Песец подкрался незамеченным - Михаил Михеев

— Круто ты с ними, — покачал головой Шурманов, когда женщин увели и непонятно, чего в его голосе было больше, одобрения или совсем даже наоборот. — Хотя, может, так и надо. Но я так понимаю, что с кораблями нам не справиться, нужны будут еще люди. И где мы их тут возьмем? Что, будем подавать объявления на манер вербовщиков Иностранного легиона или по религиозному принципу набирать, по методе наших кавказских психов? И кого мы наберем?

— А вот здесь есть идея.

И Ковалев выдал простую, как три копейки, мысль. Ведь что у нас на севере? Работы много, людей мало, поэтому работа вахтами — едва ли не самое обычное, что можно увидеть. Фирм, подвизающихся в нефтяном бизнесе, геологии, сервисных службах, море. Есть гиганты типа «Газпрома» или «Роснефти», но есть и куча мелких фирм и фирмочек, кующих совсем не мелкую денежку на свой страх и риск. Кто обратит внимание, если появится где-то в провинции еще одна? Разве что налоговая, но можно сделать так, что все будет в ажуре. Деньги будут — золото и камешки всегда в цене, а в космосе, в астероидном поле, можно найти и то, и другое. Вопрос в реализации — но и это можно решить. Главное что — развернуть деятельность, благо время терпит, и за те два года, что потребуются собравшимся, чтобы пройти здесь, на кораблях, необходимое обучение, создать работающую и не вызывающую ни у кого подозрений, а желательно еще и прибыльную структуру. Тогда можно будет спокойно и не торопясь, благо время терпит, набрать людей, подходящих по возрасту, физическим кондициям и еще тысяче и одному параметру, проверить их благонадежность и потихоньку собрать экипажи. Ну а там — вперед и с песней, а фирма пускай работает, будет еще одна гарантия светлого будущего, когда придет время вернуться.

Идея, конечно, была сырая и требовала большой и кропотливой доработки, но, в общем и целом, была признана работоспособной. Легальное прикрытие остается легальным прикрытием, как ни крути, поэтому было решено, что вместе с якобы чудом спасшимися женщинами пойдут еще трое посвященных — Пец, Шурманов, ну и сам Ковалев. На том собрание закончилось, благо пришло время обеда, ну а вечером состоялся еще один разговор — менее важный, но тоже весьма интересный.

Ковалев и Шерр сидели в адмиральской каюте, которую Ковалев нагло занял и расположился в ней со всеми возможными удобствами. Поначалу он предполагал, что Шерр сам примет командование, но доктор честно признался — занятие это для него бесперспективное. Дело в том, что в империи давным-давно проводили тестирование на предрасположенность к какой-либо профессии. Военное дело, да и вообще все, связанное с тактикой и стратегией, Шерру не светило совершенно, не то мышление, а вот Ковалеву светило, и еще как — на тестировании компьютер выдал девяносто семь и три десятых процента от теоретически возможного максимума. Шерр тогда только присвистнул удивленно, прогнал тестирование вновь, получил те же результаты и надолго задумался, после чего засел в информатории линкора. Ковалев на это не обратил тогда внимания, но сегодня Шерр изъявил желание продемонстрировать плоды своих изысканий. Ковалев был не против, да и скучно ему было, признаться — развлечения, обычные для имперцев, были ему непривычны и казались примитивными, а сидеть тет-а-тет с книгой или телевизором было неинтересно.

Вот и сидели сейчас они, курили, благо рак легких теперь Ковалеву не грозил, и пили, каждый свое. Шерр налегал на коньяк, к которому изрядно пристрастился на Земле, утверждая, что в империи ничего подобного не производилось. Впрочем, отметил для себя Ковалев, может, и производилось, просто Шерру было не по карману — не графья-с…

Ковалев пил легкое вино из запасов линкора — он не любил коньяк. Как-то, в бурной студенческой молодости, избавляясь от депрессии (несчастная любовь и все такое), он сдуру выхлебал в одно горло бутылку неплохого коньяка, закусив ее (вот дурак, портить благородный напиток) маринованным огурчиком. В результате он всю ночь обнимал унитаз, потом целый день болел и от коньяка его потом отвратило наглухо. Ну а вино имперского производства, хоть и не блистало изысканным букетом, в котором Ковалев все равно не разбирался, было легким, приятным на вкус и не вызывало похмелья. Хотя Шерр и сказал Ковалеву, что теперь его желудок может без вреда для здоровья переварить даже денатурат, проверять его слова как-то не тянуло.

