Дело супруга-двоеженца - Эрл Гарднер

– А как я буду курить? – поинтересовался Мейсон.

– Обычная пачка сигарет вполне сгодится для нашего брата полицейского, – порекомендовал лейтенант Трэгг. – Коробок же спичек – прекрасная вещь для добывания огня. Теперь, сержант, мы возьмем веревку и протянем ее вдоль дороги между этими двумя калитками, чтобы никто не шатался у изгороди.

– Запираете конюшню, когда лошадку уже украли? – съязвил Мейсон.

– Просто не пускаю тех, кто подбрасывает улики, – возразил Трэгг. – Нам вовсе не хочется, чтобы их урожай был чрезмерно велик.

– Это так. А тем временем вам не мешает посмотреть, вдруг там окажется еще одна зажигалка и портсигар.

– И еще один револьвер, – задумчиво проговорил Трэгг. – Вы знаете, Мейсон, иногда ваши мысли до странности совпадают с моими. Дик, возьмите веревку, мы сейчас огородим это место, а вы, сержант, никого не подпускайте к забору. Нам не нужно, чтобы тут шлялись всякие…

– Это намек на нас, Делла. Нам пора идти.

– Иногда вы с ходу понимаете намеки, Мейсон. Интересно, почему вы хотели, чтобы мы нашли револьвер, и еще интереснее, откуда вы знали, что он там лежит.

Мейсон повернулся к Дрейку:

– Вот так-то быть офицером полиции, Пол. Становишься циником и скептиком. Я наугад бросил портсигар, а он превращается в револьвер.

– Вы, конечно, раздобыли для нас кое-какие улики, – сказал Трэгг, – но мы пока не можем оценить их по достоинству, не зная, что они означают.

– Когда найдете второй револьвер, – успокоил его Мейсон, – может быть, что-нибудь поймете наконец.

– Вот что я вам скажу, Перри. Мы собираемся проследить путь этого револьвера с той минуты, как его сделали на заводе, до того момента, как его бросили сюда, во двор, и, если он имеет хоть какое-то отношение к вам, вы об этом услышите.

– А что, разве противозаконно бросать револьвер в чужие владения?

– Противозаконно фальсифицировать улики, – поучительно заметил Трэгг.

– Ну-ка, ну-ка, лейтенант, перечитайте Уголовный кодекс. Что в этом фальшивого и где здесь улики?

Трэгг ткнул большим пальцем в направлении стоявших автомобилей.

– В путь! Вам здесь больше нечего делать.

Глава 9

В начале пятого, когда Мейсон и Делла Стрит вернулись в контору, явился Пол Дрейк с кучей новостей.

Мейсон, нетерпеливо расхаживавший по комнате, остановился, когда Дрейк извлек пачку тонкой бумаги из картонной папки и сказал:

– Ну, Перри, мы стараемся идти на шаг впереди полиции, но не так-то это просто.

– Что значит – на шаг впереди полиции? – озадаченно спросил Мейсон. – Они же нас догнали.

– Вовсе нет. Я вырвался вперед.

– Расскажи-ка, – потребовал Мейсон. – Куда это ты вырвался?

– Я хотел узнать, как настоящая фамилия парня – Гиллетт или Граймс, – начал Дрейк, – и предпринял то, чего полиция сделать не удосужилась. Я стал искать свидетельства о рождении. Свидетельства о рождении Фелтинга Граймса не существует в природе, а вот Фрэнклина Гиллетта – есть. Я опущу мелкие подробности и расскажу только о главном, потому что все эти сведения с пылу с жару и ты, возможно, захочешь тут же начать действовать.

– Продолжай, рассказывай, – попросил Мейсон.

– Отца Фрэнклина Гиллетта звали Горман Гиллетт. Видимо, он бросил семью, когда сын был еще ребенком. Мать подала на развод на основании ухода мужа из семьи. Потом она умерла. Никто не знал, что случилось с Горманом Гиллеттом, – во всяком случае, в документах о разводе ничего не сказано. Но самое интересное, Перри, что Горман – очень редкое имя. Изучив статистику населения – ну, конечно, над эти делом работала целая команда оперативников, – было установлено, что один из Горманов живет в городке Пайн-Хэвен, в горах, недалеко от Уолкер-Пасс. Мой сотрудник говорит, что там жил некий Горман Гиллетт. Такой тип вроде отшельника.

– Жил? – переспросил Мейсон.

– Вот-вот, – сказал Дрейк. – Сотрудник позвонил туда и выяснил, что этот тип три дня как умер. Здешний владелец похоронного бюро, он же и общественный администратор, говорит, что не нашел родственников и держит тело в морге в надежде, что кто-нибудь объявится и заплатит за похороны. Ну а Горман – имя редкое, и есть вероятность… возраст сходится и все остальное вроде бы тоже…

Мейсон задумчиво хмурился, переваривая сообщение.

