Темная искра - Екатерина Леснова

силу твою мертвую. — А я не верила в эти сказки. Хотя говорили, что те, у кого смерть за плечом, чувствуют нашу тёмную силу.

— Заводите лошадей, здесь заночуете. А с тобой девица разговор будет. Но это позже. К вечеру.

О чем хочет поговорить дед я предполагала. Кивнула лорду, отвечая на его вопросительный взгляд, и он пошёл за парнями и лошадьми.

— А скажи, дедушка, ничего больше необычного в последнее время не происходило? — я подсела к нему на лавку, наблюдая, как ребята раскрывают ворота, пока Торн держит лошадей.

— Смотря, что тебя интересует? Для нас и чужие куры в огороде уже чудо. Сама видишь, деревня маленькая, не шибко дружная, так что всякое бывает, — он помолчал. — А так покойники не ходят, волколаки посреди улицы не оборачиваются. Нечисть иногда в лесу шалит, ну так оставишь им хлеба, яиц или крынку молока, так они добрее становятся.

— Что ж за тварь у вас шалит? Раньше такого не было?

— Да уж давно не случалось такого, — протянул он, — лет двадцать! Тогда цельный магистр боевой магии приезжал, но тогда и людей трое погибло, вот и староста тогда же помер. А ты ж в каком магическом чине будешь, красавица?

— А я мастер-некромант первого ранга. И кого же убил тогда магистр? — вопрос не праздный, некоторые виды нежити могут впадать в спячку на многие годы.

— Стало быть из тёмных, не обманулся я, — я удивилась. Дед много знал о магах. — Не смотри так. В молодости у меня был слабенький дар. Всего то и хватило его на год в Академии. Сейчас и подавно ничего не осталось, разве что свечку зажечь, да и дочке ничего не досталось, — так бывает, люди с малым даром учатся основам в академии, а потом возвращаются в родные деревни. Слабенькая волшба лучше, чем ничего.

— А убил он тогда вурдалака. Скорняк, что на окраине жил, прибил случайно жену свою, да и похоронил в подполе, а людям сказал, что в лес ушла и не вернулась. Сам ещё и платок её драный возле медвежьих следов оставил. Будто медведь задрал. А она вызрела, да и полакомилась им первым. Маг тогда быстро дом вычислил, но она все равно ещё двоих съесть успела. Её убил, дом сжёг, так там и остался пустырь.

— Милая у вас деревня, — пошутил лорд. Оказывается, он уже какое-то время стоял с нашими вещами и слушал разговор.

— Какая есть. Идёмте, — дед медленно поднялся и с кряхтением начал подниматься по ступеням крыльца. Дверь слегка скрипнула, мы вошли в полутемные вытянутые сени. Старик не спеша прошёл к двери, ведущей в дом. С порога крикнул:

— Лад! Где ты? Иди сюда, у нас гости. А вы раздевайтесь. Вон крюки для одежды вбиты. Сейчас Лада покажет вам комнаты. Ты, девица, с внучкой ляжешь. А вы парни, не в обиду, вместе заночуете. Дом хоть и большой, да столько комнат все одно не наберется.

— Все нормально. Спасибо за приют, — слегка поклонился Торн.

В доме пахло хлебом, печным теплом и уютом. Даже странно, но это место было милым, обжитым, хотя мне казалось, что у Люмира и дом такой же, как и его склочный характер. Из глубины дома показалась Лада. И сразу стало понятно, кто создал и поддерживает уют и чистоту дома. Женщине было лет пятьдесят, румяная, какая-то округлая, с сетью морщинок-лучиков вокруг голубых ясных глаз, с убранными под платок волосами, в простом платье с белым передником, от неё веяло теплом. Она с улыбкой поприветствовала и предложила показать комнаты, после того как дед объяснил кто мы и зачем приехали.

Я шла за Ладой и невольно вспомнила собственную мать. Мне она всегда казалась такой же мягкой, теплой и уютной. К ней можно было забраться на колени и, свернувшись калачиком, рассказать все самые страшные секреты, поделиться страхами. По-прошествии стольких лет, я уже и не помнила её лица, но теплота рук, нежность и чувство легкости и защищенности останется со мной навсегда. Мне никогда не стать такой. У меня и семьи то, наверное, никогда не будет. Тёмные маги, особенно боевые некроманты, редко заводят семьи. Ещё реже бывают счастливы. Сложно наполнить сосуд, который треснул.

Я встряхнулась от мыслей, когда Лада показала на пустую кровать под лоскутным покрывалом, вторая была накрыта таким же, но имела толстую перину, одеяло и большую перьевую подушку.

— Сейчас принесу все для сна, — мягко улыбнулась она. А я опять удивилась, как такая женщина могла выйти замуж за мужчину с отвратительным характером?

Прошлась по комнате. Ничего особенного, обычная деревенская спальня: плетеный половик, большой сундук с небольшими вышитыми подушками, чтобы можно было сидеть вместо лавки, вышитые же занавески на окнах, стены деревянные, одна стена была боком большой беленой печи. Я поставила сумку рядом с кроватью и присела.

— Вот все! — женщина сгрузила большую охапку пастельных принадлежностей. — Вы пока располагайтесь, а я пойду на стол накрою, да Люмира позову, а то он до вечера пререкаться с соседом будет. Мне то спокойней без него, — она с улыбкой подмигнула мне, — но вам он, наверное, нужен.

Пока я возилась с постелью, остальные справились быстрее, потому что все уже собрались у стола. А Торн так ещё и переоделся. Сейчас он был одет по-простому, как любой горожанин, в чёрные брюки и потрепанные высокие сапоги, тёмную рубашку простого кроя. И держался он так свободно, что не знай я, что он дворянин и аристократ, решила бы, что он простой наемника или сержант стражи с молодыми рядовыми, потому что ребятки то ли застеснялись, то ли раньше в деревнях не бывали, но сели по обе стороны от лорда, будто прятались. В то, что они его охраняют не поверил бы никто. Уж очень парни были скованы, а Торн наоборот. Мужчина о чем-то говорил со стариком, пока Лада выставляла разносолы, по деревенскому обычаю угощая много и обильно.

Села напротив лорда и ребят, рядом с дедом. Тот без тулупа стал раза в два меньше, и стало видно, что ему осталось чуть-чуть, тело уже высохло, остался только крепкий костяк, некогда сильного человека. На голове волосы были редкими и седыми, руки с узловатыми пальцами испещренные пятнами слегка подрагивали на столе. Сегодня на моем кинжале появится ещё один символ, ведь за этим меня просил остаться старик.

Хлопнула дверь и через несколько мгновений вошёл Люмир. Совсем не изменился с нашей последней встречи несколько лет назад. Все так же брезгливо поджатые губы и чуть суженные глаза.

— Здравствуйте гости