На золотом фронте - Александр Павлович Серебровский

открытые им месторождения, и тут-то фирма Купер и Пек по существу потребовала выдела себе половинной доли.

Аляска. На разведку с собачьей упряжкой

Суд встал на сторону богатой фирмы и решил, что не Келлог открыл месторождение, а мул, которым его снабдила фирма и который в поисках корма, якобы, набрел на обнаженные выхода месторождения.

По этому поводу до сих пор существует горняцкая песня:

When you talk about the Cceur d’Alene

And all the wealth untold

Don’t fail to mention Kellog’s Jack

Who did the wealth unfold.[21]

История Келлога и его мула до сих пор памятна горнякам этого района. Печальной славой покрыт весь район Кер-д’Ален, — рудник носит его имя, так как с самого начала явился ареной острой и ожесточенной борьбы предпринимателей с рабочими, в которой предприниматели не раз прибегали к кровавым расправам при помощи вооруженной силы.

После недельного пребывания на рудниках Кер-д’Ален я на автомобиле проехал в Спокэн, где, как сообщили мне, руководители так называемой «Спокэнской торговой палаты» хотели со мной поговорить о моих впечатлениях и о целях моей поездки.

Я приехал в Спокэн вечером, познакомился с м-ром Альфредом X. Сиверсом и с другими членами торговой палаты.

Мне был устроен обед в новом, только что построенном и очень хорошем отеле. В очень продолжительной беседе я рассказал представителям городского управления города Спокэна и членам торговой палаты о том, как мы работаем по нефти и по золоту у себя в Союзе и как мы думаем вести это дело дальше. Однако разговор в скором времени перешел на политическую почву и мне волей-неволей пришлось разъяснять почтенным «отцам города» вещи им, к сожалению, неизвестные.

Какой-то чудак отличился. Он совершенно серьезно поднял вопрос о том, что будто бы у нас в СССР существует коммунизация женщин и всякие другие глупости. Мне пришлось очень долго, чуть не до утра, сидеть с глубокоуважаемыми «отцами города Спокэна» и подробно объяснять истинное положение вещей у нас в СССР.

Мой друг профессор м-р Е. X. Диккенсон очень помог мне в этом деле, и спокэнцы совсем иными глазами стали смотреть на мир. А то ведь у некоторых республиканцев совсем странные понятия. Так, например, м-р Диксон из Лафайетвилль, Арканзас, заметил: «Соблюдение воскресенья — краеугольный камень цивилизации».[22]

В Спокэне я пробыл день, осмотрел местные промышленные предприятия, побывал у них в музее, как это полагается, для того чтобы ознакомиться с жизнью этого города, с его историей, с его жителями.

Правда, жизнь этого города недолгая, он построен в середине прошлого века, история его тоже небольшая, но там имеется кое-что интересное по колонизации и по американским методам постройки на новых местах городов, по демократическим традициям, которые там существовали.

Аляска. Тотемы аляскинских индейцев. (Тотем — священный памятник предков)

Оттуда, из Спокэна, где была зима и было очень холодно, я вечером вместе с м-ром Е. X. Диккенсон выехал в Сиэттл. В Сиэттле был туман, шел дождь и, конечно, как всегда, было тепло. В Сиэттле никогда почти не бывает холода. Это объясняется, конечно, теплым японским течением, которое омывает южную часть Аляски и подходит к Сиэттлу, а затем спускается вниз к Калифорнии.

Сиэттл — столица штата Вашингтон — основан всего только в 1852 г. и назван так пионерами в честь одного индейского вождя. Сиэттл возник как лесопромышленный центр, но затем превратился в большой перевалочный пункт — ворота на север и запад.

В то время впервые поселенцы на северо-западе, в той части, которая сейчас образует территорию штата Вашингтон, наладили вывоз лесных материалов в Калифорнию. Дело это было настолько прибыльным, что множество золотоискателей из Калифорнии, собрав некоторый капиталец на золоте, устремились затем на северо-запад и там оседали, вкладывая свои деньги в лесное дело для поставки лесоматериалов вновь построенным верфям в Сан-Франциско и строящимся в Калифорнии городам.

Так возникли первые крупные поселения на северо-западе, лесные центры — Сиэттл, порт Таунсенд и Олимпик.

Первыми поселенцами в этом районе были золотоискатели, затем так называемые трапперы и сквоттеры, за ними последовали торговцы мехами и только после них торговцы и лесопромышленники.

В Сиэттле, конечно, я обратился тоже в торговую палату, а именно к м-ру Ф. В. Филиппсу. В Сиэттле в торговой палате я получил сведения, какая торговля идет с Аляской, какие товары идут для золотой промышленности, какое оборудование идет через Сиэттл и какое через Сан-Франциско непосредственно.

Торговая палата имела эти сведения, и это для меня было чрезвычайно полезно, потому что таким образом можно было по аналогии предусмотреть, что в дальнейшем надо будет нам транспортировать на север, на Лену, на Алдан для развертывания золотой промышленности в наших далеких окраинах. Когда я переговорил с президиумом торговой палаты, я посетил некоторые механические заводы в Сиэттле, где изготовлялось дражное и гидравлическое оборудование как раз для Аляски.[23] Я познакомился также с представителем Ко Ингерсоль Рэнд, которая там имела склады, горное и приисковое оборудование для Аляски. Помог мне разобраться в вопросах технического снабжения главным образом м-р В. Райс, который был управляющим конторой Ингерсоль Рэнд в Сиэттле.

Аляска. На разведке летом

После ознакомления с Сиэттлом и его торговой палатой я на пароходе, принадлежавшем так называемой Адмиралтейской линии, выехал в Аляску, причем сначала я проехал на Анкорэдж и затем по железной дороге до Фербенкса.

Пароходы, которые ходят на Аляску, сильно отличаются от тех пароходов, которые ходят, скажем, по Тихоокеанской и Атлантической линиям. На этих пароходах ездит своеобразная публика, которая связана непосредственно с Аляской и с близлежащими к Аляске торговыми пунктами, главным образом пунктами снабжения. Конечно, сейчас далеко нет в Аляске ничего похожего на ту лихорадку, которая была там раньше и которая описана Джеком Лондоном в его бессмертных рассказах. Описываемые Лондоном времена относятся в 1886—1890 гг., когда был открыт район Форти-Майл, названный так потому, что он отстоит в сорока милях от форта Реляйанс.

Вторая лихорадка была в 1898 г., когда были открыты прибрежные россыпи Номе. Третий припадок золотого сумасшествия случился в 1903 г. после открытия золота в Фербенксе, названном так в честь вице-президента США Фербенкса.

Но самое первое открытие сделано было в Аляске французом Джюно около 1880 г. в южном конце полуострова, около Гольд-Крик и города, названного именем Джюно.