Гибель замка Рэндол - Святослав Логинов

- Конечно, мы сейчас выйдем, - ответила Беатрис, улыбнувшись слабой, но настоящей улыбкой.

Рэндол выбрал в куче палаческих принадлежностей, сваленных рядом с разбитым скелетом виверны, тяжелые клещи и причудливой формы железяку неясного назначения. Вышел из башни, бросил железяку в костер. Присел возле связанного Эхоу, заглянул ему в лицо.

- Будешь пытать? - проскрипел колдун.

- Зачем? Это ты специалист по пыткам, так не суди других по себе. Я не стану даже вешать тебя, не хочу марать честную веревку. Я тебя отпущу, и ты уйдешь. Но сначала надо предупредить добрых людей, кто перед ними, а то ведь ты снова можешь начать свои мерзости. Кстати, это идею подсказал мне ты, - Рэндол клещами шевельнул железяку, черневшую на углях. - В мире ничего не бывает просто так. Раз ты выпросил у меня это железо, а потом вернул назад, значит, в этом есть смысл. Я понимаю, ты хотел превратить мое жилище в мрачную пещеру, украсив его костями виверны и орудиями пыток. Вместо этого череп болотного гада упал тебе на голову. А теперь и пыточный инструмент пригодится. Знаешь, что это? Это тавро, которым мои не слишком гуманные, но достойные предки клеймили пойманных воров. Подожди, сейчас оно раскалится как следует. В наше время уже не встретишь преступника, клеймленого таким образом, ты сможешь неплохо зарабатывать на ярмарках, рассказывая свою историю.

- Лучше повесь! - прошипел маг.

- Захочешь - повесишься сам. А меня избавь.

Рэндол вернулся к костерку, пошевелил клещами угли, потом ухватил железо и крикнул:

- Томми, придержи нашему гостю голову, чтобы он не дернулся ненароком!

Горячее железо впечаталось в морщинистый лоб, Эхоу взвыл, дергаясь, но Рэндол продолжал вдавливать клеймо, пока плоть под раскаленным металлом не перестала шипеть.

- Вот и все, - сказал Рэндол, отбросив инструмент. - Ты свободен. Том, развяжи его.

- Подождите, подождите минуту! - раздался крик.

По дороге, обсаженной старыми липами, на которых никто так и не был повешен, торопились двое. Впереди Райнихт, следом старичок в яркой одежде нездешнего покроя.

- Успели! - отдуваясь произнес старичок. - Позвольте представиться: Максон - маг и чародей, к вашим услугам. Насколько я понимаю, вы собираетесь вешать этого негодяя. Я хотел бы присутствовать при экзекуции, если не возражаете.

- Вынужден вас огорчить, - ответил Рэндол, поклонившись. - Я решил отпустить господина Эхоу, не повесив.

- Но как же?.. - вскинулся Максон.

- Мне кажется, - мягко сказал Райнихт, - лорд Рэндол выбрал наказание, которое страшнее смерти. Покуда наш бывший товарищ горюет о том, чего он не приобрел. Но скоро он поймет, что потерял, и это будет истинный ужас.

Максон пожевал сухими губами.

- Пожалуй, вы правы, друг мой. Вешать его было бы глупо. Но… нельзя же отпустить его просто так…

- А вот здесь я с вами полностью согласен. Нас тут двое, мы оба полномочные представители конклава. За чем дело?

- Дело в том, что лоб негодяя уже помечен. И там совсем другие литеры, чем требует традиция.

Райнихт подошел, глянул в лицо Эхоу. Лоб бывшего чародея вспух и покраснел, но выжженное слово «Вор» читалось совершенно четко.

- И что? - спросил Райнихт, брезгливо отвернувшись. - Да, буквы другие, но смысл? Что касается традиций, до сих пор еще никто не клеймил разжалованного волшебника. Они всегда погибали. Мы с вами создадим интересный прецедент.

- В самом деле! - вскричал Максон. - Как я не подумал?

- Начинаем, мэтр Максон.

- Полагаю, его следует все-таки отпустить, - вмешался Рэндол. - Он уже наказан и, главное, никому больше не сможет причинить зла.

- Мы его отпустим, - успокаивающе произнес Райнихт. - Наше колдовство вреда здоровью не причинит. Но закон должен быть исполнен.

- Называвший себя магом, яви свое искусство! - торжествующе возопил Максон. Затем он повернулся к Райнихту и произнес буднично: - Я не наблюдаю в нем никакой силы.

- Я был, был великим магом! - взвыл Эхоу. - Это вы, негодяи, подло отняли мою силу! Вы не смеете делать этого!

- Я тоже не могу обнаружить ни малейших проявлений силы, - не обращая внимания на крик, произнес Райнихт. - Перед нами явный самозванец. Приступайте, коллега. Это ваше право.

Максон вздел руку со скрюченными пальцами. Казалось, сейчас он вцепится в глаза Эхоу, но и без того связанный, тот визжал и бился сильней, чем в ту минуту, когда его жгло железо.

Не коснувшись лба, Максон опустил руку. Слово «Вор» на лбу Эхоу вспыхнуло ярким, негасимым светом.

- Теперь можно развязывать, - кивнул Райнихт. Почувствовав свободу, Эхоу вскочил и бросился бежать. Том Брэд-

ли засвистел вслед.

- Замечательно! - объявил Максон, потирая ладони. - Мне кажется, следует отметить столь удачное завершение дела.

Меньше всего Рэндолу хотелось что-либо отмечать с этим человеком, а вернее, магом. По счастью, Райнихт выручил его.

- Согласен, друг мой, - сказал он. - Вы пока ступайте, распорядитесь насчет праздника, а я доделаю кое-какие мелочи и подойду.

Максон расплылся в улыбке, послал присутствующим воздушный поцелуй и исчез.

- Я правильно сделал, забыв пригласить вас на пирушку к Максону? - спросил Райнихт. - Мне кажется, вы не слишком рвались туда. К тому же ваша жена скорее сгорит в башне, чем выйдет, пока мы здесь.

- Спасибо, - сказал Рэндол. - Вы очень добры.

- Я не добр, - поправил Райнихт. - Я всего лишь справедлив. Мне показалось справедливым, чтобы вашей жене вернулся разум, - она здорова. Мне показалось справедливым, чтобы гадина Максон мог поквитаться с обидчиком; Максон сполна насладился местью. А доброта здесь ни при чем, это понятие бытует только среди людей. Мне нет дела, что, по мнению окрестных поселян, ваша супруга добра, а Максон - зол. Пусть с этими вопросами разбираются любители копаться в этических проблемах. Я всего лишь блюду закон справедливости, да и то лишь в те минуты, когда мне приходится колдовать. Может быть, я не прав?

- Пожалуй, вы правы, - Рэндол глянул в лицо волшебника и добавил: - Сейчас у меня будет слишком много дел, но как только жизнь хоть чуточку наладится, я буду рад видеть вас у себя. Просто так, безо всякого колдовства; я очень устал от чар. Посидеть, поговорить о жизни. Я не философ и плохо разбираюсь в этических сущностях, но что такое добро, я постараюсь объяснить.

- Договорились, - Райнихт кивнул, приложил два пальца к шляпе, повернулся и пошел в ночь, из круга, освещенного заревом пожара.

Теперь поблизости от гибнущего замка не оставалось ни одного волшебника, и в самой его гибели тоже не было ничего чудесного. Огонь подошел уже близко к старой башне. Босуэл вывел наружу Беатрис и мальчишек. Хотел было идти вытаскивать вещи, но Рэндол остановил его.