Драгорн. Том 1 - Воронов Радагор

Когда мы перекусили, убрав посуду, дед присел рядом со мной.

– Никита, – он вздохнул, – ты хоть понял, что мог сегодня погибнуть?

Я виновато опустил голову.

– Так получилось, края бочки скользкие. Может артефакт назад вернуть?

– Не надо, – он улыбнулся, – ты же ради него жизнью рисковал, так что, он твой.

– Прости. – Тихо прошептал я.

– Да не за что мне тебя прощать. – Дед пожал плечами. – Понимаю, еще ребенок, многое не осознаешь, но для меня было бы большой трагедией, обрести внука и вот так бесславно его потерять.

Я шмыгнул носом, а как мне было бы неприятно утонуть, только что родившись, ужас просто.

– Надеюсь, урок ты усвоил?

Вздохнув, я кивнул, куда уж больше.

– Двор убрал, молодец. – Потрепав мои волосы, дед поднялся.

Поблагодарив его за вкусный обед, я ушел к себе.

Весь оставшийся день изучал планшет и мобильник, вечером немного почитав, завалился спать, выключив свет.

В комнате темно, на столе светится голубой огонек. Пока на него смотрел, даже не заметил, как уснул.

Пробудился рано, но дед уже выгладил мои вещи и сложил на стуле, возле кровати. И когда только успел? К тому же, так тихо зашел в комнату, что я не почувствовал.

Одевшись, сбегав умыться и оправиться, спустился на кухню, откуда приятно пахло едой. Поздоровавшись, уселся за стол.

После того, как мы перекусили, он повел меня во двор.

– Вот. – Матвей Егорович указал рукой, на лежащие друг на друге, возле стены дома, десять небольших мешков, наполненных чем-то сыпучим.

Я удивленно посмотрел на него.

– А что это?

– Мне надо отлучиться по делам, а ты пока займись делом, перенеси все, вон туда, к забору. – Он кивнул в сторону.

– Это как? – Не понял я.

– Берешь один на руки и тащишь. – Он хмыкнул. – Там кладешь, идешь за следующим и не вздумай по дороге бросить. – Пояснил он. – Рассыплешь, потом убирать придется.

Ничего себе, почесав затылок, я посмотрел на мешки.

– А зачем?

– Для дела. Приду, проверю. – Кивнув, он просто удалился.

Вздохнув, вновь посмотрев на мешки, ухватившись за один, приподнял его. Не фига себе, он же тяжелый. Ну, раз сказал перенести, придется тащить.

В итоге, кое-как первый донес. Немного передохнув, пошел за следующим.

После шестого, у меня тряслись и ноги и руки. Восьмой нёс, петляя, шатаясь из стороны в сторону, а последний, десятый, в конце перевесил, и я грохнулся вместе с ним в ту кучу, что уже сложил. Сил подняться просто не было, руки дрожали.

Так и лежал минут пять, пока не услышал деда, который как-то незаметно подошел сзади. Да он ни фига никуда не уходил, похоже, следил за мной.

– Ну что же, толк будет. – Матвей Егорович довольно покивал головой. – Думал, уже на пятом бросишь, а ты все перетащил, молодец. – Дед аккуратно подхватив меня под руки, поставил на ноги. Пошатнувшись, я уставился на него.

– Так это что, проверка была?

– Правильно. – Подтвердил он. – Надеже было понять, на что ты способен, как тренировать, чтобы твои уровни росли. И главное здесь не сила, а характер.

Вздохнув, я посмотрел на мешки. Ну дед дает!

– Для начала, каждое утро отжимайся, затем во двор, участок большой, бегай по кругу, в конце, таскай мешки. Я подумаю, какие нужны тренажеры, из чего сделать турник, где его поставить. Пошли. – Повернувшись, он направился в сторону дома. Вздохнув, я поплелся сзади.

Не поспоришь, сам говорил, что нужно развиваться.

Посидев немного на кухне, напившись чаю, поднялся к себе. Схватив планшет, просто повалился на кровать.

Весь этот день и следующие три, пролетели быстро. Ничего не происходило, ну или почти ничего.

С утра, как и говорил дед, я отжимался, бегал по двору кругами, затем долго стоял и смотрел на мешки. Мне ужасно не хотелось их вновь таскать. Недовольно посопев, ухватился за первый.

Надо тащить, уровни сами собой не вырастут.

