Том 23. Джентльмены предпочитают блондинок - Картер Браун

— Хорошо, — согласился я после долгой паузы. — Мы разобрались с настоящим Юджином; но ненастоящий Юджин разговаривал с нами в моей комнате как ни в чем не бывало. Тогда кто или что этот ненастоящий Юджин?

— Его брат, конечно! — возмущенно прошептала она. — Мне это вдруг пришло в голову сегодня вечером, когда мы обсуждали убийство. Неужели вы не понимаете, Ларри? Настоящий Юджин, вероятно, уже мертв. Человек же, который разгуливают по дому и выглядит как его двойник, на самом деле его брат Карл.

— Его брат Карл? Тот, о котором вы мне рассказывали по пути в дом? — Мое горло внезапно пересохло. — Психопат Карл? — едва выдавил я из себя.

— Кто же еще? — пожала плечами блондинка. Ее глаза светились твердой уверенностью. — Я считала, что он надежно заперт в психолечебнице. И не понимаю только одного: если он убежал оттуда, почему Юджин ничего об этом не знает? И почему ничего не пишут в газетах? Поэтому, как только Алек Клюрман оставил меня наверху, я пробралась в комнату Юджина, обыскала его стол и нашла пару писем. Карла передали на поруки Юджину год назад с условием, что он будет проходить дальнейшее лечение в частном санатории до тех пор, пока его не признают психически здоровым.

— Значит, сейчас он в частном сумасшедшем доме? — переспросил я.

— Уже нет, — отрезала она. — Второе письмо от главного врача санатория датировано тремя неделями раньше. Он сообщает Юджину, что Карл бежал предыдущей ночью. По словам доктора, бояться его нечего, поскольку теперь Карл не опасен. Но врач предупредил, что возможна нездоровая шумиха в газетах, если станет известно о его побеге. Поэтому главный врач ничего не сообщал в полицию, а нанял известное детективное агентство, чтобы найти Карла. Там же была копия ответа Юджина. Он одобрял действия доктора. Нашла я еще одно письмо от врача, согласно которому детективы установили, что беглец находится на Западном побережье, и заверили, что поймают его в течение нескольких дней. — Марта глубоко вздохнула. — Теперь вы понимаете, что произошло, Ларри? Каким-то образом Карл пробрался на остров. Он всегда ненавидел Юджина и его убеждения. Скорее всего, потому, что они хотя и были братьями, но совершенно разными. Видимо, он расправился с Юджином, и трудно сказать, сколько еще будет жертв в течение последующих шести дней!

— Но почему он убил Люкаса? — возразил я. — Почему он просто не занял место брата после того, как убил его?

— Я думала об этом, — прошептала Марта. — Представьте себе, что человек, который схватил вас за горло и утащил в кусты, как раз перед тем, как Эмиль с телом Юджина прошел мимо, был Люкас?

— Представил. Ну и что? — все еще не понимал я.

— Когда вы рассказали увиденное Карлу, изображавшему из себя Юджина, он решил сначала выставить вас сумасшедшим, сказать, что вы все придумали, чтобы отвлечь его внимание от того факта, что он поймал нас вдвоем в вашей комнате, — затараторила жена покойного. — Но самозванец знал, что ваш рассказ правдив, и понимал, что ему нужно как можно скорее найти человека, утащившего вас в кусты, и заставить его молчать, прежде чем он подтвердит ваши слова и все раскроется!

Я вздрогнул:

— Похоже, все подтверждается самым зловещим образом!

— Вот видите, Ларри, сейчас мы с вами представляем наибольшую опасность для Карла, — шептала она. — Вы — потому, что именно вы — последний живой свидетель того, что случилось с Юджином. А я — потому, что была его женой и лучше других могу распознать маскарад!

От страха у меня зашевелились волосы на голове.

— Почему бы нам не рассказать все это остальным обитателям дома?

— Потому что они не поверят нам, — ответила Марта холодно. — Признайтесь, Ларри, разве бы вы поверили, если бы не видели все собственными глазами?

— Пожалуй, нет, — неохотно признался я.

— Поэтому нам нужно найти доказательства, — решительно продолжала она.

— Доказательства? — сразу не сообразил я.

Я возмущенно уставился на нее:

— Какие еще доказательства?

— Ну, например, тело Юджина, — спокойно объяснила она. — Вряд ли Эмиль успел похоронить его.

— Вы что, хотите, чтобы я вышел из дома и отправился в темноту разыскивать труп? — Я замолчал на несколько секунд, пытаясь справиться со стуком собственных зубов. — Тогда вы еще большая психопатка, чем Карл! — заключил я.