Однако разговор начался не совсем так, как ожидал Ковалев. Вместо того, чтобы поведать раскопанную им сенсацию, Шерр внезапно спросил:

— Василий, почему ты был так уверен, что они согласятся?

— Но ведь я был прав.

— Оно так, ты был прав, а я ошибался. Честно говоря, я рассчитывал максимум на двоих-троих. Но почему?

— А ты подумай — кто идет на такую работу? В принципе, домашние мальчики пополняют ряды офисного планктона, а в поле работают, в основном, люди с немного авантюрным складом ума и склонные к романтике. Помнишь, как ты меня охарактеризовал? Вот то-то. Не все, конечно, причины и пути у каждого свои, но большинство. Особенно те, кто пошел в поле сразу — романтика, блин… Сам такой был. А вон Шурманов — он ведь вор, не по хулиганке сидел и не по гоп-стопу по молодости. Серьезный, можно сказать, человек, но начинал, он мне сам рассказывал, из-за блатной романтики. Вот так бывает. А сейчас им романтики будет — хоть ложкой ешь. По молодости даже не задумывались бы, наверное, сейчас сложнее, с возрастом становишься более циничным, да и двадцать лет из нас романтику вытравливали, но тут есть еще и материальный фактор. Всем страшно надоело работать на дядю, да еще и за сравнительно небольшие бабки, а сейчас у них появился реальный шанс рискнуть и на всю жизнь обеспечить и себя, и свои семьи. Да что там семьи — внукам с правнуками хватит, поэтому я даже и не сомневался, что пойдут почти все. Да ты себя вспомни — с чего на флот пошел? Сам рассказывал, что дома тупо жрать нечего было и скучно вдобавок, так что ты и сам такой же, в нашу компанию идеально вписываешься. Так что факт один — все, кто сейчас на борту, люди как минимум сильные характером и, в большинстве, решительные.

— Согласен, — вздохнул Шерр. — Ладно, слушай. Я тут покопался, кое-что сравнил, залез в такие дебри, что и сам не ожидал, благо теперь, как единственный офицер, имею полный доступ. Кстати, я раскопал еще и как тебе полный доступ обеспечить, завтра сделаю. Но суть не в этом. Помнишь, я рассказывал, что ваша планета была заселена еще во времена Первой империи?

— Да, говорил ты что-то такое. И что?

— Понимаешь, это не совсем так. Ваша планета была не просто заселена — она была одним из центральных миров. Если верить нашим исследователям, а они ели свой хлеб не зря, да и шеф мой, хоть и не имел полного доступа к информации, тоже что-то такое предполагал, это была планета-полигон. Точнее, часть планеты была чем-то вроде фешенебельного курорта для особо богатых, но заправляли здесь, в основном, военные. Честно говоря, я довольно тяжело понимаю логику наших предков, хотя, возможно, курорт был чем-то вроде прикрытия полигона. Или наоборот, не знаю. Впрочем, может быть, были и другие соображения. Несомненно одно — какая-то логика была, в первой империи иногда мыслили извращенно, но мыслили всегда и очень редко ошибались.

— И что ты хочешь этим сказать? Что нас создали искусственно или что мы — потомки выродившихся богатых бездельников?

— Не знаю. Скорее всего, и то, и другое. Видишь ли, судя по косвенным данным, здесь шли работы по созданию идеальных солдат. Генетические эксперименты такого уровня, который нам и не снился. Та генетическая оптимизация, которой занимались наши вояки — жалкая пародия на достижения ученых Первой империи. Щенки, они даже не представляли, что занимались мышиной возней. Видел Египетские пирамиды? Это — одна из баз того времени, вернее, чудом сохранившийся комплекс наземных сооружений Первой империи. Я там прозондировал кое-что — оказывается, часть аппаратуры цела до сих пор, стоит себе законсервированная. Потом надо будет там полазить, но это уже действительно потом, к тому же я даже приблизительно не представляю, для чего эта аппаратура предназначена.

— Серьезно, но что дальше-то было?

— А дальше все просто. Та война началась для Первой империи внезапно, причем центральные планеты разом подверглись массированной атаке. Некоторые сумели отбиться, другие — нет. Эта планета официально была абсолютно мирной и, хотя и относилась к центральным, по значению считалась второстепенной. Не знаю, почему — возможно, из-за режима секретности, но на орбите планеты не было боевых станций. Результат оказался закономерен — планета подверглась жесточайшей бомбардировке, инфраструктура была полностью разрушена, кого-то потом эвакуировали, кого-то не успели, а последующие война и крах империи привели к забвению планеты. Людей было слишком мало и в результате уже через несколько поколений люди скатились в каменный век.