Очень хочется узнать, кем же я стану, то есть обращусь в кого. С одной стороны подобное пугает, но с другой, до жути интересно! Поэтому, просто запретил себе лениться.

Дед, поглядев, что я продолжаю носить их с места на место, пояснил, что это поможет укрепить мышцы ног, спины и рук, а так же выносливость. Затем, хитро улыбнувшись, добавил. Ввиду того, что у меня есть горячее желание чем-то заниматься, он придумал мне еще одно упражнение.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

После того, как он пояснил, что мне предстоит делать, подбоченясь, сдвинув брови и сжав губы, я сердито глянул на него. Тот только хмыкнул в ответ. Посопев немного, пришлось и на это согласиться.

Вот и стал я помимо всего прочего, бегать по двору, ловить Пал Палыча, для того, чтобы улучшить ловкость. Петух носился от меня как сумасшедший.

Дикий он какой-то, завидев, что приближаюсь, тут же давал деру, расправив крылья, наверное, взлететь хотел. К тому же, еще хитрый и коварный.

Я часто падал, прыгая вперед, пытаясь его ухватить, а этот гад, умудрялся отскакивать в сторону и, исподтишка клевать меня в задницу, пока я поднимался, как коршун набрасывался.

И ведь ужасно больно, я даже подпрыгивал, взвизгивая, потирая больное место, до крови клювом пробивал, гад! Ух, как он меня злил!

Зато когда ловил, он тут же становился смирным, покорным, опускал голову вниз, поглядывая на меня одним глазом, пока нес его в курятник.

Вот точно, все понимал, у меня вообще сложилось впечатление, что он сам так развлекался. Даже, как не странно, замечал у него улыбку, хитрую такую, после того, как ему удавалось меня клюнуть, хотя, как такое могло быть, не понимаю, но ведь он точно, улыбался!

На четвертый день, как только я проснулся, тут же услышал голос в голове. Даже вздрогнул от неожиданности, совсем про него забыл.

– Выносливость увеличилась на два пункта и составляет пятьдесят процентов.

– Сила увеличилась на два пункта и составляет сорок шесть процентов.

– Ловкость увеличилась на три пункта, и составляет сорок два процента.

Известил он меня.

Не много, но это все равно порадовало, улыбнувшись, я повеселел. Процесс пошел, теперь не остановлюсь.

Интересно еще то, что к вечеру, каждый день болели мышцы, а утром все было нормально.

Даже синяки от ударов клювом петуха, исчезали. Действительно, процесс восстановления у меня, намного быстрей идет, чем у обычного человека.

После завтрака, дед известил, что сегодня заниматься не нужно. Он ненадолго куда-то съездил и привез мне документ.

Я все равно поступил по своему, пока его не было. Отжавшись, совершил пробежку по двору, а чего время терять.

Затем уселся сбоку дома на лавочке и просто нежился на солнышке, загорая. Ведь бегал в одних трусах, к тому же босиком и мне это здорово нравилось, ощущать густую, мягкую траву! Даже кайф от этого получал, наверное, потому, что в прошлой жизни ни разу по ней не ходил без обуви.

– Вот, все готово. – Он протянул бумажку, довольно улыбаясь, присаживаясь рядом.

Взяв и развернув листок, я прочитал:

Вверху крупными буквами написано: "СПРАВКА", далее текст:

"Выдана: Никите Ивановичу Горскому, ввиду утраты всех документов и трагической гибели родителей.

Отец: Иван Матвеевич Горский, мать: Марина Сергеевна Горская.

Сей документ подтверждает, что Никита Иванович Горский родился в г. Московске, в мае, двадцать восьмого числа, семь тысяч пятьсот двадцать первого года, в Российской Империи." Дата, подпись, печать.

Я удивленно посмотрел на деда.

Он махнул рукой.

– Этого достаточно для прохода через портал и твоей легализации в этом мире. Нормальные документы сделаем, когда тебе исполнится четырнадцать лет. Ну и как ты хотел, твой день рождения теперь в мае. Убери. – Он кивнул на бумажку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Сложив аккуратно листок, я зажал его в руке, потом в комнате, в стол положу.

– В общем так. – Он с серьезным видом посмотрел на меня. – Вот, что будет дальше.

Я кивнул.

– Сейчас соберем сумку, положим туда твои вещи, телефон, планшет, я тайно отвезу тебя к своему другу Беломиру. – Начал он объяснять.