Притворись, что ты моя - Люси Скоур

на заднем дворе, они теперь доставляли ей огромную радость. Построенный Чарли курятник был краше, чем большая часть квартир, в которых приходилось жить Харпер.

Ей казалось, что она попала в волшебную сказку, и она перестала думать о том, что заставило Люка отдалиться от всего этого.

* * *

Приняв корзинку с булочками из рук Харпер, Люк передал ее Джеймсу, сидевшему справа от него. Обычно Люк не обращал внимания на ежемесячные и слишком обильные семейные обеды, но присутствие Харпер придавало этому новый смысл.

Он наблюдал за тем, как она болтает с его отцом о садоводстве, одновременно гримасничая с его племянником, отказывавшемся есть репу. Харпер казалась расслабленной, но Люк понимал, что она не может не замечать долгих взглядов, которые бросали на нее его родственники.

Они рассматривали ее, как под микроскопом.

Люк привык к назойливому вниманию, поскольку довольно долго испытывал его на себе. И мог представить, насколько неловко чувствует себя человек, непривычный к такому.

Соф подмигнула ему через стол и едва заметно кивнула в сторону Харпер. Люк ясно понял ее намек. Это был первый семейный обед за долгое время, на котором ему не приходилось страдать от неудачно замаскированных попыток познакомить его с девушкой и невольных стремлений разгадать его душевное состояние.

Возможно, он выиграет от этой сделки не меньше, чем Харпер, или, по крайней мере, больше, чем рассчитывал.

* * *

Семейство перебралось на веранду, чтобы отведать персиковый пирог, купленный Харпер в продуктовом магазине, и домашнее ванильное мороженое.

– Не налегай на пирог, братец, – поддразнил Джеймс Люка. – Я хочу побороться с тобой на футбольном поле.

– О-о-о-о-ох, – насмешливо заворчали Софи и Тай.

Харпер захихикала.

– Погоди, Харпер. Ты будешь судьей, – предупредил Люк, отпивая глоток пива.

– Я хочу играть!

– Нет. – Его тон исключал всякие возражения. – Не в той форме, в которой ты сейчас находишься.

Надув губы, Харпер откусила еще немного пирога.

Они разбились на команды, Софи и Джеймс играли против Тая и Люка. Игра быстро переросла из невинной забавы в настоящую войну. Состязательность явно была в крови у Гаррисонов, заметила Харпер, когда Джеймс «случайно» заехал Люку в челюсть.

Стоя на боковой линии, она с удовольствием наблюдала за неразберихой на поле. Игроки на цыпочках обходили Джоша, когда карапуз гонялся за курицей, перебегая через игровое поле, и никто и глазом не моргнул, когда Софи схватила Тая за шею, чтобы Джеймс смог пробежать по полю.

Харпер отвлеклась, когда Клэр спросила ее, не хочет ли она кофе, поэтому не заметила, как после длинного паса Тая прямо на нее помчался товарняк из бегущих друг за другом Люка и Джеймса, пока не стало слишком поздно.

Люк поймал мяч в воздухе, и в ту же секунду Харпер поняла, что он неминуемо раздавит ее.

Люк развернулся в воздухе и, обхватив ее рукой, смягчил падение вместе со всеми остальными. Они приземлились на полпути к одной из клумб Клэр. Окруженная азалиями Харпер замерла под тяжестью Люка.

Он прижал ее своими бедрами, и она совершенно забыла о синяках и о том, что лежит на земле.

– Я все время нахожу тебя в таком состоянии, – поддразнил он, обдавая ее лицо своим теплым дыханием.

– На этот раз мне приятно потерять сознание.

Она увидела, как едва заметно изменился его взгляд, и затаила дыхание, когда Люк наклонился ближе. Харпер приоткрыла губы.

– Тачдаун, дядя Люк! – Джош бросился Люку на спину.

* * *

Вечером, чистя зубы, Харпер внимательно вглядывалась в свое отражение в зеркале. Тогда днем она гадала, подтвердит ли Люк действием то, что промелькнуло между ними, но он просто поставил Харпер на ноги и вернулся к игре, которая продолжалась до тех пор, пока не стемнело и они, попрощавшись, не уехали.

Клэр нежно обняла Харпер и сказала, что она всегда будет желанной гостьей. Они отлично провели день с семьей Люка.

В дверь постучал Люк.

– Ты в приличном виде?

Сплюнув, Харпер сполоснула рот.

– Да. – Она протянула руку к щетке для волос, и в этот момент Люк присоединился к ней у раковины.

– Мне очень понравились твои родственники, – сказала Харпер, стягивая с волос резинку.

Пожав плечами, Люк выдавил зубную пасту на щетку.

– Да, они недурны в небольших дозах.

– Недурны? – Она провела щеткой по волосам. – Они все отлично ладят друг с другом. Твоя мама потрясающе готовит. Кровопролития за столом не было. Я начинаю думать, что вы втянули меня в этот фарс, выдумав историю о том, какие они ненормальные.

– Я не обманывал тебя насчет их ненормальности. Просто у тебя еще не было повода убедиться в ней, – сказал он, начав чисть зубы.

– Может быть, ты просто чрезмерно чувствителен и не можешь отличать нормальность от ненормальности? – предположила Харпер.

Люк посмотрел на ее отражение в зеркале, и она рассмеялась.

– Все равно, я отлично провела время. Было весело потусоваться с людьми, которые болтают, едят и подкалывают друг друга. Мне они очень понравились.

Сполоснув рот, Люк поставил щетку обратно в стаканчик.

– Ты им нравишься. – Минуту он молчал, наблюдая в зеркале за тем, как Харпер расчесывает волосы, а потом обошел ее, направляясь к двери. – Спасибо тебе за это.

– Пока рано благодарить. Может быть, завтра в офисе будет катастрофа. – Харпер подмигнула, а Люк со вздохом развернулся и вышел из ванной.

Глава 7

Прихлебывая кофе, приготовленный Харпер, Люк смотрел в окно. Он проснулся, чувствуя себя не в своей тарелке. Он приписывал это тому, что привел в дом девушку и познакомил ее с родителями впервые с тех пор, как… С тех пор.

Это всего на месяц, напомнил он себе. Потом все придет в норму. Если можно считать нормой очередную командировку.

Он провел бессонную ночь после того, как завалился на Харпер среди цветов. Глядя на нее сверху, он увидел в ее глазах удивление, смешанное с восхищением, это было как предвестие будущего. Того, чего быть не могло.

Он подумал о том, что нужно купить надувной матрац и спать в одной из гостевых комнат наверху. Но Люку нравилось просыпаться рядом с прижавшейся к нему Харпер. Ему нравилось сознавать, что он в безопасности. А ощущение от плавных изгибов прильнувшего к нему тела возвращало к жизни те чувства, которые, как он думал, давно умерли в нем. Он играл с огнем, но в глубине души ему было наплевать на это.

Он услышал скрип на заднем крыльце и заметил, что Харпер, съежившись, раскачивается на качелях в рассветной тишине.

Люк вышел на