Замуж не напасть, как с Кощеем не пропасть! - Джейн Лувако

него, не могла отойти от шока. — Договорились? — почти проворковал бессмертный гад и, получив от Леоноры кивок, попросил: — Подайте вот этот зажим.

Руки эльфийки тряслись, она несколько раз роняла обратно инструмент, но наконец подала его Кощею. С моего места не было видно, что делает мужчина. Но вдруг струйка какой-то жидкости фонтанчиком вырвалась из тела трупа и ударила в прекрасное светлое платье девушки, распространяя тошнотворный запах. Глаза Леонор закатились, и она рухнула на пол к ногам Кощея.

— На этом сегодня всё, — недовольно поморщился мужчина. — Яга, проводи невест, — обведя круг, он открыл нам портал в коридор. — И присмотри за эльфийкой, — бесчувственное тело Леонор уже пропадало в портале.

Не дожидаясь остальных, я поспешила за кумихо на выход. Я думала будут ненапряжные каникулы? Да я с ума сошла! Из этого дурдома надо срочно бежать без оглядки!

* * *

[1] Клош — имеет два значения, одно, это дамская шляпка в форме колокольчика, модная в 1920-х годах, а вот второе значение — это стеклянная или металлическая крышка, используемая при сервировке или подаче блюд.

Глава 5

Первое, что я сделала, оказавшись в комнате, закрыла дверь и убедилась, что нахожусь в ней одна, а потом брезгливо содрала платье, провонявшее в прозекторской Кощея, и поспешила в ванную. Быстро приняв душ и смыв аромат с тела и волос, наполнила ванную, щедро плесканув в неё пены и насыпав ароматической соли. Почти утонув в воде, оставив на поверхности только нос, приводила в порядок свои мысли, ощущения и боролась с фантомным ароматом смерти, который, как мне казалось, проник во все поры моего тела.

— Эй, Даша, ты там живая? К тебе можно? — из-за воды голос Веника слышался глухо.

Вынырнув и вытряхнув воду из ушей, оглядела себя. Крепкая высокая пена скрывала меня полностью. Над краем ванны и пены виднелась только голова. Думаю, ничего предосудительного мышь не увидит, а вот новости от него хотелось услышать.

— Заходи, — позвала своего единственного земляка в этом мире.

Дверь немного приоткрылась, и в образовавшуюся щель прошмыгнул мой сообщник, левитируя в воздухе две маленькие чашки. Аромат свежесваренного турецкого кофе мгновенно заполнил собой всю ванную. Да-а-а-а… именно его мне и не хватало! Я с жадностью смотрела как одна чашка опускается на бортик ванны, а вторая проплывает на пуфик для одежды, на который взобрался малыш. Значит, это для него. Я уже перестала удивляться всему происходящему в сказочном мире. Если мышонок заговорил, да ещё и умеет варить кофе, почему бы ему не пользоваться магией для перемещения предметов.

— Ну так что ты разузнал на кухне? — вдыхая умопомрачительный аромат, поторопила друга.

— Почему на кухне? — вопросом на вопрос переспросил Веник.

— А кофе ты где варил? — не осталась я в долгу, про себя хихикая: «Ну прям разговор двух евреев».

Вениамин задумчиво кивнул, будто говоря: «Ну логично, логично», — и всё-таки начал говорить:

— Как я и думал, в спа был чистый саботаж, — слизывая пенку с усов, зажмурился от удовольствия Веник. — Все, кто живёт и работает в этом замке, душой и телом преданы Кощею. Ему этот отбор не нужен. Нет, нужен… — запутался мышь, а я уже с интересом слушала его: так нужен или нет? — Короче, — определился мой компаньон, — Кощея Бессмертного прокляла какая-то дамочка. И теперь он обязан жениться, иначе его ждёт то ли смерть, то ли он смертным станет, короче, ничего хорошего ему не светит. Ну и сама понимаешь, желания смириться с такой ситуацией он не имеет. Равно как и жениться. Вот он и психует, ходит. А прислуга, глядя на него, невзлюбила всех невест. Особенно тебя, — прихлёбывая свой кофе, Веничка со значением покосился на меня.

Ну да, я же тут по собственной воле пришла охмурять их дорогого и любимого злодея всех русских народных сказок.

— Они бы с удовольствием упокоили всех девиц, в особенности тебя, — продолжал говорить мышь, — но обязаны мириться с правилами отбора. Да и Яга строго следит, чтобы с девицами чего не вышло. Правда, — рыжик озадаченно потёр миленькое ушко, — я так и не понял, как она это делает.

— И чем я им не угодила, такая особенная? — вопрос был риторический, но мышонок ответил.

— За нанесённое оскорбление его бессмертию, — хохотнул Веник немножечко злорадно. — В день призыва.

— Угу, — отмахнулась от маленькой мести рыжего негодника.

То, что рассказал мой пушистый разведчик, подтверждало мои догадки, хотя с такими подробностями становилось всё гораздо понятнее. Кощеюшка с первого дня не проявлял заинтересованности ни к одной девице. Раздражение мужчины тоже чувствовалось. Ну теперь становится понятно почему. Мужики всегда бесятся, когда их ставят в безвыходное положение или в ситуацию, где выбора как такового нет. У него же «Женись или умри!», отличная мотивация найти себе жену, вот только оно ему надо?

Да и сегодняшнее испытание не было таким уж приятным, но, если смотреть со стороны мужчины… Лучше уж выбирать ту, которая будет полезна. Вынырнув из своих мыслей и сделав очередной глоток божественного напитка, задала главный вопрос, который мучил меня.

— Веничка, а ты, случаем, не разузнал, можно ли отсюда свалить? — бархатным голосом спросила озадаченного такой переменой мышонка.

— Да всё на уровне оговорок и слухов, — подтвердил он мои догадки, значит, уже пытался найти возможность вернуться. — Можно пройти по мосту через реку Смородину. Но мост открывается только из мира живых, когда герой идёт в царство Кощеево. Думаю, если поймать момент, когда кто-то пойдёт с той стороны, — задумчиво рассуждал он, — то можно будет сбежать через него.

— Угу, — допивая кофе и с сожалением отставляя пустую чашку, задала напрашивающийся на язык вопрос, — а в какой мир мы попадём? Тот из которого герой к нам идёт? Ну точно не в наш, навряд ли с Земли кто-то сюда сам доберётся.

— Ну это всяко будет лучше, всё же явь, — попробовал переубедить меня мышь. — Там будут какие-нибудь волшебники и маги. Они-то тебя и отправят…

— На костёр, — жёстко прервала выдумщика. — Нет, этот вариант нам не подходит. Но раз на улице открывается портал, то, наверное, стоит поискать вне замка. Не зря же нас так отговаривали покидать его.