Наследник не для мужа - Кэти Свит

— Влад, ты мне, как сын, — заявляет совершенно серьезно, повергая меня в шок. — Арина должна бросить идиота Николаева и выйти замуж за тебя. Вы отличная пара! — нажимает на самую глубокую рану, заставляет ее кровоточить.

— Все будет в порядке, — заверяю его, хотя самому верится с трудом. Но лишний раз расстраивать умирающего человека не собираюсь. Я сделаю все, чтобы он прожил, как можно дольше, и не узнал за какого ублюдка его единственная дочь вышла замуж. — Пойдем. Нас ждут.

Медленно мы приближаемся к двери в переговорную, каждый шаг даётся Сергею с трудом. Ужасно наблюдать за тем, как угасает жизнь в некогда сильном человеке, а ещё ужаснее осознавать, что при наличии денег, связей и власти, ты ничем ему не можешь помочь. Рак забирает Малахова-старшего на тот свет гораздо быстрее, чем я рассчитывал. Смотрю на то, с какой скоростью прогрессирует болезнь и осознаю, что такими темпами старуха с косой придет за ним слишком скоро.

Невыносимо долго мы идём к заветной двери, но этому я был даже раз. Неустанно прислушиваясь к вибрации телефона, успеваю получить сообщение с точными координатами любимой женщины до того, как начнется совещание. Быстро прочитав, сопоставляю в голове имеющиеся знания и с прискорбием понимаю, что конкретно сейчас ничем не могу ей помочь. Мы стоим на пороге кабинета.

Сергей благодарит меня за помощь, открывает дверь, заходит в небольшое помещение, где собралось всё руководство компании, начиная от начальников отделов и заканчивая вице-президентами. Нет лишь одного сотрудника — Арины Сергеевны Малаховой.

— Где Арина? — окинув взглядом переговорку, Сергей тихо интересуется у Димы. Я не даю другу ответить, встречаю.

— Она застряла в пробке. Менты опять перекрыли шоссе, ей не проехать, — нагло вру. Сергей либо действительно верит, либо просто делает вид.

— Значит, начнем без нее, — заявляет глава холдинга, занимая место во главе стола. Я сажусь рядом. — Ну что? — поворачивается ко мне. — Готов?

— Куда ж я денусь? — отшучиваюсь, унимаю бурю, разыгравшуюся в душе. Ублюдок не дал Арине приехать, он держит ее взаперти в своем доме. Коваль все же сумел взломать коды и подключился к системе видеонаблюдения, он заверил меня, что внешне с женщиной все в порядке. Выдыхаю. Арина цела. Это главное! С остальным разберусь чуть позже.

— Давай шокировать, — перевожу взгляд на взволнованных людей. Они уже поняли что совещание не простое и сидят, ловя каждое слово, кто-то шушукается, кто-то в открытую пялится на меня. Знаю, что мой внешний вид для них ужасен, что у одних я вызываю отвращение, у других — жалость. Но на выходе каждый из них будет меня уважать. Проходили не раз.

— Доброе утро, — Сергей окидывает взглядом каждого сотрудника, сидящего за столом, те мгновенно замолкают. — У меня для вас есть несколько важных новостей, — заявляет. — Спешу вам представить нового главу холдинга — Владислава Алексеевича Волкова!

Глава 20. Влад. Шок

Шум, гам, гомон и сотни вопросов, летящих острыми стрелами на нас.

— Сергей Анатольевич, что делать с инвестиционным договором? Нам завтра деньги должны перевести!

— Вы документы подписали? Изменения в ЕГРЮЛ прошли?

— Кто из вас подпишет аудиторский отчёт? Мне его отдавать надо!

— Вы нас покидаете?

Кто повскакивал с мест, кто трясёт стопкой бумаг, кто просто схватился за голову, в переговорной царит настоящий хаос. Смотрю на сотрудников, вижу их рвение к работе и неприятие одного — меня. Ну, с этим мы разберемся по ходу пьесы. На данный момент я наслушался более, чем.

— Замолчали! — приходится немного повысить голос, но зато в помещении в момент образуется тишина. — Спасибо, — сухо поблагодарил сидящих передо мной подчинённых. — Изменения зарегистрированы, с сегодняшнего дня ваш Генеральный директор — я, остальное обсудим индивидуально в моем кабинете, — пытаюсь вспомнить, где тот находится, но бросаю это неблагородное дело. Сергей уезжает, так обоснуюсь у него. — Не переживайте! Я выслушаю каждого из вас. Лично. Но конкретно сейчас я бы попросил задать волнующие вас вопросы Сергею Анатольевичу, поскольку тот уедет через, — смотрю на часы. — Тридцать минут.

Снова посыпались вопросы, через пять минут "марафона" от их изобилия начала гудеть голова. Смотрю на Сергея, тот бледный, отвечает на многие вещи с трудом, такое ощущение, что у него не слушается язык. И тут до меня доходит! Холод ледяными осколками врезается в кожу, мысленный поток стремительно несётся вдаль. У мужчины отнимается правая сторона! Скоро его полностью парализует, а затем болезнь окончательно победит. Я понял о какой форме рака мой друг умалчивал и почему так долго никому ни о чем не говорил, так же логичными стали его исчезновения на несколько дней в начале года, летом, когда мы договаривались прокатиться на яхте он тоже все отменил. Теперь я все понимаю и от этого становится лишь печальней.

— Влад! Поздравляю! — ухмыляется Дима, когда мы остались втроём.

— Спасибо, — благодарю друга, тот протягивает руку, пожимаю.

— Дядя, почему раньше нам не сказали? Арина в курсе? — снова вопросы. Как я устал. Но довольная рожа Димона говорит лишь о том, что он искренне счастлив видеть рядом с собой во главе компании меня, а не Марата. Арине этот индюк не дал бы управлять. Уж я точно знаю об этом.

— Дима, — печально произносит Сергей. Я вижу, как тяжело ему признаться в болезни, но в данном вопросе помогать не стану — он должен озвучить новость сам. — Жаль, что Ариши с нами нет, — вздыхает. На пару секунд замолкает, прочищает горло. — У меня четвертая стадия рака. Меньше чем через месяц, я умру, — будничным тоном ошарашивает новостью нас обоих. В прошлый раз обозначал совершенно другой срок.

В кабинете воцаряется кромешная тишина, нарушаемая лишь тиканьем настенных часов, да звуком шагов за стеклянной перегородкой. Дима в шоке, на нём нет лица, я прям вижу, как стремительно летят его мысли. Сам совершенно недавно пребывал в таком состоянии.

Жаль. До невозможности жаль расставаться с другом, терять наставника, надёжного соратника, да и просто хорошего человека. Страшно. До дрожи в коленях, до холодного пота, до головокружения страшно осознавать, что в один прекрасный момент смерть может забрать любого из нас и ей совершенно не важно, что ты за человек, сколько у тебя денег и насколько широко распространено твоё влияние. Старуха с косой просто приходит и все. Но самое ужасающее — это то, что ты смотришь в глаза человека, общаешься с ним, шутишь, осознавая, что каждый разговор, каждая шутка, каждая минута могут быть последними. И ты выжимаешь из этого всё. Максимально. До последней капли.

Потом