Поцелуи и желания (сборник) (ЛП) - Винтерс Уиллоу

Тусклый свет лампы смягчает ее черты и делает еще более красивыми.

— Смотри на меня, Вишенка, — шепчу я, набирая скорость и почти задыхаясь.

Она поднимает затуманенный взгляд, ее аппетитные губки приоткрыты.

— В этот раз я хочу видеть, как ты кончаешь.

Кэри молча кивает. Она выглядит так, будто потерялась в удовольствии, и я готов толкнуть ее за грань во второй раз.

Я врываюсь в ее тугую дырочку снова и снова. Кровать скрипит и с каждым сильным толчком ударяется о стену. Но это только подстегивает меня продолжать, расширять границы удовольствия моей девочки. Я наклоняюсь, покусываю ее губы и смотрю в полные похоти глаза.

Позвоночник покалывает, пальцы на ногах поджимаются.

Черт, мои яйца каменеют, и я чувствую, что уже близко. Задерживаю дыхание и трахаю ее еще жестче и быстрее. Безжалостно вонзаясь и отчаянно желая, чтобы она достигла вершины вместе со мной.

Ее шея выгибается дугой, пальцы впиваются в плечи, но она не отводит взгляд. Какая же идеальная. Наконец, ее губы округляются от стона, и я врываюсь в нее еще дважды, пока тугие стеночки не начинают сдавливать член.

Ощущение и звуки ее оргазма толкают меня через край. Каждый сантиметр тела воспламеняется и покалывает от удовольствия, когда я наполняю ее мощными горячими выстрелами спермы. Волны поразительного оргазма буквально обжигают, пока Кэри дрожит подо мной во власти собственной разрядки.

Я наклоняюсь и нежно целую ее. Она стонет, прижимая меня к себе, и все в этот момент кажется правильным. Что-то оседает глубоко внутри моего сердца и остается там, даже когда я отстраняюсь.

Не знаю, что это такое, и пытаюсь избавиться от незнакомого чувства, пока иду в ванную и вытираюсь, а затем беру полотенце и для нее.

Она все еще лежит в постели, закрыв глаза и свернувшись калачиком, выглядя одновременно прекрасной и уязвимой. Я вытираю ее бедра.

Кэри издает тихий удовлетворенный звук, когда я накрываю ее одеялом. Но это действие, кажется, разрушает влияние чувственных чар. Она садится с широко открытыми глазами и оглядывает комнату.

Ищет свою одежду. Уже уходит? Черт возьми, это впервые. Я стараюсь не обращать внимания на тянущее ощущение внизу живота.

Я иду в ванную и бросаю полотенце в корзину, пока Кэри начинает собирать одежду.

— Хочешь остаться? — предлагаю я.

Я сам этого хочу. Хочу иметь доступ к этому сладкому телу всю ночь и довести до изнеможения ее попку.

Это напоминает мне, что завтра она работает. Черт.

Секс с ней прекрасно отвлек, но реальность снова медленно накрывает.

— А утром могу предложить блинчики. И небольшую колбаску, если захочешь. — Я пытаюсь говорить легкомысленно, но уже чувствую, что кайф проходит. Хочется просто перемотать назад, к тому моменту, когда мы просто наслаждались ощущением друг друга.

— Эта штука совсем не маленькая, — усмехается она, глядя на меня и бросая порванное белье в мусорную корзину у стола.

Мои губы растягиваются в ухмылке. Как будто завтрашнего дня не существует. Как будто мои планы совсем не важны. Но это не так. Они могут изменить жизнь. Не только для меня, но и для этих детей.

— Так ты останешься на ночь? — снова спрашиваю я. Как же мне этого хочется. Мне нужно следить за ней, и мне не нравится мысль, что завтра я не могу ее контролировать.

— Я не могу. Мне рано вставать.

— На работу?

— Ага, — отвечает она. Черт. Не хочу, чтобы она шла. Было бы намного легче без ее присутствия.

— Не думаю, что тебе следует это делать, — стараюсь говорить шутливым тоном.

— Не думаю, что ты должен указывать мне, что делать, — умничает она, снова надевая туфли. Ее резкий ответ заставляет меня подойти к ней, схватить за задницу и потянуть к кровати. Она ахает, когда я толкаю ее вниз и заключаю в ловушку из собственного тела.

— А если захочу? — спрашиваю я, глядя в ее пронзительные голубые глаза.

