Хэллгейт: семья - Ёсими

от прабабки-ведьмы, то ли что… Так или иначе, способность видеть призраков для копа была чертовски полезна.

Алекс уже успел подумать, не вернуться ли к нераскрытым делам, когда в кармане завибрировал телефон.

— Нолан.

— Тёрнер, — раздался в трубке спокойный голос. — Не хотела бы отрывать тебя от важных дел, шериф, но советую приехать к моему дому прямо сейчас.

— Что-то случилось?

В этом была вся Рэйлин — скорее приказ, чем просьба о помощи.

— Ничего особенного. По-видимому, наши многоуважаемые горожане решили, что в освобождении Дикинсона виновата я. Ведь это при мне он отправился за решётку.

— Но нет никакой связи…

— Мне можешь не объяснять. Попробуй растолковать людям, которые вот-вот начнут штурмовать мой дом. Дэйв сможет потянуть время, но он не всесилен.

— Выезжаю, — бросил Алекс.

У него ещё хватило времени сказать Конноли, чтобы они с Бейли подъезжали к дому Тёрнер сразу же, как Марта Хансен придёт в себя — а потом он кинулся к выходу.

Рядом с участком Алекс увидел нескольких женщин с плакатами. Он всеми силами старался не вглядываться в алые буквы, но те бросались в глаза так явно, что не стоило и пытаться.

«Верните его в тюрьму!»

«Предатели доверия».

«Убийца среди нас!»

— Теперь-то суетишься, шериф? — крикнула одна из женщин. — Давай, беги, пока можешь! Надеюсь, этот монстр и тебя приложит по башке как следует!

До упора вжимая педаль газа в пол, Алекс чувствовал, как к горлу подступает тошнота.

Он затормозил у дома Тёрнер в момент, когда в окно полетел первый камень. Собравшиеся завопили, заулюлюкали. Алекс заметил несколько машин, в том числе и пару знакомых, и рука сама потянулась к телефону.

— Алекс? — удивилась Бартон. — Что сл…

— Пожалуйста, приезжай к Тёрнер. Сейчас же.

Сегодня у неё был выходной, но выбора не оставалось. Пусть горожан собралось не так уж и много — человек десять-двенадцать, — среди них Алекс заметил и вооружённых. Заборов здесь сроду не было, но все они стояли у тропинки, которая вела к крыльцу дома, будто пока не решались переступить незримую черту. Возглавлял их Бенджамин Роуз. Алекс хорошо помнил: Дикинсон убил его дочь Берту, после чего старик Роуз не то чтобы тронулся умом, но определённо стал непредсказуемым и опасным.

Пальцы коснулись кобуры. Если станет ещё хуже, пара выстрелов охладит пыл самых буйных. Но выстрелов, естественно, предупредительных. Любая пролитая капля крови может стать той самой искрой, из-за которой разгорится адское пламя.

— Выходи и объяснись! — крикнул Роуз.

— Это твоя вина!

— Хреновое вы дело состряпали, шериф!

— Он убил наших родных!

Роуз наклонился, пытаясь нашарить на дороге ещё один камень, и Алекс не выдержал — вскинул пистолет, выстрелил в воздух раз, другой. Он делал это тысячу раз, но сегодня каждый выстрел почему-то звучал так, точно его могли услышать даже мёртвые Хьюзы с другого конца поля.

Недовольный шёпот накатывал волнами, обволакивал липким душным коконом. Алекс поморщился, вгляделся в перекошенные от гнева лица.

— Прекратить беспорядок!

Роуз шагнул ему навстречу. Остальные не вмешивались — пристально наблюдали. Кое-кто не скрывал насмешки: сейчас и этот шериф облажается как предыдущий, совершит роковую ошибку, после чего его можно будет с лёгкостью сбросить со счетов.

— Посмотри, в кого ты превратился, — горько улыбнулся старик. — Бедолага Сэм, хорошо, что он этого не видит…

— Я поступаю так, как будет лучше для всех жителей Хэллгейта. Не для кого-то одного, Бен. Для всех.

— В самом деле?

Алекс оглядел напряжённых, замерших в ожидании людей, молча вернул пистолет в кобуру и поднял вверх открытые ладони.

— Мы поговорим, — сказал он, — и вы разъедетесь по домам.

Роуз наконец кивнул, и они отошли в сторону.

Хорошо, что и Бартон, и Бейли с Конноли были ещё в пути. Вмешайся они именно сейчас — и всё бы пошло прахом. Непростой характер Нат ещё на болотах мог привести к драке с Макнамарой, а здесь…

Здесь им не помогли бы даже небеса, на которые так уповал отец.

— Этот урод снова разгуливает по городу, — заявил Роуз. — Забери его в участок! Верни за решётку, и люди успокоятся.

Алекс покачал головой.

— Если бы я мог… Нужно пересмотреть дело, сам понимаешь, Бен.

— Чтобы новое оказалось составлено так же хреново, как предыдущее? Моя Берта умерла не для того, чтобы её убийца потом судился со всем штатом.

— Он не станет.

— Да ну? — недоверчиво сощурился Роуз. — Почаще заглядывай в газеты. Ему эту идею уже подкинули, и, уж будь уверен, он ей воспользуется.

— Мы разберёмся с этим, — Алекс изо всех сил старался, чтобы его голос звучал как можно более ровно, но тот, будто издеваясь, предательски сорвался. — Мы… новое дело не составишь за день. Даже за три.

— Тогда за это пока должны заплатить те, кто не сумел его посадить.

Роуз развёл руками: извини, мол, но иначе не получится. За спиной снова послышался полный злости ропот. Разъярённые люди, которые до того жадно ловили каждое их слово, были готовы броситься на Алекса, превратить в груду костей и тряпок, перемазанных кровью. Он кожей чувствовал гнев, исходящий от них — и знал, что если даст слабину, здесь и останется. Пополнит ряды призраков, танцующих на заброшенном поле с наступлением темноты.

Быть может, хотя бы тогда удастся спросить Шона Хьюза, кто так стремился избавиться от него, что не пожалел даже его детей.

Машина затормозила совсем близко, едва не зацепив капотом Роуза — однако тот и ухом не повёл: молча стоял, наблюдая, как из салона выбирается Бартон, а с заднего сиденья — Бейли и Конноли. Они казались спокойными, но Алекс слишком хорошо понимал, какой ценой даётся это спокойствие.

Бейли неспешно обвела взглядом собравшихся, цокнула языком: оценила обстановку и нашла её на удивление паршивой. На её губах, как и всегда, играла лёгкая полуулыбка, из-за которой посторонний человек в жизни не понял бы, о чём Бейли думает на самом деле.

— Прошу прощения, шериф, — она говорила подчёркнуто вежливо. — Мы завезли домой мисс Хансен и по пути прихватили Нат. Всё в порядке?

— Да, вполне.

Конноли тем временем шагнул к людям, которые по-прежнему толкались у дома Тёрнер. Этот здоровяк при должном старании мог и ледники растопить. Вот