Дважды укушенная (ЛП) - Райли Алекса

Она наша пара! — Кричуя я, неспособный контролировать свои собственные эмоции. С меня хватит рассуждений. Мне плевать, что он наш создатель. Он меня послушает. — Ты не стоял на пути Кейна, идущего за Джульеттой, и не станешь удерживать нас от Дав.

— Ты уверен? — спрашивает он, взвешивая мои слова. — Ты уверен, что она та самая, для вас обоих?

— Да, — отвечает Эрик за нас обоих, когда делает шаг вперед. — Мы выпили её кровь прошлой ночью, и нет никаких сомнений. Мы нужны ей, и мы не можем оставаться здесь в ожидании захода солнца.

— Времени мало, — я слышу голос Раваны позади, когда она и её пара Вален входят в комнату. — Валену только что позвонили. Он сказал, что один из его информаторов сообщил, что её забрали.

— Что? — Я оборачиваюсь и смотрю на них двоих. — Где она?

— Они думают, что её увезли к Риверу. — Предполагает Вален, и я слышу, как Джульетта шмыгает.

— Куда? — Спрашивает Джульетта, вытирая слезу. Кейн держал её близко с тех пор, как узнал, что Дав пропала. — Здесь нет реки.

— Она имеет в виду Ривера Гордона. Но зачем ему её забирать?

— На это нет времени. Нам просто нужно увезти её подальше от него и убедиться, что она в безопасности, — говорю я, когда протискиваюсь мимо всех и направляюсь к туннелям. Если мы не сможем выйти через парадную дверь, мы будем ехать, пока не стемнеет.

— Кейн, оставайся здесь с Джульеттой и Раваной, — говорит Бишоп, и я слышу, как Равана кричит на заднем плане.

Я не останавливаюсь, чтобы посмотреть, кто со мной, но я чувствую, что Эрик присоединился ко мне, как приклеенный. Мы в этом вместе, и мы найдем способ.

— Ты поведешь, я сяду с Эриком сзади. Если кому-то и нужно выйти до захода солнца, то это буду я, — говорит Вален, когда бежит с нами вниз по лестнице. — Черт, — проклинает он, когда Равана присоединяется к нам.

— Нельзя позволить вам веселиться без меня.

Мы с Эриком идем впереди, а Равана, Вален и Бишоп — сзади. Возлюбленные спорят из-за головы Бишопа, но как только он говорит им молчать, они следуют его команде.

— Никогда не знал, что иметь пару может быть так весело, — говорит Бишоп, закатывая глаза.

— Кто такой Гордон Ривер? — Спрашиваю я, оглядываясь в зеркало на Бишопа, когда выезжаю из туннелей.

— Он был создан вскоре после меня. До сегодняшнего дня я думал, что он живёт в отдалённой от людей части России. Его создатель был известен как один из самых порочных в нашем роде и создавал вампиров, не обращая внимания на наши секреты. Это не заняло много времени, чтобы достигнуть его, и как только он был убит врагами, стремящимися хранить нашу тайну, Гордон встал у власти и захватил его территории. — Он делает резкий вдох и качает головой. — Я встретил его, когда путешествовал, и увидел в нем то, чего никогда не хотел для себя. Я управляю городом здесь, потому что хочу сохранить наш род. Я хочу, чтобы наша семья была защищена, но Гордон просто хочет… — Бишоп умолкает и пожимает плечами.

— Чего хочет? — спрашивает Эрик, когда я сворачиваю в переулок.

— Это между ним и мной, — говорит Бишоп просто и не объясняет дальше. Это больше не между ними, с тех пор как нашу пару втянули во все это, но мы займемся этим позже. После того, как вернём её. Где ей и место.

Вален говорит нам, куда ехать, а я следую его указаниям. Согласно моим часам, это не займет много времени, но с тем же успехом могут пройти годы с тем, как сильно я волнуюсь. Солнце садится, а ночь наступает на небо, когда я сильнее жму на газ.

