Просто он работает волшебником - Татьяна Луганцева

– Можно попробовать хоть что‑то узнать, втереться в доверие, – не сдавался Геннадий, прекрасно понимая, что Макс в чем‑то прав.

– Отстань от девушки! Я сам к ним пойду! – вдруг сказал Макс.

– Что?!

– Я сам! На живца… Если это так для тебя важно… Я тоже не мент!

– Ты посмотри на себя! Нашел нищего! Я как‑то не так представлял себе обездоленных граждан!

– Ты посмотришь на меня тогда, когда я туда внедрюсь. Посмотрим, что ты скажешь. И не бойся, к ампутации конечностей я тоже прибегать не собираюсь.

Геннадий внимательно посмотрел на друга:

– Ты серьезно?

– Абсолютно.

– Э… а про меня вы забыли, что ли? – забеспокоилась Мирабелла. – Я тоже пойду в банду!

– Тебе‑то зачем? – нахмурился Макс.

– Я пойду или одна, или с тобой! – заявила Мирабелла. – И вообще, в такие криминальные места поодиночке опасно отправляться. Надо же прикрывать друг друга. Как это называется?.. Работать под прикрытием! – серьезно заявила она.

Гена рассмеялся.

– Ну и ну! Под прикрытием! Знает…

– Сериалы про полицию тоже смотрю, – задрала она нос, явственно чувствуя на себе испытующий взгляд Максима.

– Еще по кружке, и идем ловить кота? – предложил Гена. – А потом обсудим все в деталях.

– За каким котом? Ах, да! Извините, я совсем о Барсике забыла, – вздохнула Мирабелла.

Глава 7

Ветеринарную лечебницу они нашли не сразу. Долго кружили по району. Белла подала свежую идею – спросить у местных жителей, где находится ветеринарка. И первая же встреченная старушка рассказала им, как туда добраться.

Максим проехал вдоль старых гаражей и остановил «Ламборджини» на пустыре. Пейзаж не радовал, повсюду был разбросан мусор, впереди виднелось что‑то похожее на парк.

– Нам туда. – Максим предложил Гене остаться в машине, пояснив: – Тебе неудобно будет с палочкой.

– Может, и ты останешься? Я сам схожу, – внезапно предложил Белле Макс.

– Я единственная, кто сможет опознать Барсика! – не согласилась с ним Белла.

И они пошли по пустырю. Вернее, Максим пошел, а Мирабелла с трудом заковыляла за ним. Наконец впереди мелькнул белый длинный дом с зеленой крышей.

– Похоже, пришли, – отметил Максим.

– Какое заброшенное место, странно… ветклиники обычно все‑таки расположены в более удобных местах, – откликнулась Мирабелла.

Максим промолчал.

Здание было в весьма плачевном состоянии: фундамент просел, постройка давно требовала капитального ремонта. У стены была свалена груда пустых ящиков, они уже почти сгнили, не прикрытые ни от дождей, ни от ветров. Несколько узких торцевых дверей были открыты. Откуда‑то изнутри доносился глухой лай, были слышны визги и крики. На земле валялся мелкий мусор вперемешку с использованными одноразовыми шприцами.

– Я боюсь, – вдруг прошептала Мирабелла, уткнувшись носом в спину Максима.

– Я с тобой… Это же не наркопритон, а ветеринарка.

Мирабелла схватила его за руку.

– Я…

– Что? – Максим обернулся к ней, она ощутила, что у нее прошло головокружение, зато чуть не остановилось сердце.

– Ты что? Тебе нехорошо? Говорил же, останься в машине!

– Нет, я просто испугалась… А тебя я уже видела… в действии. Ты так лихо справился с теми двумя отморозками! И тени страха у тебя не было в глазах. Ты умеешь драться? – задала она далеко не самый умный вопрос.

В красивых глазах Макса мелькнул веселый огонек.

– Волноваться нечего: умею, как ты выразилась, драться на профессиональном уровне. Не могу сказать, что люблю это делать, но если приходится, то уж деваться некуда.

Его лицо было очень близко к ее лицу, и Мирабелла даже обрадовалась своему «камуфляжу» в виде синяков, ссадин и бинтов. Незаметно, что она покраснела.

– У вас… тебя… такие… такие… – проблеяла она.

– Что?

– Глаза… темные… Что‑то я не то говорю, – вздохнула она.

– Так я же цыган по национальности, – улыбнулся Максим.

– Да? Я бы не подумала… – искренне удивилась она.

– Никто не верит. В Европе меня принимают за итальянца или испанца.

– А ты гадать умеешь? – оживилась Белла. Он отвернулся от нее, и ей сразу полегчало.

– Хожу, закутавшись в цветастый платок, и пристаю ко всем: «Позолотите ручку!» – рассмеялся Максим.

Они обогнули здание и подошли ко входу. Через секунду подъехала спецмашина. Чувствовалось – по вою и отчаянному лаю, – что крытый грузовичок полон отловленных бродячих собак.

