Танцы с королями - Розалинда Лейкер

Но несмотря на возбуждение, вызванное потоком снующих туда-сюда архитекторов и инженеров, мало что сдвинулось с места в строительстве, пока король не устроил в поместье еще одно шикарное празднество, которое по размаху далеко оставило за собой предыдущее. У Жанны возникла надежда на появление Огюстена, однако, хотя деревенские улицы и были переполнены каретами, а дома — дворянами, так же, как и в 1664 году, большая часть гостей предпочла каждодневные поездки из Парижа в Версаль и обратно ночлегам в изобиловавших клопами и прочими насекомыми крестьянских жилищах. Трехлетней Маргарите надолго запомнилось, как однажды поздно вечером мать вывела ее на пригорочек, откуда хорошо были видны грандиозные фейерверки, озарявшие окрестности на много лье вокруг. А в самом конце феерии в небе над верхушками деревьев вспыхнуло двойное золотое «L», означавшее «Людовик-король — солнце».

— Посмотри! — вскричала Маргарита, показывая вверх своим маленьким пальчиком. — Король пишет на небе!

Все вокруг нее засмеялись, а Жанна тесно прижала к себе дочурку и поцеловала ее, назвав умной девочкой.

Не прошло и месяца после этого, как жизнь в Версале резко переменилась. Каждому физически здоровому мужчине, не имевшему стабильного источника доходов, предоставлялась возможность получить работу на строительстве новой резиденции короля. Тео был в числе первых, кто поспешил наняться, увидев в этом шанс надолго обеспечить своей семье средства к сносному существованию. Для такого искусного ремесленника, как он, там всегда находилось дело. На обширном открытом пространстве перед воротами поместья, о котором уже говорили как о Плац-де-Арм, возникли десятки мастерских, и в Версаль хлынули тысячи мастеровых со всей Франции. Были доставлены лебедки, блоки, краны с ручными воротами и ступальными колесами, а сам красно-желтый особняк густо облепили строительные леса. В чистом поле за околицей деревни выросли сотни лачуг-времянок, где проживало огромное количество строителей всех специальностей. Там же находились и кухни, готовившие им пищу; стряпухами же были наняты крестьянки из Версаля и окрестных деревень, которые варили, пекли и жарили почти круглые сутки.

Большая часть десятников, мастеров и инженеров предпочитала жить отдельно от рабочих, в Версале, став на постой к местным жителям, которые были рады лишним деньгам. Несмотря на тяжелые налоги, в жизни этих людей наметились кое-какие перемены к лучшему, особенно тех, кто был занят на строительстве в Версале и в Лувре, где также проводилась коренная реконструкция. Говорили, что королем владели две страсти. Если он не воевал, то на него нападала строительная горячка, потому что даже Париж не избежал этой волны перестроек и перепланировок. По замыслу короля, великая нация должна была иметь подобающую ее статусу столицу, и в самом центре города началась прокладка нового, широкого проспекта, прославившегося затем на весь мир как Елисейские поля.

Жанне было на руку то, что Тео стал работать на строительстве дворца. Будучи чрезвычайно занятой изготовлением вееров, хозяйственными хлопотами, а больше всего воспитанием дочери, она, тем не менее, получала теперь сведения о жизни и нравах королевского двора из первых рук. Довольно скоро всем стало очевидно, что идет не просто расширение уже имеющегося особняка, но создание нового, грандиозного по своим масштабам дворцового комплекса. У местных жителей теперь вошло в привычку после воскресной мессы прогуливаться на стройку и оценивать успехи строителей, достигнутые за истекшую неделю. Среди них всегда находилась и Жанна, державшая на руках Маргариту. Они ходили одни, без Тео, который говорил, что стройка осточертела ему за ту неделю, что он там гнул спину, и удалялся в деревенскую харчевню, чтобы поболтать с друзьями за стаканчиком.

Как только Маргарита научилась твердо стоять на ногах без посторонней помощи, Жанна позволила ей подбирать все, что случайно падало с длинного стола, за которым она делала вееры. Девочка играла с поломанными палочками и тряпичной куклой, которую она таскала за собой повсюду.

Когда она немного подросла, то научилась смешивать составные части клея, изготовлявшегося по рецепту, хранившемуся в глубокой тайне и доставшемуся Жанне от ее бабушки, которая также занималась этим ремеслом. При правильном применении он не оставлял никаких следов на самой тонкой ткани, когда она прикреплялась к палочкам. Горшок с варившимся клеем стоял на жаровне, и от него исходил противный запах, контрастирующий с изящным искусством веерщицы. Иногда Жанне доставляли коробку с очень красивыми причудливыми палочками, покрытыми лаком, с просверленными внутри отверстиями, куда нужно было продевать ленточки или шнурки. У Маргариты были ловкие пальчики, и в неполных шесть лет она неплохо управлялась с этой работой.

Близился шестой день рождения Маргариты. Эта дата пришлась на рабочий день недели, но, поскольку Жанна выполнила все заказы и уже отправила их, а новые заготовки еще не поступили, у нее оказалось немного свободного времени! Тогда Тео предложил Жанне сходить с Маргаритой в зверинец, находившийся в парке дворца, где Тео работал на строительстве нового вольера. Туда недавно прибыла очередная партия диковинных зверей из заморских стран. Короля в версальской резиденции не было, но даже если бы он и был, лицам из третьего сословия не возбранялось наслаждаться прогулками по замечательному, ухоженному парку. Все, что от них требовалось, — не создавать помех рабочим, которые трудились над перепланировкой парка под руководством известного проектировщика Ленотра.

Посещение парка всегда доставляло Жанне удовольствие. Причем больше всего ее привлекали не скульптуры, не фонтаны, которые включались только тогда, когда в резиденции находился король, и не дорогие апельсиновые деревья, стоявшие в кадках с особой землей, а цветники и клумбы разнообразных форм и размеров, которые напоминали сложные вышивки, сделанные искусными мастерицами. Каждый цветок гармонировал с растущим рядом. Говорили, что Ленотр мог распознать, где был посажен не на свое место цветок анютиных глазок или случайно пропущен листок, когда подстригали декоративные кустарники, словно этот листок был веткой дерева, выступившей из кроны. Маргарита была очарована вечнозелеными деревьями, имевшими пирамидально-коническую форму, которые располагались ровными рядами, как солдаты по стойке «смирно», вдоль тропинок, пересекавших цветники. В этот день она затеяла с мамой игру в прятки.

Спустя некоторое время они вышли на тропинку, которая проходила по искусственному ландшафту, имитировавшему настоящий лес, и заканчивалась у берега озера, поверхность которого ослепительно сверкала под яркими лучами солнца. Именно там находился зверинец, вольеры которого занимали значительную площадь. Тео, которому вместе с несколькими работниками поручили временно приглядывать за зверями, в этот момент сделал перерыв на обед. Он провел жену и дочь перед всеми клетками, одновременно уплетая за обе щеки ломоть хлеба с сыром.