Истинная любовь. Из работ Шри Ауробиндо и Матери - Мать

Фрагмент диалога царевны Савитри – героини эпической поэмы «Савитри» – с Богом Смерти. Савитри стремится заставить Бога Смерти вернуть к жизни ее мужа царевича Сатьявана. Бог Смерти пытается доказать Савитри тщетность и бессилие человеческой любви, однако Савитри в ответ раскрывает ему подлинную высоту и силу любви. В итоге царевна могуществом своей любви побеждает смерть и возвращает к жизни своего умершего мужа.

«…О странница на колеснице Солнца,О жрица в храме собственных фантазий,Что сказочным обрядом в доме бренномЧтит идеал и вечную любовь,Что есть твоя любовь? Кумир ума,Бессмертный миф, священная легенда,Сознательная жажда бренной плоти,Блистательный огонь смятенных нервов,Цветенье грез – мечтаний светлых роза,Великий сладкий пыл и мука сердца.Вдруг вспыхнув, озарив убогость жизни,Она проходит вновь, и все – как было.Пленяя жаркой сладостью и болью,Объяв кипучей неуемной жаждой,Она сияет, божеству подобна,Златым мостом над бурунами лет,Уздою, что тебя связует с вечным.Но как же слаб и краток этот пламень!Как мал и тщетен этот дар богов,Что так бездумно расточают люди, —Счастливая взаимность двух сердец,Двух тел плененных сладостная близость,Восторг поспешный, пыл, кипящий в жилах,Непостижимость просветленных чувств!Ты говоришь, что любишь Сатьявана,Живи он дольше, умерла б любовь;Но умер он, и жить любви даноЕще немного в горестной груди,Пока не сгинет в прошлом образ милый,Забыт средь новых образов и тел.Когда любовь вдруг воспылает в жизни,Сначала в чудный мир взмывает смертныйИ страсть свою он мнит всевышним даром,Не ведая, что град его небесный —Лишь жалкий клок землипод блеклым солнцем.Но змей, но червь таится в сердце розы.Случайным словом, действием поспешнымВдруг может быть сражен волшебный бог.О, как же хрупок он в своем бессмертьи!Во всем он может встретить боль и гибель.Любви не жить одной небесной пищей,Лишь терпкий сок земли живит ее.Ведь страсть твоя – лишь чувственная жажда,Лишь вожделенье тела, похоть сердца;Она уймется – иль найдет себе другого.Иль может ждать любовь конец ужасный,Когда, изменой горькой сраженаИль не снеся жестоких ран разлуки,Она находит в ненависти гибельИль, тяжкой безответностью отчаясь,В других напрасно ищет утоленья,Лишившись первой радости убитой.И пламя гаснет в тусклом равнодушьи,И пыл любви сменяется привычкой:С трудом формальный держится союзИль компромисс рутинный чуждых жизней:Где горних сил божественным дерзаньемВ то, что казалось почвою духовной,Когда-то пало семя единенья,Теперь, не зная радости и мира,В одной упряжке борются два эго,Два спутника, что поневоле вместе,Два разума, что ссорятся друг с другом,Два духа, разобщенных навсегда.Так идеал любви порочат люди;Под гнетом бед иль будничности серойПриходит избавленье от иллюзий:Душа сдается тяжкой прозе жизни.Небесный миг, блеснув красою тщетной,Вновь исчезает в вечности бесплотной.Но смерть спасет тебя и Сатьявана,Не дав познать крушенье идеала:Он уж спасен, избавлен от себя;Он держит путь к безмолвию и счастью.Не клич его назад, к земным изменам,К ничтожной жизни человекозверя.Пусть он уснет в моих покойных ширяхВ гармонии с могучей тишью смерти,Где спит любовь в объятиях покоя.А ты – вернись одна в свой бренный мир:Измучай сердце знаньем, чтоб прозреть,Природой взмыв к живым прозрачным высям,Небесной птицей – с непостижных пиков.Не стоит тешить дух напрасной грезой,Ведь скорым, горьким будет отрезвленье:Среди суровых нужд и тягот жизниВосторг чистейший долго не живет.И ты поймешь: не бросив якорь сердцем,Твоя душа спит на стоянке вечной;И ум блестящий твой напрасно кружит.Так растворись в моем глубинном лоне,Забыв услады, горести, надежды,Избавься от своей природы страстнойВ Тиши немой, в Небытии счастливом,Освободись в моем успеньи чудном.Обняв мое Ничто, забудь про все.