Великая Отечественная. Хотели ли русские войны? - Марк Солонин

15 ноября маршал Ворошилов подписывает приказ, который определял, что целью наступления Красной армии «является разгром в короткое время противостоящих сухопутных и морских сил» Финляндии. Приказ наркома обороны дополняли агитационные материалы политуправления Ленинградского военного округа, в которых подчеркивалось, что «мы идем не как завоеватели, а как друзья финского народа. Красная Армия поддерживает финский народ, который выступает за дружбу с Советским Союзом. Победа над противником должна быть достигнута малой кровью». Пока войска готовились к военным действиям, между СССР и Финляндией велись переговоры о мирном разрешении спорных территориальных вопросов, но компромисса найти не удалось.

К концу ноября 1939 г. группировка советских войск (14, 9, 8 и 7-я армии), предназначенная для наступления, насчитывала примерно 422,6 тыс. человек, около 2500 орудий и минометов, до 2000 танков, 1863 боевых самолета[3]. Действия 14-й армии поддерживал Северный флот, а 7-й армии — Балтийский флот и Ладожская военная флотилия; всего немногим более 200 боевых кораблей и судов.

Вооруженные силы Финляндии совместно с обученным резервом насчитывали около 600 тыс. человек, около 900 орудий, 27 исправных танка и 270 самолетов[4]. Этих сил было явно недостаточно для ведения широкомасштабных наступательных действий, но вполне хватало для прочного удержания мощных оборонительных укреплений. В ходе военных действий Англия, Франция и некоторые другие страны поставили в Финляндию до 100 тыс. винтовок, свыше 6 тыс. пулеметов, 500 орудий, 350 самолетов, 160 млн патронов и 2,5 млн снарядов[5]. Финская армия была хорошо обучена для ведения оборонительных и наступательных боев в лесисто-болотистой местности, которая имела слабо развитую сеть железных и шоссейных дорог. По плану финского командования намечалось с боями отойти к «линии Маннергейма» и там остановить советские войска.

Официальным поводом для перехода в наступление войск Ленинградского военного округа послужил инцидент, происшедший на советской территории в районе селения Майнила. В центральной советской прессе 27 ноября отмечалось: «По сообщению штаба Ленинградского Военного округа 26 ноября в 15.45 наши войска, расположенные в километре северо-западнее Майнилы, были неожиданно обстреляны с финской территории артогнем. Всего финнами было произведено 7 орудийных выстрелов: убиты три красноармейца и один младший командир, ранены 7 красноармейцев, один младший командир и один младший лейтенант».

В ноте правительства СССР от 26 ноября, переданной правительству Финляндии, «сосредоточение большого количества регулярных финляндских войск у самой границы под Ленинградом» в связи с фактом «обстрела» рассматривалось как «враждебный акт против СССР». Правительству Финляндии предлагалось незамедлительно отвести свои войска от границы на Карельском перешейке на 20–25 км, чтобы предотвратить «возможность повторных провокаций». Однако правительство Финляндии 27 ноября заявило, что «в связи с якобы имевшим место нарушением границы» оно в срочном порядке провело расследование и установило, что выстрелы были произведены не с финской территории. «Представляется возможным, — подчеркивалось в ответной ноте, — что дело идет о несчастном случае, происшедшем при учебных упражнениях, имевших место на советской стороне», а потому «враждебный акт против СССР, о котором Вы говорите, был совершен не с финляндской стороны». Одновременно подтверждалась готовность приступить к переговорам об обоюдном отводе войск и проведении расследования по поводу данного инцидента. Все эти предложения были названы правительством СССР в ноте от 28 ноября издевательскими, а сосредоточение финских войск под Ленинградом по-прежнему расценивалось как враждебный акт. В этой связи было заявлено, что советское правительство «с сего числа считает себя свободным от обязательств, взятых на себя в силу Пакта о ненападении, заключенного между СССР и Финляндией». На следующий день в очередной ноте было отмечено, что финские части продолжают нападать на советские войска. Поэтому советское правительство заявило, что не может более терпеть подобное и «поддерживать нормальные отношения с Финляндией». В тот же день правительство Финляндии, стремясь избежать войны, сообщило о своем согласии на отвод войск, но было уже поздно.

29 ноября маршал Ворошилов приказал командующему войсками Ленинградского военного округа начать наступление 30 ноября в 8 часов 30 минут. Для руководства «всеми операциями и всей организационно-творческой работой, связанной с фронтом», была создана Ставка Главного военного совета РККА в составе И. В. Сталина, наркома обороны К. Е. Ворошилова, начальника Генштаба Б. М. Шапошникова и наркома ВМФ Н. Г. Кузнецова. По признанию Ворошилова предполагалось, что «война с финнами будет скоротечна и, во всяком случае, не представит больших трудностей для нашей армии».

