Вишневая ветка (СИ) - Руана Мила

Фигура протиснулась во двор, тихонько затворила за собой дверь. Детектив накрыл ладонью рот Нике, и приложил палец к губам, чтобы та молчала.

Разобрать, кем является непрошенный гость было невозможно. Одет в черную неприметную одежду, с надвинутым на глаза капюшоном и в лыжной маске. В точности, как рассказывала соседка. Он начал медленно осматриваться, прижавшись спиной к забору. Интерес его, однако, был направлен на дом.

Вероника почувствовала, как по телу разлилась дрожь, а вдоль позвоночника пробежал холодок. В этот момент человек повернулся в их сторону и посмотрел прямо на нее. В горле пересохло, а тело парализовало, не позволяя даже пошевелиться.

Произошедшее следом она запомнила плохо. Слишком быстро все случилось. Перед глазами завертелось, пронеслось: чья-то горячая рука, полет, холод камня. Буквально за доли секунды Эдуард схватил ее, кинул на землю, убирая при этом себе за спину, и вскинул правую ладонь.

А вот дальше уже было все как при замедленной съемке. С пальцев визитера сорвались два голубых сгустка, напоминающие шаровые молнии и полетели в их направлении. Очень страшно и в то же время завораживающе. Эдик запустил в ответ что-то, не имеющее формы и описания, которое в полете начало растягиваться и увеличиваться, превращаясь в сеть, напоминающую рыбацкую. При этом, одновременно выставил щит, явно магический, полукруглый с загнутыми внутрь краями, который и закрыл их двоих от посетителя. Он переливался и поблескивал все тем же рыжевато-золотым цветом, оставаясь при этом прозрачным и не ограничивая обзор.

Шары достигли щита, ударились об него, с шипением обратились в пыль и осыпались на землю. Сеть же, долетев до места назначения, была отброшена пришельцем, упала на тропинку и растворилась, будто ее и не было. А сам посетитель, наконец-то совладав с замком, открыл калитку и выскользнул на улицу.

Маг в считанные секунды, установил над девушкой купол, кинул: «Сиди здесь и не шевелись», — вскочил и ринулся к воротам. Она же принялась машинально изучать то странное нечто, которым оказалась укрыта. Даже не столько потому, что было действительно интересно, сколько для того, чтобы отвлечь мысли и успокоиться.

А походило это на большой мыльный пузырь, меняющий форму, такой же прозрачный и переливающийся всеми цветами радуги и возвращающийся затем к светло-рыжему цвету. Дотронуться так и не решилась, то ли от страха, что тот лопнет, то ли потому, что ей не велели шевелиться. Вдруг сильно ударит зарядом, например.

Детектив вернулся быстро, сообщив, что преступник скрылся. Как будто испарился.

— Порталом ушел? — поинтересовалась Ника.

— В нашем мире порталы запрещены. За один такой несанкционированный можно силы лишиться. След довел до дороги и пропал. Либо его ждал сообщник, либо убрал видимость. — И очередной раз проверив дверь, добавил, — артефакт.

Затем достал из кармана металлическую коробочку и пинцет. Подошел к месту, где осыпались шаровые молнии и собрал оставшуюся после них пыль. Закрыл крышку, по которой пробежала уже знакомая рыжая полоска.

— Вряд ли что-то осталось, мой защитный щит выжигает магию, но все равно завтра отвезу Олегу. Если повезет, узнаем, та же магия, или нет. Сейчас я дополнительную защиту поставлю и сигналок навешаю. Уйдем отсюда поскорее. Поговорим позже. — И повел Веронику к выходу.

Но сюрпризы на этом не закончились. Выйдя на улицу, Ника увидела, как, оставив машину на противоположной стороне дороги, к дому приближается Виктор.

Поддавшись эмоциям, кинулась к нему, обняла и уткнулась лицом в грудь. Ее еще слегка потряхивало после произошедшего, и голова шла кругом от нереальности происходящего. Захотелось вернуться в прошлое, расслабиться хотя бы на мгновение и почувствовать себя защищенной.

— Что случилось? — он прижал к себе Веронику, поглаживая спину в успокоительном жесте. При этом взгляд скользнул к детективу. — Он тебя обидел?

— К нам в дом кто-то зашел. Он был в маске. Я жутко испугалась. А Эдуард, наоборот, того спугнул, пытался поймать, но не смог.

