Отец моего жениха - С. И. Лоу

это держать всё в себе! И я рада, что мы не зашли слишком далеко. Знаешь, например, поженились, — я качаю головой. — Знаешь, я в порядке. На самом деле я больше не так расстроена.

— Но милая, ты только что узнала, что твой жених гей и что он любит другого… это не может быть легко.

У моей мамы вид «заботливого родителя», поэтому я пытаюсь отмахнуться от её опасений.

— Нет, мама, правда, я в порядке. Эта жизнь, полная всевозможных сумасшедших поворотов, — я улыбаюсь, надеясь, что моё лицо не передаёт моего реального эмоционального расстройства.

Каждый из нас сидит молча, попивая чай и погружён в свои мысли.

Правда в том, что я не так расстроена из-за Марки. Конечно, я разочарована, что наши отношения должны были закончиться таким диким поворотом событий, но я думаю, что подозревала, что с нами что-то не так почти на протяжении всех наших отношений. Я просто решила проигнорировать это, потому что была так счастлива быть помолвленной с таким красивым и добрым мужчиной, как Марки Харрисон.

Я снова смотрю на маму, завидуя её счастливому браку.

— Каково было, когда ты встретила папу? — спрашиваю я её, чувствуя грусть от мысли, что могу навсегда остаться одна.

— Это было абсолютно идеально во всех отношениях, — мама усмехается и теребит верёвочку на чайном пакетике. — Особенно потому, что мы невзлюбили друг друга в первый раз, когда встретились.

— Это правда? — я удивляюсь, услышав это, ведь отношения моих родителей — одни из самых нежных, которые я когда-либо видела.

— Ах, да. В самый первый раз, когда нас представили, он оскорбил меня, сказав что-то о том, что люди, играющие на скрипке, заносчивы или что-то в этом роде, — она легко смеётся, вспоминая это. — Я была так зла на него. Но в итоге я снова увидела его на следующий день, потому что мой друг заставил нас всех пойти куда-то вместе. И оказалось, что он просто нервничал, и на самом деле он этого не чувствовал. А остальное ты уже знаешь.

— Я не знала этого о вас.

— Да, мы склонны придерживаться следующей истории, о нашем первом свидании, — она наклоняется вперёд сидя на своём стуле, чтобы погладить меня по руке. — Что с тобой, детка? Ты почувствовала какую-то искру с Марки?

Я думаю мгновение.

— Ну, нет, — меня удивляет, что я никогда не была так сильно уверена в Марки.

— Хм. Что ж, может быть, это и неплохо, Кора. Потому что, если бы это было так, я знаю, ты бы сильнее расстроилась из-за разрыва, — мама встаёт. — Ещё чаю?

— Конечно, — я сижу и обдумываю то, что только что сказала моя мама.

Она права. Я была полна сомнений в то время, когда мы были в отношениях — особенно, потому что Марки никогда не жаждал близости со мной.

— Ты знаешь, Кора, — говорит мама стоя возле плиты, спиной ко мне. — Я думаю, тебе следует какое-то время отдохнуть подальше отсюда, от всего и всех. Чтобы по-настоящему очистить голову и начать всё заново. И чтобы избежать назойливых людей, которые обязательно будут спрашивать о вас двоих.

— Мама, я не могу, ты же знаешь. На этой неделе в «Сердца и Герои» будет несколько поставок, и, кроме того, я пытаюсь убедить того автора взять на себя обязательство раздать автографы в следующем месяце.

Вести бизнес тяжело. Она просто не понимает.

Мама возвращается к столу с чашками, полными горячей воды, и садится рядом со мной, обдумывая свои следующие слова. Я же успокаиваюсь, не зная, смогу ли выдержать этот разговор.

— Милая. Я могу только представить, какой стресс ты испытываешь на работе, и каждый день я благодарна, что мы с твоим отцом можем предоставить тебе хоть какую-то помощь. Но это… — она обводит рукой комнату, подыскивая нужные слова, — событие, которое меняет жизнь. Оно огромных масштабов; это повлияет на тебя, ну, навсегда. Это не просто разбитое сердце, дорогая, твоё доверие было сломлено.

Я киваю, соглашаясь с её оценкой моей ситуации. Боже, она хороша.

— И, — продолжает моя мама, дуя на горячий чай, — ты не чувствуешь боли. Но в какой-то момент она ударит по тебе. И когда это произойдёт, я хочу, чтобы ты была в безопасном месте, чтобы ты чувствовала, что можешь пройти через всё это без того, чтобы все пытались вмешиваться со своим мнением или жалостью.

— Думаю, ты можешь быть права, — неохотно говорю я.

— Хорошо, тогда всё решено. Ты должна уехать на неделю, может две в нашу хижину в горах. Свежий воздух пойдёт тебе на пользу, и там должно быть всё готово к проживанию, кроме продуктов. Ты можешь купить всё необходимое утром и взять отсюда всё, что захочешь.

— Это хорошая идея, мама, но как насчёт моей работы? — я качаю головой, не зная, как просто взять и исчезнуть на две недели.

Но у Марсии был готов ответ.

— Хэдли сможет управлять делами. Ты наняла её не просто так, и не только потому, что она твоя лучшая подруга. Она отличный помощник менеджера. Она может управлять магазином, пока тебя нет.

— А как же помолвка? Когда мне всем рассказать? Что мне всем сказать? — Я снова кладу голову на руки, ошеломлённая мыслью о том, что мне придётся поделиться своими унизительными новостями.

— Я справлюсь. Я буду кратка и не стану разглашать детали. Никого не касается, почему вы двое расстались, — решительно говорит мама.

— Не знаю, мама…

— Кора, пожалуйста, просто доверься мне. Потрать пару недель на то, чтобы всё переварить. Хорошо?

Я киваю, приспосабливаясь к этой идее и надеясь, что мамин совет поможет мне со следующим шагом.

— Хорошо, мама, я поеду.

— Хорошо, — она встаёт. — Ладно, детка, давай спать.

Я встаю и снова обнимаю Марсию, уже чувствуя облегчение от мысли о том, что мне удастся сбежать из реальной