Че Гевара. Важна только революция - Джон Андерсон

Будучи окружен людьми, столь страстно желавшими победы Испанской республике, десятилетний Эрнесто пропитался глубоким интересом к событиям этой войны. По воспоминаниям членов его семьи, он стал называть их домашнюю собаку Негрино — и за то, что она была черного цвета, и в честь премьер-министра Республики Хуана Негрина. Он также обозначал на карте продвижение войск республиканцев и франкистов с помощью маленьких флажков.

Разгром Испанской республики практически совпал с началом широкомасштабной войны в Европе. Вслед за аннексией Австрии и захватом Чехословакии по Мюнхенскому пакту Адольф Гитлер овладел в сентябре 1939 г. Польшей. Великобритания и Франция объединились против стран нацистского блока. Так началась Вторая мировая война. В Альта-Грасии, как и повсюду, люди стали выбирать, кому отдать свое предпочтение.

Гевара Линч бросил все силы на помощь «Аргентинскому делу», обществу солидарности с силами союзников, и организовал его местную ячейку в Альта-Грасии. У семьи Лосада он снял небольшое помещение на территории миссии иезуитов, откуда открывался вид на окаймленное ивами озеро Тахамар. Одиннадцатилетний Эрнесто вступил в «молодежное крыло» «Аргентинского дела» и получил членский билет, который, по словам отца, «с гордостью всем показывал».

Гевара Линч ездил по всей провинции, выступал на публичных собраниях и проверял слухи о возможном «проникновении нацистов». В его организации очень боялись вторжения в Аргентину нацистов, поэтому тщательно отслеживали любые подозрительные действия крупной немецкой диаспоры, проживавшей в Кордове. Что касается Эрнесто, то, как пишет отец, он посвящал «Аргентинскому делу» «все свободное от игр и занятий время».

В Кордове особую тревогу членов «Аргентинского дела» вызывало немецкое поселение в долине Каламучита около Альта-Грасии. В конце 1939 г. германский линейный корабль «Адмирал граф Шпее», потопив несколько британских военных кораблей в Атлантическом океане и получив серьезные повреждения сам, оказался загнан в залив Ла-Плата. По приказу капитана судно было затоплено неподалеку от Монтевидео. Аргентинские же власти постановили «интернировать» весь личный состав в Кордову.

Питая большие подозрения в отношении интернированных немецких моряков, люди Гевары Линча установили за ними слежку и, как следует из некоторых воспоминаний, увидели, как те выполняют военные упражнения с деревяшками вместо ружей. Они подозревали также, что принадлежащая немцам гостиница в другом городке служит прикрытием для нацистской шпионской сети и снабжена подпольным радиопередатчиком, соединяющим местных фашистов напрямую с Берлином. Однако все было так окружено секретностью, что никаких доказательств активистам получить не удалось.

Читая воспоминания Гевары Линча об этих мероприятиях, невольно вспоминаешь рассказ американского писателя Джеймса Тербера «Тайная жизнь Уолтера Митта». Его герой отчаянно мечтал о жизни, полной приключений и свершений, но ему было суждено остаться вдали от крупнейших событий своего времени. Точно так же и сам Гевара Линч повсюду трубил о своем желании биться за Парагвай, но не сделал этого. Гражданская война в Испании и Вторая мировая также давали ему шанс проявить себя (а впоследствии были и другие возможности), но он всегда оставался в стороне от событий. И в конце концов запомнился он не своими собственными делами, а тем, что был отцом Эрнесто Че Гевары.

Предполагая, что нацисты развернули в Кордове кипучую подпольную деятельность, Гевара Линч и его товарищи отправили подробный отчет о своих расследованиях руководству «Аргентинского дела» в Буэнос-Айресе, ожидая скорых мер со стороны просоюзнической администрации президента Роберто Ортиса. Но в 1940 г. Ортис по причине серьезной болезни фактически отошел от дел, а власть оказалась в руках вице-президента Рамона Кастильо, человека коварного и нечистоплотного. Правительство Кастильо симпатизировало странам нацистского блока, и поэтому, по словам Гевары Линча, новый режим ничего не предпринял против нацистского движения в стране.

Неопределенная позиция Аргентины в ходе войны — а страна оставалась нейтральной почти до самого разгрома Германии в 1945 г. — была обусловлена, с одной стороны, экономическими соображениями, а с другой — настроениями высших политических и военных кругов, которые были склонны поддерживать страны гитлеровской коалиции. Аргентина традиционно зависела от европейских стран (особенно от Великобритании), являвшихся основными потребителями ее говядины, зерна и других продуктов сельского хозяйства, и поэтому, лишившись европейского рынка сбыта, оказалась на грани разорения. Поддержав союзников, администрация Ортиса рассчитывала взамен получить гарантии на поддержание своего экспорта от стремительно набиравших вес Соединенных Штатов Америки, которые поставляли в Аргентину подавляющую массу промышленных товаров. Однако неспособность Ортиса добиться заключения «справедливой сделки» способствовала укреплению режима Кастильо, сочувствовавшего странам нацистского блока, а аргентинские ультранационалисты всерьез стали рассматривать Германию как перспективный рынок сбыта аргентинских товаров и источник оружия и техники для собственных вооруженных сил.

Пока где-то далеко в Европе бушевала Вторая мировая война, а политическая ситуация в родной Аргентине становилась все более нестабильной, Эрнесто Гевара из детства перешел в отрочество. Хотя для своего возраста мальчик был недостаточно высок и стал заметно расти только ближе к шестнадцати, он отличался любознательностью, пытливостью и ершистостью в отношении взрослых. Впрочем, его любимыми книгами были в основном классические приключенческие романы, принадлежащие перу Эмилио Сальгари, Жюля Верна, Александра Дюма.

В марте 1942 г., накануне своего четырнадцатилетия, Эрнесто перешел в среднюю школу — бачильерато. Поскольку школы Альта-Грасии предлагали только начальное образование, ему пришлось ежедневно ездить на автобусе в Кордову, за двадцать три мили от дома, в государственную гимназию имени Деана Фунеса, считавшуюся одной из лучших в городе среди некоммерческих заведений.

В том же году кто-то сфотографировал Эрнесто среди других пассажиров утреннего автобуса «Альта-Грасия — Кордова». Он озорно улыбается в объектив; на нем надеты блейзер и галстук, но при этом неизменные шорты со сбившимися гольфами; Эрнесто сидит в переднем крыле автобуса, а вокруг него — ученики постарше, одетые в костюмы с пристегнутыми воротничками, галстуки и брюки.