Кто сделал бога (СИ) - Жукова Юлия Борисовна

— Конечно, — рассеянно откликнулся подопытный. — Это только сейчас не получается. Пройдёт.

— Когда? — заинтересовался доктор Грём. Я тоже навострил уши: если у подопытного есть какие-то периоды большей и меньшей силы, нам обязательно нужно выяснить, чем они обусловлены.

— В прошлом месяце, — невпопад ответил господин Умукх.

— Вы хотели сказать, в будущем? — уточнил я.

— Нет, в прошлом, — озадаченно нахмурился он, как будто мой вопрос показался ему неуместным.

Мы оставили тему и повторили эксперимент показательно: на сей раз бумажки строго сосчитали и бросили на пол так, чтобы несколько штук оказались за сканером и под столом. Господин Умукх собрал пять из десяти, то есть только те, что лежали на виду.

— Попробуйте подтянуть остальные, — попросил физиолог.

Господин Умукх нахмурился. Датчики показывали какую-то околесицу — мы пока не поняли, какие параметры коррелируют с телекинезом, если такие вообще можно выявить.

— Я не понимаю, где они, — наконец признался он. — Не вижу, а никак иначе не ощущаю.

Вообще, надо заметить, что последнее время он стал яснее выражать свои мысли. Вроде даже лексикон подрос. Сегодня утром на уроке по генетике довольно резво решал задачки. Уж не знаю, обогатится ли человечество знаниями в результате этих экспериментов, но господин Умукх точно останется в плюсе. Уж не прав ли господин Сержо с его рассуждениями, что муданжцы нам этот чёрный ящик нарочно подсунули…

5 августа

Анатоль Сержо, руководитель проекта

Сегодня проезжал мимо мракобесов у забора. Там жгут какое-то чучело — я так и не понял, оно символизирует нашего или того, второго, который по конференциям шляется. Скептик вон на днях собирается брать у него интервью на сцене какого-то конвента. Фанатки обоего пола уже заранее активизировались, спасу нет, все рекламные места в городе выкупили, чтобы никто не пропустил это событие. Вот ещё костров с чучелами нам не хватало. Устроить, что ли, этим бесноватым встречу с их божеством? Минбез, конечно, удавится, но не разрешит, а было бы поделом обеим сторонам. Пока что заповеднику приходится их гонять, но если тот второй так и будет подливать масла в огонь, у заповедника скоро кончатся ресурсы, да и минбез не всесилен…

На утренней встрече лингвист и психолог в один голос заливались соловьями, как подопытный прогрессирует. Дескать, и память у него улучшилась, и читать стал быстрее, и даже этот несчастный тест айкью с грехом пополам осилил, хоть и не на особо высокий балл. Скептик ноет, что данных мало для научной публикации и что эксперимент не слепой, но мне-то что, я минбезу отчитываюсь и о таких вещах, которых не измерить и не проверить.

А ещё тварь предсказала какую-то археологическую находку на другой планете. Я посмотрел потом репортажи — там и вся планета мутная, вроде как люди туда пришли в докосмическую эру, как на Муданг. Но, к счастью, вымерли. Не хватало нам ещё одних таких. Вот только вопрос, наш подопытный знал, что они там найдут, или предсказал будущее? Учёные, конечно, кинулись проверять, но толку чуть, на заказ он ничего сказать не смог.

Я же на всякий случай сходил помолиться в свою каморку и заодно спросить, чем весь этот кошмар закончится и не закончится ли вместе с ним моя карьера. А ещё спросил, как бы так разобраться с женой, ковром и отпуском, а то уже поднадоело от неё прятаться, мало мне на проекте проблем.

Той же ночью подопытный мне приснился. Не в своём обычном виде краснокожего подростка, а стрёмным гигантом с комариными глазами и мушиными лапками вместо пальцев. Как я не обделался во сне со страху, сам не знаю. Но он ничего мне не сделал, только шуршал своими жвалами, или что у него там, и хоботком шевелил. Вроде как говорил что-то, но я не понял.

