Неразлучные враги - Ноэль Бейтс

Молодая девушка поспешно выбежала из кухни. В ее глазах застыло мрачное предчувствие. Она бросилась к столу, чтобы забрать кофейник, и поспешила выполнять приказание. Создавалось впечатление, что она живет в постоянном страхе, в ожидании вечных мук.

Несмотря на несносное поведения Карлоса в больнице, Келли несколько шокировало его отношение к собственной прислуге. Прошлой ночью она оправдывала придирки усталостью от долгого перелета, но, похоже, подобное обращение вошло у старика в привычку. Вероятно, мысли Келли отразились на ее лице. Она снова почувствовала насмешливый взгляд Марко.

— Похоже, сестра Гловер не одобряет твоего поведения, папа, — протянул он.

— Не одобряет? Почему?

Келли посмотрела на Марко с осуждением и похлопала Карлоса по руке.

— Вам не стоит так громко кричать. Это вредно и может вас взволновать.

На лице Карлоса отразилось непонимание.

— Взволновать? Я просто позвал горничную. Это ее работа. Что здесь такого? Если я этого не сделаю, они будут просто сидеть и сплетничать.

— Ну, можно, например, позвонить, — вежливо предложила Келли. — Это было бы намного легче.

Карлос щелкнул пальцами.

— Я знаю! Похожие звонки используют в отелях. Теперь-то они не посмеют сказать, что не слышали вызова. И почему я не подумал об этом прежде? Великолепно! Разберись с этим, Марко.

Марко покачал головой.

— Боюсь, я вынужден вернуться в Лондон сегодня днем, папа.

Карлос нахмурился.

— Так скоро? Ты даже не останешься на несколько дней?

— Возникли непредвиденные обстоятельства. — Черт возьми, что может быть важнее, чем заботиться о собственном отце, когда тот болен? — возмущенно взвился Карлос.

Насмешка промелькнула в улыбке Марко.

— О тебе есть, кому позаботиться, папа. Достойная сестра Гловер в твоем распоряжении.

Старик рассердился еще больше.

— Это не равнозначные вещи! Ну, хорошо, твое отношение мне ясно. Поезжай хоть прямо сейчас. Оставляй меня одного. Я же постараюсь не умереть в неподходящее для тебя время. Не хочу давать людям повод думать, что ты слишком занят, чтобы приехать на похороны родного отца…

Келли озабоченно наклонилась и взяла старческую руку в свои ладони.

— Карлос, постарайтесь не волноваться, — мягко попросила она и посмотрела на Марко с упреком. — Вы всегда спорите?

Марко рассмеялся и поднялся из-за стола.

— Вижу, я здесь лишний. Увидимся перед отъездом, папа.

— Не утруждай себя!

— Ты всегда и во всем соблюдал греческие традиции.

— Я грек! Родосский грек! И никогда не отрицал этого. В отличие от тебя.

— Я не забываю, что сам наполовину грек, — спокойно ответил сын. — Но я не собираюсь забывать и свои английские корни. И чем быстрее ты это поймешь, тем лучше. — Марко развернулся и пошел к выходу легкой походкой, словно никакой ссоры не было.

После завтрака Келли потратила некоторое время на то, чтобы уговорить Карлоса заняться физическими упражнениями. Но старик был раздражен и быстро устал. Тогда Келли предложила сыграть в шашки. Она хотела, чтобы Карлос сконцентрировался на игре. Присущий старику дух состязания не позволял ему проигрывать. Так Келли удалось занять своего подопечного на все утро.

Ланч им накрыли на террасе. Затем Келли уговорила Карлоса немного вздремнуть. Он поворчал по привычке, что с ним обращаются как с дряхлым старикашкой. Но на самом деле Келли знала, что упрямый пациент сам не прочь полежать часок-другой.

Она помогла ему устроиться поудобнее, подложила одну подушку под полупарализованную левую руку, а другую — под колени. Потом зашторила окна, включила тихую музыку — это помогало Карлосу уснуть — и на цыпочках покинула комнату. Дыхание за спиной становилось глубоким и равномерным.

Осторожно прикрыв дверь, Келли развернулась и чуть не столкнулась с Марко. После завтрака его не было видно, и она решила, что он уже улетел.

— О! Вы… меня напугали, — выдохнула Келли.

— Прошу прощения. Я собираюсь уезжать и пришел попрощаться с отцом.

— А где вы раньше были? Сейчас он спит. Марко изогнул губы в усмешке.

— Добрая маленькая медсестра уложила больного в постельку, да? Кажется, вы оставались там слишком долго.

Келли проигнорировала грязный намек.

— Так вы уезжаете? — сдержанно поинтересовалась она.

— Боюсь, что так. Будете скучать?

— Я — нет, а он, — Келли кивнула в сторону закрытой двери, — да.

Марко засмеялся, но глаза его остались холодными.

— Он переживет.

Келли вздохнула и покачала головой.

— Почему вы все время с ним спорите? — устало спросила она и направилась к лестнице.

— Ему так нравится.

Келли внимательно посмотрела на собеседника. Неужели нет способа убедить этих двух гордых упрямцев сделать шаг навстречу друг другу, преодолеть давнишние обиды.

— Знаете, больше всего на свете он хочет, чтобы вы возглавили его компанию, — спокойно сказала Келли. — Карлос уверен, что только вы сможете успешно ею управлять.

Марко беззаботно пожал широкими плечами.

— Так оно и будет однажды. Келли остановилась.

— Когда? — вырвалось у нее.

— Когда буду уверен, что отец не станет вмешиваться, — коротко пояснил Марко.

Келли была вынуждена признать, что в словах Марко есть резон. Карлос почти оправился после удара. Конечно, он быстро уставал, конечно, имели место проблемы с концентрацией внимания, но эти симптомы постепенно исчезнут. Через пару месяцев Карлос сможет вернуть прежнюю форму. И, разумеется, вряд ли захочет уйти на покой.

— Надолго вы уезжаете? — спросила Келли, стараясь не выдать своей заинтересованности.

— Не знаю. Вероятно, на несколько недель. Она бросила взгляд в сторону Марко.

— Удивительно. Вы не боитесь оставить меня здесь без присмотра? И это после громкого разоблачения моих гнусных намерений, — насмешливо поддела его Келли.

Марко нехотя засмеялся. В его взгляде сквозило неподдельное изумление.

— У меня небогатый выбор. Кроме того, без присмотра вы не будете. Мой кузен Леонидис не оставит вас в покое. Как, впрочем, и остальные родственники. Так что всего наилучшего. — Марко одним пальцем приподнял ей голову за подбородок и запечатлел легкий поцелуй на ее губах. — Не скучайте.

Предостережения Марко по поводу Леонидиса оказались пророческими. Он появился на следующий же день в сопровождении своей надменной женушки Хлои и объявил, что планирует погостить на вилле. Это дало повод Карлосу немного погорячиться. Они привезли с собой племянницу Хлои, молоденькую девушку лет девятнадцати-двадцати по имени Пенелопа.