Забудь бесплодное боренье духа,Забудь рождений надоевший круг,Забудь услады, тяготы и скорби,И смутный поиск духа, что зажегся,Когда миры исторглись друзой огнецветнойИ дум великих пыл взметнулся в небо мысли,И чередой эпохи поплелись в пространстве,И души родились в пределах бренных».Но Савитри рекла той мрачной Силе:«О Смерть, опасен горький твой напев,Ты мелодичной мукой травишь душуИ губишь утомленную надеждуСоблазном лжи с приманкой горькой правды.Но не убить тебе моей любви:Твой глас не в силах отравить мне душу.Моя любовь – не похоть в алчном сердце,Моя любовь – не вожделенье плоти,Но Божий дар, что вновь стремится к Богу.Ведь даже в том, что извратили люди,Все ж раздается шепот божества,Дыхание трепещет сфер предвечных.Благословленный Небом дивный дар,Любви поет огонь ритмичный страсти.Надежды полон клич его безмерный;Звенит он зовом позабытых высей,И даже в небе окрыленных душОн, стихнув, реет пламенным дыханьем,Блаженной негасимой сутью солнц —В незримых сферах вечный чистый пламень,Глашатай неизбывного Экстаза.Однажды мой великий мир прекрасныйСорвет личины страшные богов,Сметет греха и ужаса покровы,И наша мать откроет нам свой лик.С восторгом наши искренние душиПадут в объятья к ней, сольются с нею;Мы обретем экстаз, что влек нас вечно,Мы вострепещем долгожданным богом,Мы вдруг откроем новый свет Небес.Надежда – не одним лишь чистым божествам;Но сумрачные яростные боги,Что оторвались от груди единойВ неистовом порыве отыскатьУпущенное белыми богами, тоже спасены;О них печется мать, ее объятьяС любовью ждут сынов ее мятежных.Любовью став, влюбленным и любимым,Предвечный распахнулся чудным миромИ соразмерил в нем свой дивный танец.В таинственных движеньях и фигурахОн, увлеченный, кружится задорноИль с отвращеньем покидает пляску;Иль в яростных метаниях умаВкушает слез нектар и гонит радость,Горюя; смехом полнится иль гневом:Но смех и гнев – лишь диссонанс души,Что ищет вновь познать свой лад небесный.Вовеки он приходит к нам сквозь годыВ обличье милом – прежнем, хоть и новом.Его блаженство нам смеется сладкоИль призывает нас неясным зовом,Чарующим далеким пеньем флейтыИз рощ, что трепетают в лунном свете,Нас полня пылкой жаждой, сладкой мукой.Любимый, скрывшись под иным обличьем,Всегда зовет и манит наши души.И для меня предстал он Сатьяваном.Всегда мы были мужем и женою,Едины духом, души-близнецы,Рожденные в одном огне бессмертном.Не он ли мне сиял во всех светилах?О, как, незримый, он сквозь джунгли мираЗа мною крался, словно лев в ночи,И вдруг настиг меня в пути безвестномОдним златым пленительным прыжком!Меня алкая, влекся он сквозь времяТо в ярости, то в неге безмятежной,С начала мира лишь меня желая, —И вдруг нагрянул всемогущим шкваломИ вмиг унес меня в моря блаженства.Из прошлого, что ныне скрыто тайной,Ко мне он протянул родные длани,Меня коснулся, нежным властным ветром,Привлек, счастливым трепетным цветком,И обнял, и с восторгом я сгорелаВ безжалостном огне его объятий.И я нашла его в обличьях милых,И бросилась на зов его далекий,И, сквозь преграды тяжкие пробившись,Пришла к нему, найдя свое блаженство.Когда есть бог счастливее и выше,Пусть прежде примет облик СатьяванаИ моего возлюбленного душуВместит в себя – пусть станет мне желанным.Ведь лишь одно во мне пылает сердцеИ в нем один лишь бог царит. Ступай же,О Смерть, вперед из мира грез прекрасных;Ведь я не житель царства миражей.Мной движет Бог-Огонь, не Бог-Фантом…Мой Бог – всеторжествующая воля,Мой Бог – любовь и сладко сносит все:Ему я в жертву принесла надеждуИ страсти отдала, святым причастьем;Неистовый вседивный колесничий —Кто преградит его могучий скач?Искатель на путях несметных жизниСтопами, что привыкли к светам неба,Он в ад нисходит, чтоб шагать без болиПо площадям, умощенным мечами,Лишь обострив восторг свой беспечальный.Любви златым крылам достанет силыПарить в твоей бездонной пустоте,Ее очам – пронзить твой мрак, звездами,Ее стопам – пройти твой страшный мир:Любовь не меркнет и во мраке смерти,Любовь идет без страха в злейший ад,В пучинах труд вершит, ликует в высях;Она преобразит твой мир, о Смерть».

Глоссарий