал чувственные наслаждения со связкой костей… с куском мяса… с факелом… с ямой пылающих углей… со сном… с долгом… с плодами дерева… с топором мясника и колодой для рубки мяса… с мечами и копьями… со змеиной головой — в них много страдания, много отчаяния, они имеют огромные изъяны»[11]. И тем не менее, хотя монахи задавали ему различные вопросы и порицали его, монах Ариттха, бывший охотник на грифов, из-за упрямства и привязанности к этой самой пагубной точке зрения, продолжал утверждать: «Да, в самом деле, друзья. Насколько я понимаю Дхамму, изложенную Благословенным, если совершать те поступки, которые Благословенный называл препятствиями, то на самом деле это препятствием не является».

И когда монахи не смогли искоренить в Ариттхе, бывшем охотнике на грифов, эту пагубную точку зрения, они отправились к Благословенному, и по прибытии, поклонившись ему, сели рядом. Затем они рассказали ему о произошедшем.

Благословенный попросил одного из монахов: «Иди, монах. От моего имени позови монаха Ариттху, бывшего охотника на грифов, скажи ему: «Учитель зовёт тебя, друг Ариттха».

«Как скажете, Учитель» — ответил монах и отправился к монаху Ариттхе, бывшему охотнику на грифов. По прибытии он сообщил ему: «Учитель зовёт тебя, друг Ариттха».

«Как скажешь, друг» — ответил монах Ариттха, бывший охотник на грифов. Тогда он отправился к Благословенному и, по прибытии, поклонившись ему, сел рядом. И тогда Благословенный обратился к нему: «Правда ли, Ариттха, что такая пагубная точка зрения появилась у тебя: «Насколько я понимаю Дхамму, изложенную Благословенным, если совершать те поступки, которые Благословенный называл препятствиями, то на самом деле это препятствием не является»?

«Да, в самом деле, Учитель. Насколько я понимаю Дхамму, изложенную Благословенным, если совершать те поступки, которые Благословенный называл препятствиями, то на самом деле это препятствием не является».

«Глупец, кто же поведал тебе, что я обучал Дхамме именно так? Глупец, не объяснял ли я многими способами те поступки, что являются препятствиями? И когда ты свершаешь их — это подлинное препятствие. Я же говорил о том, что чувственные наслаждения приносят мало удовлетворения, много страдания, много отчаяния, имеют огромные изъяны. Благословенный сравнивал чувственные наслаждения со связкой костей… с куском мяса… с факелом… с ямой пылающих углей… со сном… с долгом… с плодами дерева… с топором мясника и колодой для рубки мяса… с мечами и копьями… со змеиной головой — в них много страдания, много отчаяния, они имеют огромные изъяны. Но ты, глупец, из-за твоего неправильного понимания [Дхаммы] исказил смысл сказанного нами, как и причинил вред самому себе и накопил много неблагих заслуг — что принесёт тебе длительный вред и страдания»[12].

Затем Благословенный сказал монахам: «Как вы думаете, монахи, достиг ли хоть чего-то этот монах Ариттха, бывший охотник на грифов, в этом Учении и Дисциплине?»

«Возможно ли это, Учитель? Конечно, нет, Учитель».

Когда так было сказано, монах Ариттха, бывший охотник на грифов, замолк, смутился, с опущенными плечами и поникшей головой ушёл в себя и не смог что-либо ответить.

И тогда Благословенный, увидев, что монах Ариттха, бывший охотник на грифов, замолк, смутился, с опущенными плечами и поникшей головой ушёл в себя и не смог что-либо ответить, обратился к нему: «Глупец, тебя запомнят из-за твоей пагубной точки зрения. А теперь я расспрошу монахов на эту тему».

Тогда Благословенный обратился к монахам: «Монахи, также ли вы понимаете Дхамму, изложенную мной, как и этот монах Ариттха, бывший охотник на грифов, который из-за своего неправильного понимания исказил смысл сказанного нами, как и причинил вред самому себе и накопил много неблагих заслуг?»

«Нет, Учитель. Многими способами Благословенный объяснял нам поступки, что называются препятствиями, и что их свершение является подлинным препятствием. Благословенный говорил, что чувственные наслаждения приносят мало удовлетворения, много страдания, много отчаяния, имеют огромные изъяны. Благословенный сравнивал чувственные наслаждения с костяной цепью… с опухолью… с факелом… с ямой пылающих углей… со сном… с долгом… с плодами дерева… с топором мясника и колодой для рубки мяса… с мечами и копьями… со змеиной головой — в них много страдания, много отчаяния, они имеют огромные изъяны».

«Хорошо, монахи, что вы так понимаете Дхамму, изложенную мной. Многими способами я объяснял поступки, что называются препятствиями, и что свершение их является подлинным препятствием. Я говорил, что чувственные наслаждения приносят мало удовлетворения, много страдания, много отчаяния, имеют огромные изъяны. Благословенный сравнивал чувственные наслаждения со связкой костей… с куском мяса… с факелом… с ямой пылающих углей… со сном… с долгом… с плодами дерева… с топором мясника и колодой для рубки мяса… с мечами и копьями… со змеиной головой — в них много страдания, много отчаяния, они имеют огромные изъяны. Но этот монах Ариттха, бывший охотник на грифов, из-за своего неправильного понимания исказил смысл сказанного нами, как и причинил вред самому себе и накопил много неблагих заслуг — что принесёт ему длительный вред и страдания. Не бывает такого, чтобы кто-либо мог потакать чувственным наслаждениям, не имея при этом чувственной страсти, восприятия чувственности, мыслей о чувственности[13].

Монахи, бывает так, что некие никчёмные люди изучают Дхамму: беседы, повествования в стихе и прозе, объяснения, строфы, спонтанные восклицания, цитаты, истории рождения, удивительные случаи, вопросы-и-ответы[14]. Изучив Дхамму, они не стараются выяснить смысл (или: цель) этих Дхамм[15] своей мудростью. Не выяснив смысла этих Дхамм своей мудростью, они, посредством рассуждения, не приходят к согласию. Они изучают Дхамму, чтобы в спорах нападать на других и защищать себя. Они не достигают цели, ради которой изучается Дхамма. Их неправильное понимание этих Дхамм принесёт им длительный вред и страдания. Почему? Потому, что Дхаммы неправильно ухвачены.