Свободный поиск (отрывки) - Дмитрий Тарабанов

- Юр Маркевич, ордер не засавит себя долго ждать, - заверяет меня диспетчер.

- Поверьте, я стану ждать еще меньше. В крайнем случае, у меня есть ни в чем не повинный заложник. - Зуб смотрит на меня ошалело; лицо, вечно красное, бледнеет. Подаю ему знак - мол, все в порядке. - А сейчас прошу вас об одолжении: не мешайте мне выполнять мои планы своей болтовней. И, особенно, угрозами.

- Юр Маркевич, вы пожалеете. Я не собираюсь вам угрожать, но бурлаки...

Диспетчер продолжает плести что-то в этом духе. Его реплики иногда прерываются гролмкими подсказками капитана корабля и какого-то писклявенького спеца по переговорам. Видно, столь распространенное в "бурлацких романах" явление - угон затонувшего крейсера - для них редкость и неожиданность.

Явление из ряда вон.

А что бы они сказали, увидь то, во что мы в паре с Моцартом превратили Подвижные Пласты...

- Связь отключить никак нельзя? - интересуюсь.

Зубенко машет головой, опасливо на меня посматривая.

Хочется истерически хохотать, как это часто случается в самый ответственный момент. Но сдерживаюсь.

Рука снова возвращается в рукавицу, и на пассивной тяге подвожу буксир поближе к крейсеру. Его стена заполняет зримый космос и мы скользим вдоль этой громадины, как над поверхностью небольшой астероидальной луны. Я пытаюсь подойти к "ахиллесовой пяте" как можно удобней.

- Что ты делаешь? - не выдерживает Зуб. - Подлетай к главному стыковочному разъему...

- Не-не-не! - я мысленно грожу ему пальцем. - Хочешь, чтобы из охранной системы линкора в наш катерок литров тридцать какого-нибудь биологического яда перелилось? Вместе с бактериями, которые разъедают все органические материалы, включая ткань скафандра. Действительно хочешь?

- Да чо ты издеваешься! Ну оступился немного.

- То-то. Сиди и помалкивай. Я знаю, что делать.

Диспетчер поумолк: им самим интересно, что я стану делать.

- Зуб, тебе все-равно нечего делать, - говорю. - Проверь-ка пока радаром пространство позади нас. Что-то у меня ощущение возникает нехорошее...

За "лобовым стеклом" проползает хорошо освещенная надпись "Гибралтар-Лабрадор. Сияющий Мадагаскар". И дата двадцатилетней давности. Сравнительно молодой кораблик.

- Они у нас на хвосте.

- Кто на хвосте?

- Бурлаки! - Зуб чертыхается. - Они тоже прорвались.

- Пресс помог. Сто процентов помог. Они наверняка догадываются, что... - конец фразы, который поможет выдать меня окончательно я пропускаю. Много их?

- Пятеро пока. Окружают. Ох, фигово нам придется...

- Не тушуйся. Я уже на подходе. Только развернусь возле соединительного сегмента... А ты не молчи, если кто-то слишком близко подходит. Заложничек!

Вот он: сегмент. Сравнительно небольшой элемент, скрепляющий две массивные части палубы. Та деталь корабля, которая обязана выдержать прямое попадание из плазменного или лучевого орудия. Благодаря этой частичке мы и проникнем внутрь линкора.

- Двое подошли очень близко, - сообщает Зубенко.

- Минутку...

Несмотря даже на то, что в шлеме моего скафандра работает система вентиляции, пот холодными каплями катится по лицу.

Хренова абсорбирующая поверхность! С маской из псевдоплоти только хуже. Мало того, что жрет сволочь, так и дышать нормально не позволяет...

В этом месте на поверхности корпуса линкора нет на сучка ни задоринки. Не то, чтобы шлюза. Но механическая память помогает ухватится даже за ровную поверхность.

Хрух!

- Оп! - произношу, практически одновременно с тем, как магнитные якорьки соединяют шлюз тягача с линкором. - Видишь, он сам нас отыскал. Я же говорил!

- Кто - он? - уточняет Зубенко.

- Линкор. Сейчас охранная система откроет скрытый шлюз.

- Или вкачает нам яду по уши.

- Не вкачает.

Отсетгиваю одну пряжку пояса, после чего все остальные распускаются сами. Бросаю мимолетный взгляд на монитор. На зеленой поверхности - две назойливых точки, которые сошлись с нашей почти вплотную.

- Быстрей! - подгоняю.

Выскальзываем из кресел и, отталкиваясь от стен, выплываем в выходной отсек. Зубенко припадает к механизму двери. Смотрит на меня, проша разрешения. Я киваю.

Удар. Палуба сотрясается и воздух внутри бьется волнами. Меня бросает на стенку. По швам отсека загораются ярко-красные лампы, сигнализирующие об утечке воздуха.

- Берут на таран, - простанывает голос Зубенко в шлемофоне.

На индикаторе шлюза загорается красная лампочка - опасность утечки - но дверь-таки открывается. Воздух устремляется в образовавшийся проем. Без свиста.

- Сорвались пломбы. Осторожней...

Отталкиваясь, проплываем сквозь перешеек соединившихся шлюзов. Справа от меня, на стыке корпусов тягача и линкора, - глубокая трещина-прогиб. В ней зияет ужасающе черное пространство космоса. Приходится приложить немалые усилия, чтобы в эту трещенку не затянуло мою ногу. А потом и всего целиком. Мелкими кусочками.

Зубенко опережает меня, нахально отталкивая. Заскакивает вглубь шлюза. Делаю несколько хаотичных взмахов, пока не ухватываюсь за одну из предусмотренных конструкцией ручек.

И в этот момент за спиной вибрирует очередной удар, после которого меня с жуткой силой тянет обратно. Вкладываю все усилия в руку, надеясь на содействие магнитных рукавиц. И оглядываюсь.

Позади только звезды. Буксир сшибли. В поле видиния мелькает его хромированная турбина.

- Зуб, закрывай люк! - ору.

Но охранная система линкора решает быстрее. Створки позади меня, спрятавшиеся в корпусе, начинают вылазить обратно.

Воздух из шлюза практически весь вышел, рассеявшись в вакууме голубоватыми кристалликами. Поэтому мне удается противостоять выталкивающей меня силе и подогнуть ноги.

Створки шлюза смыкаются.

Повинуясь слабой силе тяжести, оседаю на пол. В следующую секунду гавитация вновь сходит на нет и меня подносит на достаточное расстояние вверх.

- Это как понимать? - порывисто спрашиваю, пытаясь как можно быстрее восстановить дыхание.

- Неполадки с генератором, - как ни в чем не бывало предполагает Зубенко.

- Я о том, что ты меня за борт чуть не выпихнул, лох!

На прозвище, которое обычно пишут под бурлацкими фамилиями, напарник по бегству широко раскрывает глаза. Но потом признает вину:

- Извини, это эти... рефлексы...

- Рефлексы, - гневно повторяю. - Еще раз и ты последуешь за тягачем.

Зубенко поворачивается к двери в непосредственно "нутрь"

линкора. В динамике шлемофона неразборчивый шепот.

- Ты мне поругайся! - угрожаю.

Гравитация возвращается вновь, и мы обое падаем на колени.

Зубенко возится с замком двери. Ясное дело: побыстрее хочется выбраться из этой стальной камеры, максимально минимальной по объему.