Пророчество для ангела - Ольга Мяхар

— Ну, чего встала, бери, или проваливай давай.

Я обернулась на голос и улыбнулась возмущенному гному. Тот покраснел от гнева и потянулся за секирой. Какой гномы все-таки воинственный народ, или мне просто попался редкий экземпляр?

— Беру.

Ярость дополнилась удивлением и замешательством, но он тут же пришел в себя и заявил, что конкретная лошадь стоит две золотые монеты. Неслыханная наглость, ей на вид можно было дать максимум пять серебрушек. Но я-то покупала не за вид, и знала за что плачу, а потому молча достала монеты и положила их на ладонь не ожидавшему этого и уже радостно ухмыляющемуся в ожидании скандала гному.

— Беру.

На руках застонал и упал в обморок кот. Я взяла у гнома узду и повела свое приобретение за собой, вполне довольная покупкой.

— Ее Пегги зовут, — крикнул мне вслед гном, грустно вздохнул, махнул рукою и пошел своею дорогой.

Неподалеку я купила хорошее седло и потник. Уздечку оставила старую, а потом укрепила это все на Пегги, села верхом, и поехала дальше с комфортом, положив обмякшего кота поперек седла перед собой. Как хорошо сидеть, смотреть на всех сверху и размять руки, которые больше не надо было напрягать, таская Обормота. Я облегченно потянулась и вдруг замерла.

Толпа. Вокруг, палатки, кони, люди… Люди! Взгляд шарил по морю цветных силуэтов, снующих туда и сюда, ища причину беспокойства. Я повернула голову справа налево…, стоп.

Голубые глаза смотрели в упор, чуть насмешливо и холодно. Лед, нет, иней.

Он был там, стоял метрах в десяти от меня, и смотрел, в упор. И я не смогла отвести взгляд. Он был высок, довольно худощав, но в нем даже на таком расстоянии чувствовалась сила, та сила, что пробирала насквозь, замораживая сердце, распахивая душу… Я испуганно отшатнулась, руку уже обжигало заклинание шита, вытягивая силы, как вдруг… он отвернулся и вскоре исчез в толпе.

Только тут я догадалась вздохнуть, закашлявшись от притока воздуха, взглянула на руку и с удивлением посмотрела на почти невидимую полусферу, а потом опомнилась и дезактивировала ее. Сила толчком, как раньше воздух, вернулась на свое место. В седле зашевелился очухивающийся кот, а лошадь потихоньку сама пошла вперед. Я же все думала об этом человеке.

Человеке ли?

Нет, нежить бы я почувствовала сразу, уверена. И все же была ли случайна эта встреча. Я растерянно взъерошила как всегда растрепанные волосы и погладила обалдевшего от такой ласки кота. Не важно, все не важно, если он так силен, то зачем ему я? Не зачем. Отсюда вывод, что мы вряд ли еще увидимся, тем более что завтра я уезжаю из города. Я посмотрела на кота, который удивленно наблюдал за все еще поглаживающей его рукой, смутилась, и перестала.

— Что случилась? — Его голос был полон подозрительности.

— Ничего, — я улыбнулась, но мне не поверили.

К счастью кот вдруг понял на чем, а вернее на ком он едет, и от меня временно отстали. Обормот прилагал героические усилия, чтобы сидеть не шевелясь и не дыша, вцепившись когтями в седло, как в последний оплот надежды. Я похихикала над ним, но на меня не обратили внимания, а вскоре впереди показалась знакомая вывеска. Как только мы остановились, кот тут же спрыгнул и на огромной скорости влетел в двери трактира, чуть не свалив выходящего оттуда постояльца. Я отдала поводья мальчику-конюшему, наказав как следует вычистить и накормить Пегги, и прошла следом.

Ночью, лежа под одеялом, и глядя на луну, я снова думала о том человеке. Наверное, я схожу с ума, но он был потрясающе красив той смертельной красотой, которую дарит атакующий клиник. Сильный подбородок, длинный прямой нос с горбинкой, худое, скуластое лицо с удивительно холодными глазами, и черные, непослушные волосы, спадающие на высокий лоб длинною челкой…

Так, о чем это я? Кошмар, ужас, скоро влюблюсь в крокодила, и буду мечтать о нем по ночам! Нет, все. Спать, спать, спать.

Утро началось с того, что мне наступили на ухо. Я возмутилась и заорала, кот перепугался и упал с кровати.

— Обормот, ты что делаешь?

Над кроватью показалась крайне смущенная голова.

— Мышку ищу.

— О-о-о!

Я мгновенно спрыгнула с кровати, и залезла на подоконник. Как ни смешно, но я боюсь мышей, а представив, что одна из них лазила по моей постели…

— Немедленно найди ее, пискнула я, не решаясь слезть на пол, и на всякий случай готовя небольшой файербол в ладони. Кот кивнул и быстро закопался в простынях, ища грызуна. Он обшарил всю кровать, а у меня затекли ноги, но наконец он со счастливым криком выбрался из-под подушки и прижал к себе что-то маленькое и блестящее. Я передернулась, глядя, как Обормот расцеловывает находку.

— Съешь ее.

Кот удивленно на меня взглянул.

— Зачем?

— Как зачем, она же кусается!

Кот сосредоточенно обнюхал находку.

— Врят ли.

— У нее что, зубы выбиты? — Заинтересовалась я.

— Нет, она же не живая.

— Какая гадость, — я медленно слезла с подоконника, и осторожно подошла к коту. А он держал в лапках ту самую серебряную мышь на цепочке, которую недавно спер на рынке. А потом и вовсе повесил серебряный браслет себе на шею.

После этого я долго бежала за котом, обстреливая его подушками, и вещая о том, как вредно утром будить ведьму по пустякам. Но, когда над его головой пронесся еще и пульсар, спалив часть шерстки, кот проникся, понял, что я не шучу, и в безумном прыжке достиг ручки двери, которая открылась, а кот выскользнул в коридор. Я остановилась, отдышалась, собрала разбросанные вещи и уже почти вменяемая спустилась за ним вниз.

Кот устроился на столе и нервно поглощал жареную рыбку, махая роскошным хвостом и отсвечивая лысой макушкой. Я молча села рядом и присоединилась к еде, понимая, что вспылила зря, и гадая, как теперь помириться с котиком. Судя по его виду, это будет трудно.

— Хочешь сметанки? — Меня наградили хмурым взглядом, и я растерянно замолкла.

Но тут вдруг в таверну вошел человек, закутанный в черный плащ с капюшоном, полностью скрывавшим лицо, огляделся по сторонам и… направился в нашу сторону. Он подошел к столу, снял капюшон и сел напротив меня на лавку. Я посмотрела в голубые глаза, и удивленно открыла рот. Кот вежливо поднял лапкой мою отвисшую челюсть и обратился к посетителю сам, видя, что максимум, на что я сейчас была способна, это сидеть и хлопать глазами.

— Вы ее извините, она не всегда такая, хотя в последнее время все чаше, — я подавилась почти проглоченным куском рыбы, и какое-то время была очень занята.

— Так что вам угодно, — спросил котик, сочувственно глядя на мою буреющую физиономию.

Человек встал, подошел ко мне и сильно хлопнул по спине, я оказалась под столом, где и выплюнула несчастный кусок прямо на пол. Когда я вылезла оттуда и снова устроилась на лавке, в мою сторону смотрело две пары заинтересованных глаз. Я засмущалась, обещая про себя коту самую мучительную смерть.