– А твой сотрудник хорошо все разузнал, Пол?

– Этот тип был там вроде местной достопримечательности. Он сильно опустился. Ходил в старой драной одежде, отрастил бороду, и никто не знал, на какие средства он существовал.

– Никаких родственников?

– Никаких.

– Есть еще что-нибудь?

– Куча обычной информации. Я достал фотокарточку Фрэнклина Гиллетта.

– А что миссис Граймс?

– Она как только удрала от тебя, ринулась в полицию и рассказала им, как ты пытался подговорить ее бежать… Словом, при таких обстоятельствах твое имя не иначе как попадет в газеты, Перри.

– У тебя есть копия водительских прав?

– А как же! Фрэнклин Гиллетт был ростом пять футов одиннадцать дюймов, весил сто восемьдесят пять фунтов, имел каштановые волосы и зеленые глаза. Я достал его фотографию у газетчиков. Она будет напечатана через пару часов.

– А был автомобиль со спущенной шиной у ворот усадьбы Бакстера?

– Нет, его не было. Ты с таким же успехом, Перри, можешь узнать об этом сейчас, как и позже.

– То есть как?

– Не было никакого автомобиля.

– Должен быть, – настаивал Мейсон.

Дрейк покачал головой.

– Если и был, то шина у него не была спущена.

– Откуда ты знаешь?

– Прежде всего у нас есть доказательство обратного, – объяснил Дрейк, – чего бы оно ни стоило. Я облазил все гаражи в этом районе, автомобильные клубы, станции автосервиса. Никто не высылал ни буксира, ни ремонтного автомобиля. Я заставил двоих сотрудников проверить автосервис, который ты мне назвал, и нет никаких сомнений, что молодая женщина, по описанию твоя клиентка, побывала там вчера вечером около половины десятого. Этот парень запомнил время, потому что менялся в десять и ему как раз осталось полчаса до прихода сменщика. Женщина эта вела машину. Мужчина вышел, о чем-то спросил и отправился на задворки станции, а потом исчез.

– Его приметы? – спросил Мейсон.

– У меня записано. Рост примерно пять и восемь или пять и девять футов, лет двадцати пяти, вес – около ста семидесяти пяти фунтов. Темные волнистые волосы, но какого цвета глаза, работник станции сказать не мог. Одет был в темно-коричневый костюм. Обрати внимание на время, Перри. Довольно точно указывается половина десятого. В десять часов охранник в усадьбе Бакстера закрыл ворота и запер их на цепь. В это время перед воротами не стояло никакой машины.

– А что за охранник?

– Некий Корли Л. Кетчум. У него маленький домик в глубине двора, и его обязанность – следить, чтобы ворота отпирались в семь часов утра, а в десять вечера запирались.

– Кто смотрит за домом? Вряд ли они разрешат, чтобы к ним входил неизвестно кто.

– Нет. Когда Джордж Белдинг Бакстер дома, то пара слуг находится там с восьми утра до пяти вечера. Есть кухарка, которая приходит в полдень и работает до восьми, и домоправительница, которая живет в усадьбе. Домоправительница в основном бывает на месте, но сегодня у нее выходной, и она сказала полиции, что Джордж Белдинг Бакстер разрешил ей уйти вчера вечером примерно около девяти.

– А сам Бакстер? – спросил Мейсон. – Где он?

– Он ездил в Сан-Франциско заключать какую-то сделку и как раз возвращался обратно. Он доехал до Бейкерфилда, остановился в мотеле переночевать и приехал домой сегодня утром. Он сразу отправился в контору и там узнал, что в его усадьбе что-то случилось, – только когда ему позвонили из полиции.

– Он видел фотографии трупа?

– Он видел сам труп и сказал, что впервые видит этого человека. Завтра он улетает в Гонолулу и велел своим служащим оказывать полиции всяческую помощь, а ключи, насколько мне известно, оставил лейтенанту Трэггу.

В полиции теперь почти уверены: Гвинн Элстон знала, что Фрэнклин Гиллетт и Фелтинг Граймс – одно лицо, по крайней мере с того момента, когда увидела фотографию Фрэнклина Гиллетта во время первого посещения Гиллеттов.

Версия полиции: будто Граймс догнал ее после визита к миссис Гиллетт, она села к нему в машину и, вероятно, обвинила его в двоеженстве, и сцена была весьма бурной. Она направила на него револьвер, потребовала ехать в усадьбу Бакстера, загнала его под дулом револьвера на территорию усадьбы, застрелила и… Потом твоя клиентка припрятала тело, припарковала машину Граймса и пешком вернулась туда, где оставила свой автомобиль. Все это нужно было успеть сделать, пока ворота в усадьбе Бакстера были открыты.

– А как же человек, который был с ней на станции обслуживания, Пол?

– Это ее любовник или сообщник. Как только полиция узнает, кто он такой, дело останется только открыть и закрыть.