Простой непростой день - Фанфикс.ру Лазель

Остаток пути до подземелий Гарри едва ли не локтями прокладывал себе дорогу, одновременно пытаясь не быть совсем уж грубым, отвечая на вопросы «поклонников». Поттер уже испугался, что его погребут под валентинками, наколдованными и не только сердечками и плюшевыми свидетельствами «пылких чувств», но тут он как раз ступил на территорию Слизерина.

Сразу стало как-то тише и спокойнее. Еще бы! Слава мрачного декана змеиного факультета бежала далеко впереди него. Гарри, посмеиваясь, исподтишка наблюдал, как медленно рассеивается толпа его почитателей. Когда он дошел до классов — она исчезла совсем. Четверо последних, самых стойких (как ни странно, оказавшихся слизеринцами), увидев, куда направляется кумир, быстро свернули в сторону гостиных. Такое ощущение, что от греха подальше. Хотя Поттер кожей чувствовал снедавшее их любопытство.

Гарри не нужно было даже особо напрягаться, чтобы понять, что Северус именно в том классе, перед дверью которого он сейчас стоял. Это как шестое чувство, или какое оно там по счету у магов? И вместе с присутствием зельевара ощущалось и его раздражение. Прежде чем войти в класс, Поттер даже на миг задумался: «стоит ли?». Во избежание излишне любопытных глаз он тщательно закрыл за собой дверь, а от не менее любопытных ушей наложил заглушающее заклинание. Да, без палочки и не заметно, потому что Снейп, похоже, еще не обнаружил его присутствия.

Профессор уже встал с места, закончив складывать пергаменты с очередной контрольной в аккуратную стопку, когда что-то заставило его резко обернуться в сторону Гарри.

Снейп никогда бы не подумал, что настанет день, когда видеть Поттера в классе покажется странным. Особенно в таком официальном виде. На миг Северуса словно окунули в думосбор. Уж больно ярко полыхнуло воспоминание о том, когда он в последний раз увидел Гарри в этом виде в Хогвартсе. Тогда и он, и Дамблдор узнали много нового, и ничто из этого не было приятным.

— Привет, — осторожно окликнул Поттер, подходя к зельевару. — Ты как будто привидение увидел!

— Скорее просто призраков прошлого, — отозвался Снейп, поворачиваясь к нему, напряженный и собранный, точно такой, каким Гарри запомнил его во время уроков. — Не ожидал увидеть тебя здесь.

— Вот решил заскочить.

— Вспомнить бурную молодость? — усмехнулся зельевар, приподняв бровь.

— Ты же знаешь, что нет, — возразил Гарри, вплотную подходя к Снейпу. В такие минуты он жалел, что так и не сравнялся с Северусом ростом, поэтому просто запустил пальцы в его волосы, поглаживая затылок, и сказал: — Если что теперь и связывает меня с Хогвартсом, так это только ты.

— Хм.

Похоже, зельевар был настроен на дальнейшие расспросы, но Гарри вовсе не желал подобного развития событий, поэтому спросил первым:

— У тебя уже закончились уроки?

— Да. И, предвосхищая твой следующий вопрос, те несчастные, которым удалось нарваться на отработку, будут проходить ее с Филчем.

— У вас с ним образовался замечательный трудовой тандем, — хохотнул Поттер прямо в профессорский непроницаемо-черный жилет, на котором многочисленные пуговицы стали сами собой выползать из петель. Заметив это, Гарри отдернул свою силу, иногда действующую поперед него самого, проговорив: — Тогда, может, пойдем домой?

— Думаю, стоит, пока ты здесь чего-нибудь не натворил, — фыркнул Северус, отточенным жестом поправляя мантию.

— Если хочешь, можем запросто натворить, — многозначительно протянул Гарри. — У тебя были фантазии насчет этого места и…

— Нет, — Снейпа аж передернуло. — Никогда не жаждал ощутить себя педофилом.

Дело запахло керосином, а если и не им, то чем-то явно взрывоопасным, поэтому Поттер просто обнял зельевара со словами:

— Тогда домой, — и аппарировал вместе с ним.

Даже Гарри со всей его силой делать это из Хогвартса было нелегко, но иногда, в такие моменты, стоило. А усталость пройдет. Такая ерунда, право слово. Правда, Северус так не считал. Разомкнув кольцо объятий, едва под ногами почувствовался твердый пол, он хмуро поинтересовался:

— И к чему эти показательные выступления?

— Так просто быстрее, — пожал плечами Гарри, стараясь придать голосу беззаботность.

— А если у меня остались неоконченные дела? — Снейп вовсе не страдал отходчивостью.

— Ну, хочешь, я аппарирую тебя обратно?

Зельевар лишь отмахнулся, словно говоря: «Да что с тобой делать!», и направился в спальню, на ходу расстегивая рабочую мантию. Никаких намеков, просто желание переодеться после работы. Поттер вздохнул. Его партнер явно не в том настроении, и лучшее в этой ситуации просто не раздражать лишний раз. Поэтому он решил посвятить себя полезному делу — заняться ужином.

Все уже стояло на столе, и Гарри уже собрался звать Северуса, когда он появился сам. Вместе с мантией он снял и пиджак, так что остался лишь в брюках, рубашке и жилете. Такой облик делал сурового профессора более уютным, что ли, расслабленным, и невероятно нравился Поттеру. А также свидетельствовал о том, что Снейп начал считать это место и своим домом. Хотя они никогда не говорили об этом. Да и сейчас Гарри лишь довольно улыбнулся, садясь за стол.

Но в полном молчании есть не хотелось, поэтому Поттер спросил:

— Устал?

— Сам-то как думаешь? — хмуро поинтересовался зельевар, втыкая вилку в бифштекс с таким видом, будто он был его личным врагом.

На это Гарри даже не обиделся, а ответил:

— Думаю, что да. Меня в Хогвартсе сегодня чуть на сувениры не порвали, когда узнали, да и до этого времени спокойствия там и не намечалось. Неужели мы были такими же шумными?

— Когда как. Во всяком случае, среди нынешних учеников нет тех, кто страдал бы повышенной тягой к приключениям на грани суицидальных наклонностей, — едко заметил Снейп. Сказал и, кажется, пожалел о своих словах. После того знаменательного разговора Гарри с Дамблдором, при котором ему довелось присутствовать, когда герой магического мира высказал все, что думает о методах воспитания старого манипулятора, и о том, что ему довелось пережить, зачастую просто чудом, а список оказался немаленьким, Северус всячески старался избегать напоминаний об огрехах прошлого. Но старые привычки так просто не изживались.

Гарри эти порывы ценил, да и настроение, несмотря ни на что, оставалось хорошим, поэтому просто сделал вид, что не заметил колкости. Вот если бы Снейп относился к нему, словно к хрустальной вазе, как бывало в разгар болезни парня, — это бы пугало и раздражало куда больше. А так… Подобные «обмены любезностями» Поттер просто считал приправой к их совместной жизни. Возможно, он бы даже огорчился, сложись все иначе.

— Ты что-то задумал? — вернул к реальности голос Северуса, с почти угадываемыми подозрительными нотками.