Проснулся с чётким пониманием, что отпуск надо брать в сентябре, а с лоджией разберёмся после того. Да и на работе немного полегчало. Появилось какое-то ощущение, что всё наладится, уверенность в завтрашнем дне. Вроде как скоро всё это кончится, и минбез мне будет не страшен. Придя на объект, я сразу заглянул в каморку, посидел там, подышал поглубже, прикинул, что пора заказать для твари ещё варенья — оно-то меня не компрометирует, мало ли, что подопытный хочет жрать! Лишь бы не человечину…

Но и эта угроза вроде бы отступила. Ни сам подопытный, ни учёные не помнят мой позор с оговоркой про глаза, но я-то не забыл. И если тогда он так взбеленился от просьбы кого-то покалечить, надо думать, ему это не так уж легко даётся. Физиологи, опять же, отчитались, что сила его не так уж сильна. Чего не видит, до того не может дотянуться, а если что-то приклеено или привинчено — не может отодрать. Нормально, если он только бумажки из-под носа может собирать, нам бояться нечего.

Правда, память-то он всем стёр, не напрягаясь, но то было в счёт моих подношений. А о них никому знать не стоит, и в отчёт минбезу я это включать не собираюсь.

5 августа

Доктор Поэма, наблюдающий скептик

По дороге к исследовательскому корпусу я почуял запах гари. Забеспокоился — всё же заповедник, как бы не лесной пожар. Оставив авиетку у дороги, пошёл на запах. И оказался в лагере идолопоклонников, где горело огромное чучело, свёрнутое из каких-то желтоватых трубок. Вероятно, имитировали солому. Ну хотя бы материал не токсичный выбрали, по крайней мере, на запах ничего страшного.

Конечно, я сразу позвонил руководству заповедника, но они уже были в курсе — господин Сержо предупредил. Я задумался, насколько раньше нас господин Сержо приезжает на работу — и зачем? Неудивительно, что он так измотанно выглядит. А потом увидел и его самого. Значит, не так уж и рано.

Я хотел было его окликнуть, но в последний момент понял, что он не просто так стоит около одной из палаток с атрибутикой поклонения, а что-то там покупает. Конечно, не исключено, что его внимание привлекло что-то противозаконное, и он решил заполучить образец… Или, может, чай они какой-нибудь интересный продают? Но насколько я успел узнать господина Сержо, это звучало неправдоподобно. Да и одет он был странно: куртка с капюшоном поверх кепки, тёмные очки и медицинский респиратор. Я и узнал-то его по фигуре, а потом рассмотрел ботинки с характерными искусственными потёртостями.

Однако теперь задумался — а он ли это? Прошёл, держась на расстоянии, вслед за ним по тропинке ко входу в заповедник. Чуть не потерял его среди деревьев, но приближаться не хотел. Недалеко от ворот он свернул на полянку, где стояла авиетка господина Сержо, и сел в неё. Что ж, значит, точно он.

В течение дня я не раз возвращался к этой мысли. Не мог же господин Сержо интересоваться культом нашего подопытного всерьёз? Может, там что-то забавное продавалось? Проходя мимо, я успел заметить только какие-то камни. Да и не замечал я за господином Сержо особого чувства юмора.

Когда у меня выдалась свободная минутка, я решил поболтать с уборщицей. Если кто что и знает о странностях сотрудников, то только она.

— Вы не замечали, господин Сержо ничего странного не приносит на объект?

— Кроме падалицы этой плесневелой? — хмыкнула она. — Кто его знает. У него комнатушка есть, туда никому доступа нет, кроме него. Поначалу был, а как я из отпуска вышла — гляжу, запрещён. Я не поверила сначала, думала, глючит. Проверила на общем терминале — ан нет, всем вообще, кроме него.

Надо ли говорить, что это вовсе не помогло развеять мои сомнения.

Если Сержо тайком покупает у идолопоклонников атрибутику, а потом складирует её в закрытой комнате… Помнится, я недавно задумывался, откуда господин Умукх черпает энергию, и что господин Сержо выглядит измотанным. Что если его затянуло в эту секту? Он человек от науки далёкий, от научного скептицизма тем более, мало ли, общался с идолопоклонниками, да и соблазнился?

Но позвольте, если он исполняет те же ритуалы, что и они, то почему он устаёт, а они нет? Я, правда, не проверял, насколько они уставшие, но таких синяков под глазами ни у кого из них не видел. Может, находясь ближе к господину Умукху, господин Сержо отдаёт больше сил?