— И как давно вы с ним… хм… У вас дома прохлаждаетесь? И чем именно вы там занимались?

— Это сотрудник дяди. — соврала, но тут же, ошарашенная только что посетившей идеей, взбудоражено продолжила. — Ты что, о чем подумал? Да как тебе только в голову такое могло прийти?

Задыхаясь от негодования, отстранилась. И тут же, отравляемая злостью и обидой продолжила:

— И кстати, что ты тут забыл? Я же сказала, что позвоню завтра.

— Был уверен, что найду тебя здесь. Хотел поговорить, узнать, что происходит и почему решила пропасть? Кажется, теперь начинаю понимать. С ним, пока я места себе не нахожу, решила покувыркаться?

Сама не заметила, как ее рука двинулась, с силой залепив звонкую оплеуху.

— Никогда. Слышишь? Никогда не смей даже думать о таком. И уж подавно обвинять в том, чем не виновата. Уйди! Немедленно!

— Оставив вас наедине? Что говорить, удобно. — и направился к детективу, обращаясь уже к последнему. — Не приближайся к моей невесте.

— Не то что?

— Не то я за себя не отвечаю. Руки поотрываю.

— По себе людей не судят. Если ты лапаешь всех, кого видишь, не значит, что остальные такие же.

— Да как ты смеешь… — и замахнулся на противника.

Орлов ловко увернулся от удара, схватил предплечье и завел за спину, прижав парня лицом к забору.

— А теперь послушай внимательно, малый, — продолжая удерживать Виктора Эдик проговорил почти на ухо. — Мне глубоко наплевать, что ты обо мне думаешь, да и на ваши отношения тоже. Но, чисто из уважения к леди, поясню: я чужих девушек не тискаю, потому что уважаю как их, так и самого себя. Я всего лишь ее сюда сопроводил. А вот пытаться лезть против меня не стоит, проиграешь. Я сильнее и опытнее тебя. И еще, сейчас отпущу руку, но настоятельно рекомендую пойти к невесте, признать ошибку и попросить прощения. Леди явно расстроилась. Иначе рискуешь потерять ее без чьего-либо вмешательства. У нее нынче весьма трудный период. Она напугана и взволнована, и нуждается в поддержке и понимании, а не капании на мозги и скандалах на пустом месте. Обещаешь хорошо себе вести?

Дождался положительного ответа и отпустил хватку.

— Спасибо. — произнес жених, растирая плечо, — Я дико нервничаю, не понимаю, что происходит и очень боюсь, что что-то не так. — Потом повернулся к Нике и попытался обнять, но она увернулась.

— Мышонок, прости. Не знаю, что нашло. Я так не думаю, помутнение. Хочу, чтобы ты мне больше доверяла, помочь хочу, а чувствую только, что отдаляешься.

— Я обязательно все расскажу, когда узнаю. Пока сама как слепой котенок по углам тыкаюсь. Но сильно обижает то, что до такой степени мне не доверяешь.

— Да просто разозлился, увидел этого, — кивнув на Эдика, — Могла бы меня попросить с тобой съездить, а не везти непонятно кого.

— Послушайте, — подошел к ним Эдик, до этого стоявший корректно в стороне, — мне жаль, не имею привычки вмешиваться, но давайте вы договорите в другой раз. У нас слишком мало времени.

— Он что, будет еще указывать, где и когда мы должны выяснять отношения? — оскалился Виктор.

— Знаешь, считаю и вправду надо остыть. И не только тебе. Конструктивного диалога сегодня не получится. Ты сам сюда заявился, хотя я предупредила, что свяжусь завтра. И мы действительно торопимся.

— Прогоняешь, значит? — зло рыкнул он.

— Нет, ухожу. У меня нет времени на бесполезные споры. И так слишком много навалилось, чтобы еще и за это переживать, — и, отвернувшись, зашагала прочь.

Глава 6. Друзья

Вероника слышала, как ее жених зло рыкнул, затем также хлопнул дверью машины и уехал.

Эдуард мгновенно поравнялся с ней и спросил:

— Послушай, здесь в окрестностях есть какое-нибудь кафе?

— Да, там хозяйка — моя подруга.

— Давай адрес и идем туда. Объясню позже. И помни, никто не должен знать о нашем договоре.

Послушно продиктовав местоположение, Ника завела спутника внутрь. Навстречу, как всегда, вышла улыбающаяся Ольга. Она оценивающе оглядела молодого человека и изогнула при этом бровь.