Аристократ на отдыхе. Том 5 - Алекс Рудин

— Мы нашли другое решение, — улыбнулся я.

— Опять темнишь, Барон? Какое другое? Ты уступишь эту должность Новикову?

— Мы договорились, что я подумаю. Столько, сколько понадобится.

— Барон, ты и его величество умудрился сбить с толку? Я все время трачу на организацию службы, а ты и тут вставляешь мне палки в колеса.

— Илюха, притормози, — мягко попросил я друга.

Илья стиснул зубы, но все же кивнул.

— Извини, Барон. Мне просто не по себе вот от этого.

Он кивнул в сторону крепости. Я понял, что излучение артефактов нервирует Илью.

— А как у тебя получается оставаться таким спокойным? — удивился Илья. — Твои демоны должны сходить с ума от подавляющего фона. Или я опять чего-то о тебе не знаю?

— Неважно, — улыбнулся я. — Идем, навестим профессора Лабуаля. Кстати, Илюха! Говорить с профессором буду я. А ты не вмешивайся.

— Это еще почему? — снова возмутился Илья.

Но тут неожиданно вмешалась Кира. Она тронула Илью за рукав.

— Илья Иванович, я прошу вас послушать Никиту. Это я попросила его о помощи, и полностью ему доверяю.

— Да я за свою жизнь провел больше допросов, чем он! — уперся Илья.

Я покачал головой и почти насильно впихнул Илье в руки остатки батона.

— Что это? — не понял он. — Зачем?

— Иди, покорми уток, — сказал я. — Подыши и подумай. Постарайся расслабиться. У тебя пять минут. Если увижу, что не сработало, позвоню императору и он лично проведет меня в крепость.

Илье хватило трех минут. Я увидел, как его широкие плечи расслабились, а потом друг с удивленной улыбкой повернулся к нам.

— Помогло.

Он покачал головой.

— Ну, и отлично, — улыбнулся я. — Идем, у нас мало времени.

* * *

— Предъявите пропуск, — потребовал гвардеец возле ворот.

Илья показал ему свое удостоверение с золотым императорским гербом. Затем отдал бумагу, которая разрешала вход нам с Кирой.

— Если у вас есть при себе оружие или охранные артефакты, вы должны их сдать, — напомнил гвардеец. — Это правило касается всех. Даже вас, господин Старший магистр.

Он пристально посмотрел на Илью.

— Вот так, Барон, — многозначительно сказал Илья. — Тюремное ведомство подчиняется только своему начальству, и никому больше. А руководитель тюремного департамента отчитывается лично перед императором.

— Разумно, — хмыкнул я.

И кивнул гвардейцу:

— Ни артефактов, ни оружия у меня при себе нет.

Тем не менее, сразу за воротами нам пришлось пройти процедуру досмотра. Нет, раздеваться нас не заставили. Но строгий служащий долго водил вдоль моего тела магическим сканером.

— Проходите, — наконец, сказал он.

От высокой крепостной стены на брусчатку внутреннего двора падала резкая тень. Я попробовал шагнуть в нее — и у меня ничего не вышло. У крепости не было Тени. Она целиком находилась в нашем мире, и не выпускала из него. Но и из Тени тоже никого не впускала, это я понял сразу.

Надежная тюрьма.

В длинном коридоре, от стен которого гулко отдавался звук шагов, на нас снова навалилась тяжесть. Сопровождавший нас гвардеец украдкой бросал быстрый взгляд то на Илью, то на Киру, словно прикидывая — не пора ли звать лекаря. На меня он взглянул дважды. Сначала коротко и безразлично, а второй раз — с заметным удивлением. Наверное, по его мнению, я держался слишком уверенно для человека, который впервые ощущает воздействие нейтрализующих артефактов.

На секунду гвардеец нахмурился и замедлил шаг. Я понял, что он раздумывает — не проверить ли меня повторно. Вдруг я все же умудрился протащить приспособление, которое позволяет пользоваться магией.

Но потом он, видимо, решил, что у меня просто очень слабый Дар. Или его вовсе нет, как у Киры.

Кстати, у самого гвардейца такое приспособление было. Но не медальон или перстень, как можно было ожидать. Нет, защитная Печать была нанесена прямо на тело гвардейца. Я почувствовал ее излучение через одежду.

Логично. Медальон можно украсть, а Печать не утащишь. Значит, никто другой не сможет ей воспользоваться.

Я прикрыл глаза и попробовал представить, как может выглядеть такая Печать. И у меня получилось! Ее линии отчетливо вспыхнули перед моими глазами. Наверное, артефакторика, которой я занимался от случая к случаю, все же давала о себе знать.

Тогда я пошел еще дальше. Представил, что эти горящие линии нанесены на мое тело. Представил так ярко, как только мог. Так, что кожу обожгло огнем.

И вдруг стало легче.

Чудовищное давление антимагических артефактов исчезло так неожиданно, что я покачнулся и сбился с шага. Оказывается, все это время я шагал, наклонившись вперед, как будто боролся с течением. Надо же, а я и не заметил!

— Вам плохо?

Гвардеец сделал шаг ко мне, чтобы подхватить меня, если понадобится. Но я успокаивающе махнул ему рукой.

— Все в порядке!

Глубоко задышал и улыбнулся, чтобы успокоить его.

Гвардеец привел нас в квадратную комнату без окон. Посреди комнаты стоял металлический стол с креплением для наручников. Вокруг стола — четыре металлических стула.

— Ждите, — обронил гвардеец и исчез за дверью.

Я оттащил два тяжеленных стула к стене. На один из них усадил Киру, на второй кивнул Илье. Илюха опустился на стул и ладонью вытер со лба капли пота.

— Давит, — признался он, косясь на Киру.

— Не вмешивайся в разговор, — напомнил я ему. — Не пытайся надавить на Лабуаля, даже если тебе покажется, что он врет. Даже если будешь уверен в этом.

— Да понял я.

Илья вяло мотнул головой и с удивлением уставился на меня.

— Барон… — начал он.

Я понял, что он снова хочет спросить, как мне удается держаться. Но в коридоре послышались шаги, и я резко оборвал Илью:

— Тихо!

В комнату ввели тщедушного старика. Его худые руки были скованы тяжелыми магическими наручниками. Седые волосы беспорядочно всклокочены, на выпирающем подбородке торчала неопрятная щетина. Глаза профессора Лабуаля глубоко запали, он тяжело дышал.

А еще он был очень похож на Степу. На сильно постаревшего Степу Лабуаля.

У меня на минуту защемило сердце.

Тюремный охранник усадил профессора на стул и пристегнул наручники цепью, приделанной к столу.

— Я буду за дверью, — предупредил он.

Я заметил, что Кира с жалостью смотрит на старика.

— Умник, ты можешь работать? — спросил я демона-менталиста.