Академия вампиров. Книга 1. Охотники и жертвы - Райчел Мид

— О'кей, спасибо, — оборвала ее я. — Это на самом деле не…

Тут мимо нашего стола прошел Джесси Зеклос, приковав к себе мой взгляд. Ах, Джесси! Я и забыла о нем. Мне нравилось флиртовать с Мейсоном и прочими новичками, однако Джесси относился совсем к иной категории. С другими парнями флиртуешь просто ради флирта, а вот флиртуя с Джесси, надеешься, что дело дойдет до раздевания. Он был королевский морой и очень, очень сексапильный парень. Ему следовало бы носить на груди знак: «Осторожно, огнеопасно!» Поймав мой взгляд, он улыбнулся.

— Роза, рад твоему возвращению. По-прежнему разбиваешь сердца?

— Вызываешься добровольцем?

Его улыбка стала шире.

— Давай встретимся как-нибудь и узнаешь. Если тебя выпустят из заточения.

Он пошел дальше, а я восхищенно провожала его взглядом. Наталья и ее друзья благоговейно уставились на меня. Может, я и не бог в том смысле, как Дмитрий, но для этой компании мы с Лиссой были богами — или, по крайней мере, бывшими богами, — хотя и другой природы.

— Вот это да! — воскликнула какая-то девушка, имени которой я не помнила. — Это же Джесси.

— Ага, — ответила я. — Определенно он.

— Хотела бы я выглядеть как ты, — добавила она со вздохом.

Все взоры были прикованы ко мне. Фактически я наполовину морой, но выгляжу как человек. Я настолько не отличалась от людей, что, пока мы были в бегах, вообще не думала о своем внешнем виде. Здесь, среди худощавых моройских девушек с их еле заметной грудью, некоторые черты моей внешности — большая грудь, ярко выраженные бедра — заметно выделялись. Я знала, что привлекательна, но для моройских парней мое тело не просто привлекательно: оно сексуально в самом непристойном смысле этого слова. Завоевать расположение девушки-дампира — этого жаждали все моройские парни.

Ирония состоит в том, что дампиры пользуются здесь огромным успехом, в то время как в человеческом мире гораздо более популярны моройские девушки, сильно смахивающие на худющие сверхмодные модели. Большинству человеческих женщин в жизни не достигнуть такой «идеальной» худобы, равно как и моройским женщинам никогда не выглядеть как я. Все желают того, что им недоступно.

На наших общих занятиях второй половины дня мы с Лиссой сидели рядом, но разговаривали немного. Как она и сказала, нас повсюду преследовали взгляды, однако вскоре выяснилось, что чем больше я разговариваю с людьми, тем дружественнее они настраиваются. Медленно, но неуклонно они вспоминали, кто мы такие, и новизна — хотя и не интрига — нашего безумного трюка постепенно выцветала.

Хотя, может, правильнее сказать — они вспоминали, кто я такая, поскольку только я и разговаривала. Лисса смотрела прямо перед собой, слушала мои разговоры, но не вникала в них и не принимала участия. Я чувствовала, как она излучает печаль и беспокойство.

— Все хорошо, — сказала я ей, когда уроки наконец закончились. Мы стояли неподалеку от школы, и я прекрасно понимала, что тем самым уже нарушаю условия нашего соглашения с Кировой. — Мы не останемся здесь. Я найду способ выбраться отсюда.

— Думаешь, нам действительно удастся проделать это во второй раз? — спросила Лисса.

— Абсолютно уверена.

Как хорошо, что она не могла воспринимать мои чувства! Сбежать в первый раз — ой как сложно; сделать то же самое снова будет невероятно трудно. Впрочем, я и вправду верила, что найду способ.

— Ты ведь сможешь что-нибудь придумать, правда? — Она улыбнулась, больше себе, чем мне, как будто подумала о чем-то забавном. — Конечно сможешь. Просто… ну… — Она вздохнула. — Я все думаю: а нужно ли нам вообще бежать? Может… Может, лучше остаться.

Я удивленно уставилась на нее.

— Что?

Не слишком красноречивое высказывание, но ничего лучше мне в голову не пришло. Такого я от нее никак не ожидала.

— Я наблюдала за тобой, Роза. Наблюдала, как ты во время уроков разговаривала с другими новичками о тренировках. Ты соскучилась по всему этому.

— Оно того не стоит, — возразила я. — Нет, если… Нет, если ты…

Я не смогла закончить, но она была права. Я скучала по другим новичкам. Даже по некоторым мороям. Но мало того, весь день во мне нарастало ощущение ущербности, связанное с тем, как сильно я отстала.

— Так будет лучше, — продолжала она. — Я не заметила… не почувствовала ни слежки, ни наблюдений за нами.

На это я не ответила ничего. До того как мы сбежали, она все время ощущала, будто кто-то следит за ней, преследует. Никаких реальных доказательств не имелось, но мне доводилось слышать, как одна из наших учительниц постоянно заводила разговор о чем-то подобном. Госпожа Карп, хорошенькая моройская женщина, с темно-рыжими волосами и высокими скулами. В те времена я была убеждена, что она просто ненормальная.

— Вы никогда не знаете, кто именно наблюдает, — говорила она, энергично расхаживая по классной комнате, после того как задергивала все шторы. — Или кто преследует вас. Лучше находиться в безопасном месте. Лучше всегда находиться в безопасном месте.

Мы тогда пересмеивались между собой — как ученики всегда ведут себя по отношению к эксцентричным учителям или тем, кем овладевает паранойя. Мысль о том, что Лисса ведет себя как она, беспокоила меня.

— Что с тобой? — спросила Лисса, заметив, что я углубилась в свои мысли.

— А? Ничего. Просто задумалась. — Я вздохнула, пытаясь найти точку равновесия между собственным желанием и тем, что лучше для нее. — Лисс, думаю, мы можем остаться… но есть несколько условий.

Она рассмеялась.

— Ультиматум Розы?

— Я серьезно. — Как трудно выразить свои мысли словами! — Я хочу, чтобы ты держалась подальше от всех этих королевских особ. Не таких, как Наталья… То есть таких, конечно… но не таких. Ты понимаешь? От других. От сильных игроков. Камилла. Карли. Эта компания.

Ее веселость сменилась изумлением.

— Ты серьезно?

— Абсолютно. Тем более они никогда тебе не нравились.

— Зато тебе нравились.

— Нет. На самом деле нет. Мне нравилось то, что они могут предложить. Всякие там вечеринки и прочее в том же духе.

— И ты теперь можешь обходиться без этого? — скептически спросила она.

— Конечно. Мы же обходились без этого в Портленде.

— Да, но там все было иначе. — Ее взгляд заскользил по сторонам, ни на чем конкретно не останавливаясь. — Здесь… Здесь я должна принимать во всем этом участие. Не могу уклоняться.

— Черта с два! Наталья же вот держится в стороне.

— Наталье не предстоит унаследовать семейный титул, — возразила она. — А я уже получила его. Я должна быть в гуще событий, должна налаживать связи. Андрей…