Ее дыхание прерывистое, а взгляд полон желания, но она отстраняется. Черт. На этот раз я ее отпущу.

— Прости, Винни. Завтра мне нужно работать. — Она выскальзывает из-под меня, и я разочарованно вздыхаю. Член снова каменный.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ты собираешься бросить меня в таком состоянии? — интересуюсь я, указывая на свой явный стояк. — Брось, Вишенка, не думал, что ты так поступишь со мной.

Она широко улыбается, упирается коленом в кровать и целует меня в губы.

— Может быть, завтра? — предлагает она, и в ее глазах светится ранимость. — Поздно вечером? — Она целует меня еще раз. — Я закончу, а потом ты закончишь? — спрашивает она, глядя прямо на мой член.

Черт, как же я этого хочу. Просто до одури. Но завтра вечером... она может узнать. Она ни за что не должна узнать мой голос. Я должен разобраться с этим.

— Ты в порядке? — спрашивает она с явным беспокойством в голосе. И тут я понимаю, что выражение моего лица изменилось.

— Да, да, Вишенка. — Я обхватываю ладонью ее затылок и целомудренно целую в щеку. — Я отвезу тебя обратно, и встретимся завтра вечером.

Глава 6

Кэри Энн

Сердце буквально выскакивает из груди, когда я держу в руках спортивную сумку. Я уже все подготовила, вместе с записью доказательств. Упаковала пленку и написала адрес, так что остается отправить ее по почте, а камеры я отключила. Я вообще избавилась от пленки, так что они даже не догадаются, кто все сделал. С ключ-картой ничто не мешает мне открыть все кассы и вытряхнуть содержимое ящиков. Даже покупателей больше не осталось. Последние двадцать минут магазин будто вымер. Но я подожду до закрытия, на всякий случай.

В маленьком городке глупо работать в канун Рождества. Все уже давно закупились и либо на ежегодном параде, либо рассказывают детям рождественские истории, пытаясь уложить их спать.

Если бы я не планировала использовать эту ситуацию в своих интересах, я бы злилась, что мне приходится работать.

Но вот я здесь, готова исправить ошибку и выкрасть деньги обратно. Я нажимаю кнопку на телефоне и вижу, что уже восемь. Время закрытия.

Бросаю взгляд на две чужие машины на стоянке. Они должны уже убраться отсюда, чтобы я могла покончить с этим. Я не знаю, почему они здесь. На нашей улице уже все закрыто, и владельцы, похоже, не собираются приезжать. Ладони вспотели, а сердце бешено колотится. Мне просто хочется, чтобы все это поскорее закончилось. Тошнит уже.

Я отвожу взгляд от парковки. Нужно сохранять спокойствие и делать все уверенно.

Зажмуриваюсь и делаю глубокий вдох, настраиваясь.

Но когда распахиваю глаза, сердце ускоряет бег. Кто-то вошел. Черт. Нервы на пределе.

Я медленно поворачиваюсь, ожидая увидеть мистера Мороуза, готового сорвать мои планы. С моей удачей такое запросто, но вместо этого все еще хуже. Я застываю на месте. Черт. Сердце колотится в груди так сильно, что становится больно.

Намного хуже.

Хочется закричать, но легкие парализованы, а ноги дрожат. Я хватаюсь за стойку, чтобы не упасть, когда входят двое мужчин в черных лыжных масках и запирают за собой дверь

О, Господи.

Я трясу головой, не веря своим глазам, все силы сметаются страхом. Чувствую слабость в ногах и ледяной холод в теле.

— Стой, — приказывает первый мужчина, и краем сознания я цепляюсь за его глубокий тембр голоса. У каждого в руках пистолет, но дула опущены. Незнакомцы в перчатках и во всем черном. Вот черт. Нет! Этого не может быть!

Я бросаю взгляд на парковку и судорожно вздыхаю. Обе машины все еще там. Черт. Держу пари, они принадлежат им.

Качаю головой, желая, чтобы все это было понарошку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Все хорошо. Тебе просто нужно слушать и делать, что велено, и все быстро закончится, — спокойно говорит мужчина слева от меня. Его голос выше, с нотками южного акцента.

В лыжной маске мне видны только его темные, шоколадного цвета глаза. Оба мужчины высокие, широкоплечие. Тот, что слева, крупнее другого. Внутренне я начинаю отмечать все, что поможет выследить этих мудаков. Я выпрямляюсь, чувствуя, как ко мне возвращается решимость.