— Думаю, что труп находится в доме, — уверенно заявила она. — Эмиль не станет излишне рисковать, скорее всего, спрячет труп здесь, например в подвале.

— В подвале? — удивился я.

— Конечно, — повторила она. — Я уже упоминала, что Юджин строил этот дом, как точную копию старинного французского замка, вплоть до мельчайших деталей. Внизу есть огромный винный погреб, лестница в него ведет из кухни.

— Мне на это наплевать! — нервно рявкнул я. — Я не спущусь туда и за миллион долларов! С моим везением я, пожалуй, найду не только труп, но и лысое чудовище рядом с ним!

— Ну и что? — возмущенно фыркнула блондинка. — У вас же есть винтовка!

— У меня непреодолимое отвращение к стрельбе! — пытался увильнуть я.

— Прекрасно! — Марта холодно пожала плечами. — Придется мне все делать самой. Давайте сюда винтовку!

— Хватит шутить! — возмутился я.

— Я не собираюсь сидеть вместе с вами и ждать, пока нас убьют, — язвительно заметила она.

Перед моими глазами внезапно возникла страшная картина: я сижу в одиночестве и дожидаюсь, пока меня задушат. При такой перспективе мысль о промозглом винном погребе показалась мне спасительной. По крайней мере я буду там не один. Чудесная компания, с отвращением подумал я: Марта, труп Юджина, его живой братишка-психопат и неукротимый лысый джинн. Все будет, как в финальной сцене первоклассного фильма ужасов. Только на этот раз прольется настоящая кровь.

— Марта! — воскликнул я. — Я не могу допустить, чтобы вы оставили меня здесь одного… То есть я хочу сказать, что не могу позволить, чтобы вы в одиночку спустились в подвал. Я иду вместе с вами. Но только помните, если мы потеряемся в темноте и послышится вопль, то знайте, что это я, и попытайтесь спасти меня.

Глава 6

Наш поход из гостиной в кухню прошел спокойно. Если не считать того факта, что я, мне кажется, поседел. В кухне не было света, и я следовал за силуэтом Марты, ожидая каждую секунду, что чьи-то руки сомкнутся на моей шее. Женщина остановилась без предупреждения и пискнула от боли, когда я врезался в нее.

— Нашли время для заигрываний! — зло прошипела она.

— Это простая случайность. Я взмахнул рукой, когда вы остановились. Неужели вы думаете, что в такое время… — возмущенно прошипел я в ответ.

— Заткнитесь! Вот дверь, ведущая в подвал, — одернула она меня.

Послышался ужасный скрип, она открыла дверь.

— Следуйте за мной, но только очень осторожно. Здесь очень круто!

— Минутку! — возразил я. — Этот скрип вполне мог разбудить даже мертвых, не говоря уже о живых! Если в подвале кто-то есть, они предупреждены, что мы приближаемся.

— Можете бежать, если струсили, — презрительно зашипела она.

— Нужен свет, — устало возразил я. — И прекратите шипеть на меня!

После минутной паузы раздался щелчок, ей удалось найти выключатель. Освещение было холодным и тусклым — при таком свете обычно душат людей. Сейчас этот свет падал на крутые ступеньки, ведущие в подвал. Марта прижалась к одной стороне лестницы, свирепо уставившись на меня. Я тоже уставился на нее. И тут вдруг понял, что она хочет, чтобы я шел первым. Но при всем желании я не мог заставить мои ноги двигаться. Поэтому мы стояли на лестнице, уставившись друг на друга, как ковбои перед дуэлью. Внезапно в ней проснулась тигрица.

— Ну хорошо, — сказала блондинка убийственным тоном. — Я пойду первой, несчастный трусишка!

Выхватив из моих рук винтовку, она зашагала вниз по ступенькам. Я постарался собрать остатки мужества, изрядно растраченного за последние двадцать четыре часа.

— Подождите!

Догнав ее на лестнице, я схватился за винтовку.

— Ладно уж, я пойду первой! — проворчала женщина, не выпуская оружие из рук.

Несколько секунд мы пытались вырвать винтовку друг у друга, пока я не решил показать, кто сильнее, и дернул как следует. К несчастью, в эту секунду Марта решила отпустить винтовку, я зашатался и ступил мимо лестницы. Винный погреб, Марта и остальная вселенная превратились в калейдоскоп, вращение которого прерывалось рядом болезненных толчков, каждый последующий больнее предыдущего. Наконец я достиг пола и, лежа на нем, представил всего себя в синяках и в крови. Возможно даже покалеченным на всю оставшуюся жизнь. Размышляя подобным образом, я услышал тихий издевательский смешок и неохотно открыл один глаз. Светловолосая тигрица с блаженной улыбкой смотрела на меня сверху вниз.