Не укради, не убий - Татьяна Аксинина

места у дороги распродают за большие деньги. Приходилось заходить вглубь на 3-5 метров, где были обычные скромные захоронения. Пробираться среди плотно стоящих памятников и корявых ветвистых стволов было совсем не просто. Сначала поиск вселял оптимизм. Я определенно сдвигалась в нужном направлении: от более поздних дат к 1994-му году. Но после боковой дорожки увидела заросли мощных толстенных кленов и даты 70-х годов. Дорога уходила вдаль: памятники, оградки, конца-краю не видно. Бесполезно искать без системы! Кладбище слишком большое, расширялось хаотично, то в одну, то в другую сторону. Информация, конечно, была в старых журналах, но она утрачена. Я почувствовала, как я безумно устала! Переобулась в кроссовки и поехала на выход.

Сколько времени? Мать честная! Я здесь уже три часа пробыла, да ещё и без обеда. Перекусить надо, а то до дома не доберусь. Припарковалась сразу за воротами, напротив храма, поела. Никто внимания на меня не обращал, редкие посетители целеустремленно шли или ехали к известной им цели, чтобы помянуть родных. Да, надо еще зайти в церковь, хоть свечку поставить.

В небольшом храме было малолюдно и прохладно. Человек пять женщин хлопотали, занимались уборкой. Три посетительницы у разных икон, молча, молились каждая о своем, крестились. Священник в длинной черной одежде и шапочке тихо беседовал с молодыми родителями, которые принесли младенца. Пахло воском от горящих свечек. И я купила свечку в лавочке на входе и спросила продавщицу, куда ставить за упокой. Женщина в платочке, протиравшая пыль, повела меня и показала большой прямоугольный подсвечник. Вот и все! Я присела на скамейку у двери, ноги просто подгибались. Опрятная маленькая старушка, сидевшая там же, спросила:

– Поминаете кого?

– Да, сестру.

– А что же вы не подали записку «за упокой»?

– Как это?

– Вон там бумажку возьмите и напишите имя.

Я послушалась, взяла на прилавке бумажку, ручку и написала «Надежда Кривцова». Общительная старушка не отставала от меня.

– Вот в коробочку положите, на вечерней службе зачитают за упокой души. И вам полегчает, не будете так убиваться. Недавно схоронили?

Я заплакала и помотала головой.

– Давно. А я даже место не знаю. Искала, да не нашла.

Тишина. Все, кто был, так странно на меня посмотрели, осуждающе. Ещё бы, не знает, где её сестра. Под этими взглядами я понуро побрела на выход.

– Девушка, вы неправильно записку подали, – окликнула меня продавщица.

– Как неправильно?

– Вы написали «Надежда Кривцова», а надо просто – «Надежда».

Я подошла, взяла чистую бумажку и начала писать «Надежда». Священник прервал беседу и спросил:

– Вы искали могилку Надежды Кривцовой?

– Подойдите к отцу Василию, – старушка подтолкнула меня, стоявшую столбом.

Уже в конце дня Павел вернулся к прерванному разговору.

– Костя! Ты что-то еще говорил про черный джип в Мельниково?

– Я говорил про видео с камер наблюдения в Марьино, где засветился этот же джип.

– Как оказалось, не этот. Раз Малышкин видел машину Веры Ивановны, как и саму хозяйку машины, у места аварии, то не могла же она раздвоиться вместе с машиной.

– Теоретически, могла. Может быть, это была другая женщина, похожая на неё? И машину подходящую найти не проблема.

– Покопайся-ка, ты, Константин, в родственниках Веры Ивановны. А что интересного есть в соцсетях о Яне Огневой?

Костя оживился.

– Пал Саныч, девка – огонь! И псевдоним у неё – Джейн Файер, что означает огонь. Посмотрите на фотки. Красотка!

Павел заглянул на экран компьютера Кости. Действительно, огонь!

Яркие рыжие волосы, выбритый висок и фиолетовый макияж – экстравагантная девица.

– Чем занимается по жизни?

– Окончила факультет журналистики. Ведущая разных молодежных программ. Даже в Москву её приглашали, вела какой-то рок-фестиваль. Живет постоянно в Омске. Довольно скандальная и эпатажная деваха. Здесь и хакером быть не надо, чтобы собрать на неё компромат.

– Яна не захотела платить и убила в гневе Витю Юркова?

– Ты ошибся, Павел. Убить не могла. Она в данный момент находится в съемках нового молодежного шоу «Extrime-GO». Шоу снимают у нас в старых цехах Сибстальтяжа. Это в противоположной стороне за городом, и получается где-то в 100 км по прямой от Мельниково.

– А уехать с этого «Экстим-Гоу» она не могла?

– Также не могла. Они снимают это шоу чуть ли не круглосуточно. Я уже узнал, она неделю не отлучалась со съемок. И даже ехать к нам на беседу категорически отказалась.

– Мы люди не гордые, я сам к ней съезжу. Собственно, ей нечего предъявить. И я думаю, она не причастна к убийству. Мало ли кем интересовался наш Юрков, профессия у него такая была, шантажист. Но поговорить с девушкой надо. Завтра с утра поеду. А ты побеседуй с этим курьером, прощупай, всё ли он правильно рассказал.

…Не веря своим ушам я переспросила отца Василия: «Вы знаете, где она?»

Мы не просто вышли на свет из сумрака, радость запела во мне, казалось, я сейчас взлечу прямо в небо. Отец Василий повел меня мне в угол церковного двора, где у самого забора притулилось скромное одноэтажное здание, типа кирпичного сарайчика. Я раньше не обратила на него внимания, а на нем был большой транспарант с белыми на голубом фоне буквами, стилизованными под древнеславянскую вязь. «Цветы, венки, уход за могилами».

– Это филиал церкви?

– Нет, арендуют место у Храма. Но дело богоугодное. Люди часто к нам обращаются, а у нас нет возможности всем помочь. Вот и пустили их в пристройку. А началось всё с Надежды Кривцовой. Погост этот с 1952 года открыт, а Храм православный только в 2002 году возведен на пожертвования. Маловат храм, конечно, но построили, на что денег хватило. В то лето в новую церковь зашли женщина и мужчина. Они пожертвовали немалую сумму на нужды Храма и попросили присматривать за могилкой. Одна из прихожанок, помогавшая в Храме, согласилась, и деньги на цветы взяла. А чтобы им спокойней было, в книгу стала записывать. За первыми и другие люди обратились. Позже Татьяна, её дочь, с мужем испросили разрешения открыть маленькую фирму. Теперь у них более 100 мест для ухода числится.

Внутри нас встретили мужчина и женщина, уже немолодые, одетые подчеркнуто скромно. Отец Василий представил меня. Узнав, кто я, они приветствовали меня, как долгожданную гостью. Книги у них были в полном порядке, записи сделаны по годам, самая первая – «Надежда Кривцова», затем цифры каких-то номеров (координаты), суммы в рублях. Я вгляделась и поняла, что деньги вносились регулярно, каждый год, начиная с 2002-го.

Я сняла страницу мобильником.

– Объясните, как мне найти по этим цифрам.

– Нет, вы