Красный рассвет. Иноходец - Сергей Извольский

Далеко. Реально далеко еще.

Яхта между тем снизила скорость. Серебристая лайба начала кружить вокруг меня словно акула, постепенно сужая круги. Поиграть захотели, надо же. На рубке какая-то суета, что-то готовят похоже. Блондинка и брюнетка на носу прыгают и что-то кричат в охотничьем азарте, третья девушка так и лежит, приподнявшись на локтях и наблюдая за происходящем.

Во время очередного сужающегося круга яхта снизила скорость с намерением перегородить мне путь. Я ждал этого: повернул руль и пригнувшись, перескочил под свистнувшим над головой гиком — поменяв галс и довернув вправо. Получилось, прошел у яхты под кормой. За спиной сразу же загудел двигатель, и поднялись буруны воды — серебристая лайба разворачивалась, чтобы снова меня догнать.

Похоже, умения в управлении лохматому рулевому недостаточно, что для меня приемлемо. Если дальше таранить и совсем жестить студенты не будут, в принципе у меня может получится скоро дойти до мели уже недалекого острова, куда серебристая лохань не зайдет. Дальше уже посмотрю, что делать. Хоть пару часов на острове пересижу, сейчас главное из этой поганой ситуации выбраться, выйти из этого крайне невыгодного положения.

Часто оглядываясь то на очень медленно приближающийся остров, то на разворачивающаяся яхту, чей рулевой видимо настроился снова разогнаться и пройти совсем рядом пугая меня, я почти не смотрел по сторонам в попытке набрать скорость. Но услышав испуганный девичий возглас, повернул голову — очень уж пронзителен крик был, на такой сложно не обернуться.

Посмотрел в сторону приближающейся яхты, потом глянул по направлению руки так и оставшейся лежать на площадке для загара девушки. Она сейчас, опираясь на один локоть, второй рукой показывала в сторону открытого моря.

— Ох ты ни…чего себе! — в полный голос произнес я.

На нас надвигалась огромная волна цунами. Еще неблизко, но даже отсюда высота водяного вала поражала. Десятиэтажный дом, не меньше. И волна уже подхватывала поднимающий корму сухогруз, который сейчас выглядел совершенно беспомощным во власти беспощадной стихии.

Лохматый мажор за штурвалом яхты волну заметил. Отреагировал мгновенно — набравшая скорость и летевшая в мою сторону яхта резко накренилась в повороте. При этом девушки на носу завизжали: лежащая поскользила, неуклюже извернувшись и схватившись за крышку люка, вторая блондинка упала на палубу.

Третьей, пьяной черноволосой красотке, не повезло больше всех. Она, обернувшись в сторону волны, не удержала равновесие: девушка стояла боком, держась за натянутые леера одной рукой, второй так и прижимая бюстгальтер к груди. Во время крутого разворота она невольно навалилась на натянутые стропы лееров, высотой едва доходящие ей до середины бедер, и через мгновение только длинные ноги выше головы мелькнули. Краткий миг падения, и подняв столб брызг красотка исчезла под водой. Плавать надеюсь умеет… ну да, держится вроде.

Серебристая яхта не снижая скорости продолжала разворот. Им подбирать эту вывалившуюся пьяную дуру, а мне пора бы уже спасать свою жизнь — меняя курс я повернул к надвигающейся волне и вывесился за борт, набирая скорость. И почти сразу громко выругался — серебристая яхта развернулась и полетела в сторону берега, оставив позади барахтающуюся в воде девушку. Подбирать ее они, похоже, даже не собирались.

Вернее, лохматый не собирался — я услышал отголоски криков, заметил прыгающую у рубки блондинку, явно привлекающую внимание к выпавшей за борт. Но яхта скорость не сбавляла, так и летя стремительно к далекому берегу.

Вопрос только — зачем? Огромную волну лучше попробовать преодолеть на открытой воде, до того момента как начнет появляться заворачивающийся гребень. Попробовать убежать от надвигающегося цунами и найти укрытие на берегу… спорное решение, мягко говоря. Если бы я был за рулем скоростной серебристой яхты, я бы тогда уж под защиту острова лучше двинул, пробуя его обойти.

Все эти мысли у меня промелькнули за считанные мгновения. Проводив взглядом удаляющуюся в сторону берега серебристую лайбу и высказавшись в духе министра иностранных дел Российской Федерации другого мира, я повернул руль, направляясь к барахтающейся темноволосой дуре.

В отличие от того лохматого существа, которое сейчас за рулем скоростной яхты, я как-то не могу пересилить себя и просто бросить человека на смерть. Пусть даже этот человек в меня бутылкой шампанского недавно кинул с оскорбительными криками, а сам я сейчас из-за этого пьяного тела рискую жизнью.

Теоретически я знал, что на швертботе и спортивной яхте можно тормозить, если быстрым движением повернуть руль до упора, резко поставив его плавник перпендикулярно ходу движения. На спортивной яхте — с экипажем из четырех человек, давным-давно во время тренировок сколько ни пробовал, у меня так ни разу не получилось. Тогда я бы юн и мне не хватало уверенной резкости движений — яхта не тормозила, а всегда начинала круто поворачивать. Сейчас же, на удивление, у меня получилось: плавник руля встал поперек хода движения, а яхта сразу же снизила скорость, словно педаль тормоза вжал. Парус заполоскало на ветру, а я протянул руку барахтающейся девушке.

— Быстрее!

Глаза у нее и так огромные, а сейчас от ужаса и вовсе как блюдца стали. В несколько гребков она оказалась рядом, попыталась забраться на борт. Ладони заскользили по гладкому пластику корпуса, зацепиться и самой забраться внутрь у девушки не получалось. Я, недолго думая, (да вообще почти не думая), подхватил ее одной рукой подмышкой, второй взялся за шикарные волосы и одним движением выдернул из воды как морковку из грядки.

Пронзительный крик боли полетел над водой. Мало того, что ей наверняка голову болью ожгло (дергал я ее со всем сочувствием), так она, вылетая из воды, еще и коленом о кромку борта ударилась. Очень больно, не спорю. Но как-то перед лицом надвигающейся смерти высотой с десятиэтажный дом, как мне кажется, это не очень существенно.

Воющая от боли черноволосая красавица сжалась в углублении кокпита, поджав ноги к груди. Я на нее почти не смотрел — внимательно наблюдая, как неотвратимо приближается высокая волна. Небольшая лодка сейчас показалась малюсенькой белой щепкой перед столь пугающе огромной массой воды — ну точно этажей восемь-десять, если с домом сравнивать.

Я конечно удивлялся, но время не терял — уже подобрал поймавший ветер парус и висел за бортом, откренивая лодку. Набирая скорость, я работал корпусом и шкотом с такой отдачей, как, наверное, не работают спортсмены в медальной гонке олимпийских игр. У них на кону медали, а у меня вероятность того что если не успею забраться на волну, то окажусь в мясорубке падающего гребня.

Если бы ветер продолжал дуть с юга, к берегу