— Там! — Кричит Равана, и я бью по тормозам. — Среди деревьев, смотри, я думаю, это она!

— Черт, — говорит Эрик, и он выходит из машины, пока я не успел моргнуть.

Я выпрыгиваю и бегу за ним, едва вспомнив о том, чтобы остановить машину.

Глава восьмая

Дав

— Иди, у тебя мало времени, — говорит рыжая девушка Лорен. — Гордон, мой отец, скоро поднимется.

Я была удивлена, когда увидела, как она открыла дверь и засунула голову, чтобы посмотреть на меня. Я была уверена, что её отец вернётся, чтобы повторить со мной, но на этот раз не так любезно. Я бы только ещё больше разозлила его тем, что сделала с его кабинетом. Я бы проломила все полки и ящики, и, наверное, нанесла бы какой-то ущерб, если бы выражение её лица было хоть каким-то проявлением.

Она ведет меня в другой длинный коридор и через заднюю дверь, пока мы не оказываемся снаружи.

— Как я и предполагала, — её фиолетовые глаза встречаются с моими, когда в них светит вечерний свет. Я никогда не видела ничего подобного. — Ты должна уйти до того, как солнце полностью зайдет. Охрана скоро сменится. — Она смотрит вниз на маленькие золотые часы на запястье. — Тогда я не смогу тебе помочь. Они могут отследить все, что угодно, когда им позволено. — Она указывает на деревья. — Иди туда и следуй по тропинке через деревья. Там фиолетовая краска на основании деревьев, которые ведут к дороге. Это единственный путь отсюда, чтобы тебя не заметили, и я надеюсь, что ты сможешь выбраться. Охранники ленятся к концу смены и не патрулируют эту секцию. — Она выпускает вздох. — Обычно.

Это не помогает моей уверенности в себе, но я постараюсь сделать что угодно, чтобы выбраться отсюда.

— Зачем ты это делаешь? — Я спрашиваю ее, как только замечаю, что она не вампир. Она стоит на заходящем солнце со мной, но её отец сказал, что её мать была убита одним из них. Можно предположить, что она захочет, чтобы я согласилась на то, что он хочет, чтобы я сделала для него. Я — связующее звено с человеком, который убил её собственную мать.

С тем же человеком, который имеет власть над людьми, к которым я бегу обратно. Пара или нет, мне нужно все им рассказать. Это единственное, о чем я сейчас думаю, с тех пор, как все самосохранение, очевидно, оставило меня. Эрик и Эзра стали важнее всего, и я не понимаю, почему и как это так легко оказалось на месте. Прямо сейчас я не хочу сомневаться в этом, по крайней мере, пока не предупрежу их о Гордоне. Из того, что он сказал, он ни перед чем не остановится, чтобы схватить Бишопа, и у меня есть ощущение, что это означает всё, что Бишоп очень ценный для него. Он хочет больше, чем око за око. Он хочет всего этого.

— Я люблю своего отца, но… — Она качает головой, когда пытается тщательно подобрать слова. — Иногда я вижу в нем что-то более темное. Когда он не получает то, что он хочет, вещи не всегда идут так хорошо для тех, кто вокруг него. Даже если он пытается сделать что-то хорошее, он может навредить невинным людям. — Я могу сказать, что она противоречит своему признанию.

— Спасибо, — я говорю, когда я ухожу и использую свою возможность обрести свободу.

Я не хочу знать, что может случиться, если я не сбегу. Я останавливаюсь и поворачиваюсь, чтобы оглянуться на нее, и красивое платье, которое она носит, раздувается на ветру. Она напоминает мне стеклянную куклу, которую держат в пластиковой коробке, чтобы сохранить её ценность. Её кожа кремово-белая, как будто никогда раньше не видела солнца, но я знаю, что это неправда, потому что она сейчас в нем стоит. Когда она оглядывается, чтобы убедиться, что там никого нет, я вижу маленькое родимое пятнышко на её плече. Оно странной формы, но когда она поворачивается назад, оно снова спряталось.