– Зачем их сюда привезли? – спросила Белла. Максим пожал плечами и вошел в дверь, Белла последовала за ним.

Узкий темный вонючий коридор в одном месте пересекала полоса света. Туда и направился Макс. В убогой обстановке, за столом, заставленным лекарствами и заваленным бумагами, огрызками еды и пробирками, сидел средних лет мужчина в белом медицинском халате и почему‑то противогазе.

– Здравствуйте! – громко сказал Максим.

Мужчина подпрыгнул от неожиданности и снял противогаз.

– Здравствуйте… Что вы тут делаете?

– Кота ищем, – ответил Максим.

– Какого кота? – глаза мужчины заметались из стороны в сторону.

– Вам доставили из кафе бесхозного кота. Он вел себя агрессивно, перекусал официанток. Они сказали, что привезли его сюда для проверки на бешенство. Мы – его хозяева, пришли его забрать, – пояснил Максим.

– Кот… кот… – почесал в затылке явно чем‑то озабоченный мужчина. – Знаете, сегодня у нас нерабочий день. Не успели дверь закрыть. Приходите завтра! Ладно?

– Ну раз уж мы пришли… Извините за беспокойство. – Максим достал две тысячи рублей и положил купюры перед врачом. – Может, мы его все же сегодня заберем?

Глаза ветеринара на секунду остановились, словно он поймал джекпот, и вновь заметались.

– Кот… кот… Как выглядит животное?

Максим повернулся к Мирабелле.

– Он такой… серенький… и крупный, почти с собаку. Да и потом, не каждый же день к вам доставляют котов с подозрением на бешенство!

– А почему вы сидели в противогазе? – вдруг спросил Максим.

– Я? У меня аллергия на… кошек, – выпалил мужчина.

– У ветеринара – аллергия на кошек? – удивился Максим.

– Когда учился, у меня ее еще не было. Развилась… не так давно. Что теперь поделаешь?

– Ирония судьбы, – со знанием дела покачала головой Мирабелла под слегка насмешливым взглядом Максима.

– Другим чем‑то я заниматься не умею. Лечить людей, на которых у меня нет аллергии, мне никто не позволит. И вот сижу теперь… так сказать, мучаюсь…

– Так что насчет кота? – напомнил ему Максим.

Мужчина вновь напялил противогаз. Они последовали за ним по затхлому длинному коридору. «Декорации» напоминали сюрреалистический фильм.

Мирабелла почему‑то больше не боялась, просто шла за Максом. С такой же легкостью она бы пошла за ним и на эшафот.

Появившийся в коридоре крепкий мужик закричал ветеринару:

– Эй, Андрей! Куда этих… А кто это с тобой? Ты с ума сошел?! Сейчас ведь они приедут!

Андрей резко остановился, Максим даже налетел на него.

– Извините!

Андрей потряс в воздухе кулаком, и мужик умолк.

Ветеринар толкнул дверь, они оказались в небольшой комнате, уставленной клетками. В каждой клетке сидели кошки. Запах был ужасающий. Многие кошки выглядели какими‑то полутрупами.

Андрей что‑то проворчал. Мирабелла принялась осматривать бедных животных. Клетки стояли одна на другой, кошки, соответственно, гадили одна на другую. Явно с ними и не гуляли, и не мыли их, а уж чем кормили – неизвестно. У Мирабеллы слезы на глаза навернулись.

– А почему у вас животные в таком состоянии? – спросил Максим.

Андрей что‑то пробубнил.

– Вот! Вот он! – узнала «кровопийцу» Белла и несказанно обрадовалась. Ведь, несмотря на скверный характер, это был единственный друг ее словоохотливой соседки. – Барсик! Барсик! Ты помнишь меня? – нагнулась она к клетке. Огромный серый кот с круглыми дикими глазами не очень‑то ей обрадовался, наоборот, выгнул спину дугой и грозно зашипел.

– Узнал меня! Максим, это точно Барсик!

– Мы можем его забрать? – обратился к Андрею Максим.

Андрей кивнул, попытался вытащить клетку с Барсиком из общей пирамиды. У него это не получилось, и Максим помог ему.

Вместе с шипевшим Барсиком все вернулись в кабинет. Андрей стянул противогаз. Он вспотел и задыхался. Замотал головой и чихнул несколько раз.

– Я нечто подобное уже видела, – отметила Мирабелла. – У него аллергия, как у водителя, в чью машину я и села вместе с Барсиком! Он сразу начал задыхаться, вот и въехал в ларек!

– Спасибо на добром слове! Я же говорю – аллергия у меня! – Слезящимися глазами Андрей посмотрел на них.

– Почему там такая грязь? – спросил Максим. – Вы не желаете поговорить с защитниками животных?

– Желаю ли я? Это за то, что я в нерабочий день, с приступом аллергии, вернул вам вашего кота?! Вот она – людская благодарность!