Фабрика уродов - Шимун Врочек

У Джекоби сложилось иное впечатление.

— Если бы я не знал, насколько Бата ценит младшего брата Баззеды, то решил бы, что он ведет против него свою игру. И цель этой игры — сразу же погубить человека эмира.

Бумаги полетели в костер. Пламя жадно вгрызлось в промасленный пергамент. Тибур напрягся, но под тяжелым взглядом Дэрека Джекоби не двинулся с места.

— На бумагах стоят печати, сменившиеся почти месяц назад — как только запахло войной с лягушатниками. Предъявив их, вы уже через час висели бы на дыбе, — спокойно пояснил свои действия человек в шляпе с белым пером. — Не верю, что нашему упитанному другу об этом неизвестно. Еще больше не верю, что Бата пошел на это сознательно. Избавиться от вас можно было бы гораздо проще. Скажем, роковая ошибка при портальной переброске… всем известно, что вероятность — достаточно большая. Какой спрос со случая?

— Тогда, получается, что двурушничает кто-то из людей евнуха? — медленно проговорил Тибур.

— Не важно, что «тогда». Это проблемы Баты. Он должен бы понимать, что в тот момент, когда Главный-над-Шептунами перестает контролировать свою паучью сеть, его сжирают собственные выкормыши. Так уж заведено.

Светловолосому сделалось не по себе.

Он умел убивать людей и причинять им боль, но в сложных хитросплетениях игр сильных мира сего чувствовал себя беспомощным. Отчасти именно поэтому выбор эмира пал на него. Тибура отправили не вплетать новую нить в это кружевное полотно интриг, но разрубить ее узоры и узлы. Так, чтобы тщательно выстроенные, выстраданные планы (конечно, если они есть!) пошли насмарку, заставив тех, кто дергает за дальние нити, впасть в раздражение и растерянность.

И высунуть из потайных нор свои лисьи морды, которые эмир и Бата сумеют не проглядеть.

— Вы поможете мне с документами? — хмуро спросил Тибур. — Без них моя миссия сильно усложнится.

Джекоби надолго задумался. Отблески костра зловеще играли на его суровом, слегка вытянутом лице. А потом, наконец, человек с белым пером улыбнулся.

— Пожалуй, в моих силах даже больше чем просто «помочь». Я могу здорово выручить! Тем более, что нам все равно придется подсаживать вас на поезд, дабы не терять несколько драгоценных дней в пути.

Так он оказался в «золотом» вагоне поезда, идущего в Наол…

Тибур, сын Аккадия-Лыкодера открыл походную сумку мертвого уранийского нобиля и начал выкладывать на стол его («Мои!» — нервно напомнил он себе) вещи. Содержимое саквояжа впечатляло: тот, чье имя перешло в распоряжение светловолосого, при жизни являлся важной шишкой. Дэрек Джекоби ничуть не преувеличивал насчет «здорово помочь»…

Два рекомендательных письма, с неофициальной просьбой оказывать подателю сего всяческие услуги и любую помощь, которая только по силам. Одно адресовано Квентину Старлоку, второе — герцогу Наольского. Подписаны не абы кем, но лично рукой герцога Виктора Хорина, регента при несовершеннолетнем короле Джордане III. Теперь, когда печати повреждены, от них нет никакого толка.

Официальные верительные грамоты на имя Бергмана.

Пропуска и подорожные.

Чистые, незаполненные листы для пропусков и подорожных, снабженные размашистой подписью Витара Дормунда, вице-канцлера Ура, Блистательного и Проклятого.

Личная печать, при помощи которой эти листы можно было заверить.

Наконец, серебряный с червлением жетон старшего офицера Второго Департамента Ура.

В груди у светловолосого неприятно похолодело. Услуга Дэрека Джекоби во всех отношениях дорогого стоила. С одной стороны с такими документами в зоне уранийского протектората можно пробраться куда угодно. С другой… когда все выплывет наружу, ему лучше пойти и утопиться самому, не дожидаясь, пока костлявые руки Витара Дормунда дотянутся до него.

Где бы он не прятался.

Второй Департамент Ура — это не просто плохо — это плохо по-настоящему. Всем известно, что сие ведомство, пекущееся о безопасности Ура, Блистательного и Проклятого, с большим пиететом относится к своей репутации. Убийство старшего офицера никому не пройдет даром. Витар Дормунд не спускал такого никому, поэтому с ним считались даже Выродки.

Тибур начинал понимать, во что ввязался.

Человек, называвшийся Дэрек Джекоби, оказался страшнее, нежели ему показалось поначалу.

Он вернул долг Бате (или эмиру Юзуху) и одновременно подписал смертный приговор свидетелю этого события. Времени, которое отведено Тибуру, прежде чем подмена будет разоблачена, с лихвой хватит на то, чтобы выполнить задание эмира. А вот вернуться к сестре он уже не успеет. Рано или поздно Второй Департамент найдет его.

И даже если он доберется до Тортар-Эреба и потребует сестру обратно — стоит ли это того? Ведь тем самым он только подвергнет ее опасности: за ним все равно начнется охота по всему материку. Охота, шансы уцелеть в которой сведены к минимуму.

И самое страшное, что Джекоби, похоже, действовал в полном соответствии с планами проклятого евнуха.

Отправляя его, Бата не знал про недействительные печати?

Был обведен вокруг пальца кем-то из своих людей?

Или же просто послал вежливый намек старому знакомцу Джекоби, который прекрасно расшифровал послание Главного-над-Шептунами?

В конце концов, он, Тибур, — участник событий и свидетель, который не нужен им обоим. И эмиру Юзуху он не нужен. Зачем держать при себе плохо управляемого безумца?

Светловолосый невесело рассмеялся.

Мерзавцы! Интриганы! Пауки!

Пытаясь справиться со своими эмоциями, он сжал зубы с такой силой, что те едва не начали крошиться.

Что ж, его обманывали и предавали с младых ногтей. И те, кому он верил, и те — кому не доверял.

Не привыкать…

И потом, главную награду он получит при любом раскладе: живым или мертвым. Эмир дал ему свое слово — слово Владыки Варкаташа — если Тибур не вернется, его сестра будет отдана в жены одному из влиятельных мурз Тортар-Эреба и проведет свою жизнь в роскоши и почете. И главное: ей будет предоставлено право самой выбрать себе мужа, что означает: в постель к старику, уроду или садисту ее не положат.

Вот самое большое, что он мог для сестрички сделать. И сделает, черт вас всех подери!

Оглушенный злостью и страхом, он не расслышал негромкого скрежета в замочной скважине, а потому, когда дверь каюты приоткрылась, и в нее скользнула гибкая плечистая фигура, едва не был захвачен врасплох. Но «едва» — не в счет! Тибур мягким движением схватил кинжал, сжался в пружинистый комок, готовясь к броску… и тут же расслабил плечи.

— Я смотрю, вы уже с комфортом устроились, мой друг! — с едва слышной насмешкой в голосе произнес Джерек Джекоби, небрежно бросая свою шляпу на стол, прямо поверх разложенных Тибуром документов.