В ночь на 30 ноября командарм 2 ранга Мерецков отдал приказ войскам «перейти границу, разгромить финские войска и обезопасить на вечные времена северозападные рубежи, а также город Ленина — колыбель пролетарской революции». В 8 часов 30 минут после артиллерийской подготовки советские войска перешли в наступление. С началом боевых действий первый заместитель начальника Генерального штаба И. В. Смородинов по распоряжению наркома обороны был направлен в штаб Ленинградского военного округа для оказания помощи его командованию. Поэтому А. М. Василевский решением начальника Генштаба временно был привлечен к работе в должности его заместителя по оперативным вопросам. Отметим, что деятельность Александра Михайловича на этом посту 13 декабря 1939 г. была отмечена орденом Красной Звезды.

1 декабря в городе Териоки была провозглашена «Финляндская Демократическая Республика» и создано «правительство» во главе с одним из руководителей компартии Финляндии О. В. Куусиненом. 2 декабря между этой республикой и СССР был подписан договор о взаимопомощи и дружбе. «Правительство» Куусинена никто в мире серьезно не воспринимал, что не смущало советское руководство. По просьбе правительства Финляндии были созваны Совет и Ассамблея Лиги Наций с тем, чтобы остановить советскую агрессию. Правительство СССР, заявив, что оно не находится в состоянии войны с Финляндией и поддерживает мирные отношения с Финляндской Демократической Республикой, отказалось от участия в заседаниях Совета и Ассамблеи. После того как правительство СССР отказалось прекратить военные действия, Лига Наций 14 декабря приняла резолюцию, в которой, в частности, осуждались действия Советского Союза по отношению к Финляндии, который тем самым «поставил себя вне Лиги Наций», а потому он больше не является членом Лиги Наций. За резолюцию проголосовало 29 представителей из 52 членов Ассамблеи и 7 из 15 членов Совета. Это позволило советскому руководству оценить подобное решение как «скандальное и незаконное». При этом в советской печати осуждались «англо-французские поджигатели войны» и «клика Маннергейма и Таннера[6]». В свою очередь, в мире поднялась волна осуждения СССР и поддержки Финляндии.

Поражение на международной арене сопровождалось и военными неудачами. Войска 7-й армии под командованием командарма 2-го ранга В. Ф. Яковлева, недостаточно подготовленные к ведению боевых действий в лесистой местности с прорывом сильной укрепленной обороны, сумели к началу декабря выйти только к главной полосе «линии Маннергейма». Более успешно действовали соединения 14-й армии комдива В. А. Фролова, которые при поддержке огня корабельной артиллерии Северного флота сумели в течение 10 дней овладеть полуостровами Рыбачий и Средний, городом Петсамо. За это же время войска 9-й армии комкора М. П. Духанова в условиях бездорожья продвинулись на глубину 30–45 км, а 8-й армии — на 75–80 км.

Неудача 7-й армии вынудила 9 декабря Главный военный совет ликвидировать существовавшее «фактически фронтовое управление», а непосредственное руководство 14, 9, 8 и 7-й армиями, а также Балтийским и Северным флотами возложить на Ставку Главного командования Красной армии. Командующим 7-й армией был назначен командарм 2 ранга К. А. Мерецков. Однако это назначение не привело к существенным изменениям в обстановке. Войскам армии не удалось прорвать главную полосу обороны «линии Маннергейма». Маршал Ворошилов 21 декабря признал неспособность войск Красной армии продолжать дальнейшее наступление. Поэтому 28 декабря Главный военный совет РККА принял решение о приостановке наступления и подготовке к новой операции по прорыву «линии Маннергейма».

В начале января 1940 г. состоялось заседание Политбюро ЦК ВКП(б) с участием руководства наркомата обороны, Генштаба, командующих войсками Ленинградского, Западного особого и Киевского особого военных округов. Подготовку заседания возложили на Шапошникова. К этой работе он привлек и Василевского. На заседании был принят план прорыва «линии Маннергейма», разработанный ранее под руководством Шапошникова. По решению Главного военного совета от 7 января был создан Северо-Западный фронт под командованием командарма 1-го ранга С. К. Тимошенко, которому в оперативном отношении подчинялся Балтийский флот. В состав фронта вошли 7-я армия и созданная в конце декабря 13-я армия во главе с командармом 2-го ранга В. Д. Грендалем. В подчинении наркома обороны оставались 8-я армия командарма 2-го ранга Г. М. Штерна, 14-я армия и формирующаяся 15-я армия под командованием командарма 2-го ранга М. П. Ковалева. В резерве Главного командования находились кавкорпус, три стрелковые дивизии и одна танковая бригада.