Легенды об альдорах - Виктория Петрова

рад их встрече на порядок больше, потому что сразу полез обниматься. Его не смущало даже то, что некромантка была насквозь мокрая.

— Что тебя ко мне привело? — спросил Колтрин, выпустив Велию из объятий.

— Надо поговорить. Наедине. В дом-то пустишь?

— Ой, да, проходи конечно, — пригласил светлый.

Велии показалось, что волосы Колтрина слегка отросли, хотя прошло всего несколько недель, так что, наверное, и впрямь показалось. Он был одет в белоснежную рубашку с золотой вышивкой. Ее было немного, но вещи с такой вышивкой просто так не надевают.

— Ты чего такой нарядный? — с подозрением спросила Велия.

— У меня день рождения сегодня, — улыбнулся Колтрин.

— О. Ясно. Поздравляю…

— Как-то не слишком тепло прозвучало, — усмехнулся светлый.

— Извини, — пожала плечами Велия. — Некроманты недолюбливают дни рождения, а неискренне радоваться я не умею.

— Почему? В смысле, почему недолюбливают?

— Потом как-нибудь расскажу, невеселая история.

Они шагали по лестнице на второй этаж. Кроме них в доме, казалось, никого не было. Все словно попрятались.

— А ты чего в перчатках? — спросил светлый. — Ты же их раньше носила только потому что альдоров боялась, а сейчас на тебе защита Альвы должна быть. Разве нет?

— Защита на месте, но перчатки мне все равно нужны. О том и речь.

Они поднялись наверх, в комнату Колтрина. Велия огляделась: большой сундук с одеждой, мягкая постель, книги, стол с изящной резьбой, пара стульев, небольшой камин. Семья Колтрина явно была не бедной. Колтрин дал некромантке полотенце и специально для нее разжег камин. Велия села на один из стульев, достала из сумки деревянный гребень и начала расчесывать спутанные волосы. Некромантка обратила внимание на стоящий в углу около кровати деревянный музыкальный инструмент с четырьмя струнами, довольно коротким грифом и грушевидным корпусом.

— А это что? — сразу заинтересовалась Велия.

— Мандолина. Учился на ней играть в Академии. Особых успехов, правда, не достиг.

Он непрерывно улыбался. Велии от этого было даже не по себе.

— Сыграй что-нибудь, — задумчиво распутывая колтун в волосах, сказала Велия.

— Я как-то… Давай позже, — махнул рукой Колтрин. — Лучше расскажи, что все-таки случилось?

Велия помедлила немного, собираясь с мыслями. Светлому стоило бы и догадаться, что разговор про мандолину некромантка завела только потому, что к важному разговора она еще была не готова.

— В общем, мы тогда думали, что ты убил наоди. Но это было только временно. Он жив и живет во мне.

— Как ты узнала? — нахмурился светлый.

— Это было несложно, — усмехнулась Велия. — Сейчас покажу.

Она закончила расчесывать волосы, положила гребень в сумку и сняла перчатку с правой руки.

— Ох, ничего себе! — воскликнул Колтрин. — А можно потрогать?

Велия усмехнулась и кивнула. Светлый пододвинул стул поближе к некромантке, сел рядом, взял ее за руку и начал внимательно рассматривать.

— Такая твердая чешуя… И холоднее чем кожа. А это что за полоски? — присмотрелся Колтрин.

— У меня же тут шрамы, — напомнила Велия.

— А, точно. Интересно… Даже на ладонях мелкие чешуйки. Ногти почернели, выглядят как короткие когти. Структура интересная, непрозрачные, толстые. Хорошо, что короткие и почти не заостренные…

— А то рвали бы перчатки? — продолжила Велия.

— И это тоже. Но, в первую очередь, это было бы просто неудобно. Захотел почесать нос, а вместо этого получил порез на все лицо.

— Да уж, такими соринку из глаза не вынешь, — согласилась Велия.

Колтрин отпустил руку Велии и в растерянности почесал макушку.

— Так… И что ты думаешь с этим делать?

— Я думаю, от этого нужно избавиться. Победить наоди мне помогла твоя магия.

— Но только временно, — словно извиняясь, сказал Колтрин.

— Попробуй снова. Может, в тот раз совсем немного не хватило, — не особо веря в собственные слова, предположила Велия.

Колтрин вздохнул, нахмурился и сосредоточился. Он провел пальцами над рукой Велии, посылая короткие лучики светлой энергии. Это подействовало. Чешуя почти исчезла, ногти стали обычными, но то пятно, с которого все началось несколько недель назад, осталось. Колтрин продолжил буравить светом это пятно. Чешуя стала ощутимо нагреваться. В конце концов, стало слишком горячо. Велия поморщилась, вытерпела несколько секунд, но потом все же отдернула руку и принялась ею махать, пытаясь остудить побыстрее.

— Больно? — участливо спросил светлый.

— Щекотно, — проворчала Велия, дуя на руку.

— Не поддается, — удрученно заметил Колтрин. — Не знаю, может, если продолжить… — задумчиво протянул светлый.

— И сжечь руку вместе с чешуей… — продолжила Велия, уже перестав трясти рукой. Чешуя наконец остыла.

— Да, ты права, — удрученно отметил Колтрин. — Ничего не выйдет.

— Ладно. Ты попытался. Буду дальше думать… Глядишь, что-нибудь придумаю.

— Конечно, — согласился светлый. — Но пока я жив, ты не будешь справляться с трудностями в одиночку, — сказал он. — Тем более с такими… — чуть погодя добавил Колтрин.

— Сомневаюсь, что твоя мама будет рада если ты бросишь все и кинешься мне помогать, — усмехнулась Велия. — И кстати, ты что, все ей про меня рассказал?

— Ну… Я так. В очень общих чертах. Что познакомился с тобой на службе у короля, что мы потом сбежали вместе… Я и про остальных рассказал. Просто нужно же мне было объяснить, почему я вернулся, а вру я плохо.

— Мда… А то, что некромантов не все любят? Ты об этом не подумал? — недовольно спросила Велия.

— Насчет этого не волнуйся. Моя тетя, младшая сестра мамы, некроманткой была, так что мы относимся к ним спокойнее, чем остальные.

— А насчет сестры, которая живет в Кхарате, ты тогда врал?

— Нет, зачем мне врать о таком? Я не единственный ребенок в семье. Моя мама, ее зовут Ернестайн, живет тут. Отец, Олфред, городской маг, но его в деревни иногда вызывают, ему пришлось уехать на несколько дней. У меня есть две сестры: младшая, Илинн, тоже живет с нами, и старшая, Делла, ей двадцать четыре, вышла за богатого кхаратианца и живет сейчас в Кхарате. Наш род довольно старый, у нас есть фамилия, Кларинсон.

— Колтрин Кларинсон, — задумчиво протянула Велия. — Сочетается, — резюмировала она.

— Итак, какие у нас планы? — особенно выделив слово "нас", сказал Колтрин. — Предлагаю остаться сегодня здесь, подумать, что делать дальше и завтра выдвигаться в путь.

— Звучит разумно.

— А еще сегодня праздничный обед, — улыбнулся Колтрин. — Правда еще не все готово, но уже скоро.

— Может, пока ждем, сыграешь мне на этой штуке? Как там ее?

— Мандолина, — охотно повторил светлый. — Я давно толком не играл. Но я попробую.

Он взял мандолину в руки и принялся настраивать. Настройка подзатянулась.

— Знаешь, есть такая шутка: если ты играешь на мандолине десять лет, то пять из них ты ее настраиваешь, а еще пять играешь на расстроенной, — сосредоточенно крутил колки светлый.

Через пару минут