Стихотворения - Николай Браун

1964

Зимние сны

Снег. Снег. Нá поле снег. Снег на лугу.Лес утопает в снегу.Все, что землею зовем, —Пашни, пригорки, песок, чернозем,И ручейка родниковый алмаз,И озерка синеокий овал —Все это скрыто, укрыто от глаз,Все это Север, Север сковал.Кинул на реки наручники льда,Кинул — и каменной стала вода.Топнул о землю и, вьюгой пыля,Дунул — и оцепенела земля,Дунул, оплел паутиною сновКорни деревьев, и трав, и хлебов.

Снег. Снег. На поле снег. Снег на лугу.Ночи длинны. Звезды ясны.Звезды лучами играют в снегу.Сон. Сон. Сон до весны.

Сон, как волшебник, коснулся стволаДерева спящего — и поплылаПесня кудесника-соловья:Щелканье, свист…   И лесные края,Видится дереву, юной листвойПлещут. И солнце над головойБлещет.   Не веток ледышки стучат, —Песни весенней коленца звучат.

Сон окунулся в притихший родник,И хоть совсем родничок невелик,Снится ему, что, сверкая, горя,Мчится он в реки,Струится в моря.

Сон прикоснулся к зерну — и ростокЗемлю пробил и, силен и высок,Тянется к солнцу, чтоб зазвенетьКолосом желтым, тяжелым, как медь.

В корни уснувшие трав и цветовВходит кудесник с охапкою сновИ рассыпает их — и чудеса:Ливни цветов окаймляют леса,Рек берега и ручьев берега,Льются в поляны,Бегут на луга.

Сны — как весны молодые гонцы, —Даже скворешне приснились скворцы.

…Снег. Снег. Снегá залегли.Ночи темны. Звезды ясны.Копятся, копятся силы земли.Сон. Сон. Сон до весны!

1964

Я жгу костер

Я жгу костер.   Сухие листья, травы —Все то, что снегом, ветром и дождемК сырой земле прибито, как гвоздем,Швыряю в пламя.   Золотой, кудрявый,Танцующий, веселый бог огняВ неистовом и яром исступленье,Как жертву, принимает от меняМои дары и чудо превращеньяТворит.   И распростертые у ногБескровные, безжизненные травыИ листья мертвые, шуршащею оравойВ костер гонимые, подхватывает бог,И все, что серо, сыро и убого,В чем искорки не теплится былой,Все ожило опять в объятьях бога,Слепящей бурей взмыло над землейВ слепящем, буйном танце в честь Ярилы,Его животворящей красоты,Чтоб, отплясав, земле прибавить силы,Чтоб, отпылав, в ее войти пласты,Войти золой и в новое цветеньеВорваться богом молодым, земным,И снова жить.   Я жгу костер весенний.Дымок пахучий тянется над ним.

1964

Ливень

Стукнул гром, как будто бондарь,В днище бочки кулаком.Гул пошел по небосводуИ затих.   И снова громКулаком пристукнул дваждыИ доволен: хороша!Не умрешь, земля, от жажды,Пей, душа, хоть в два ковша:Будет ливень!   Днище небаТьмою туч заволокло.Не останешься без хлеба!Вот уж первое стеклоПервых капель раскололось,Разлетелось дробью бус,Придорожный дрогнул колос,Покачнув иссохший ус.Заплясали капли, капли…Но гляди — уже стоятСотни струй, как будто цапли,Сотни цапель стали в рядТонконогих, недвижимых, —Так он льет,Не льет, стоитЛивень,Бог неумолимыйВсех, кого огнем палитЖажда,Всех, кого нещадноДушит засуха живьем,Ливень, тучей неогляднойОхвативший окаем.

Но уже исчезли цапли, —Он уже из бочки льет.Пьет земля.И не по капле:Пьет взахлеб,Всей глоткой пьет.

1964

Где-то в России

Где-то в России,В глуши,Вдалеке от дорог,Поле, оврагДа березовый тихий лесок.Был там когда-тоБревенчатый низенький дом.Нет этих мест фотографий —Все они в сердце моемСняты, впечатаны, врезаны,Не расстаюсь ни с одной.Вот распушили березыСережки свои надо мной,Вот выбегает под окна,Колосьями кланяясь, рожь,Вот закипает в оврагеКлюча леденящего дрожь,Вот наметают метелиПо самую крышу снега…Сколько таких фотографий,И каждая мне дорога!

Здесь я впервые услышалЗов журавлей в вышине,Здесь стерегла меня сказкаВ лунном морозном окне,Здесь пролились мои первыеЛегкие слезы мои,Здесь меня звали в дорогуПроселочные колеи.Шорох травы и колосьевЗдесь я ловил в тишине,Здесь пролетало жар-птицейВолшебное слово ко мне,Здесь моя первая песняГрудь обожгла мне огнем.…Нет этих мест фотографий —Все они в сердце моем.

1965

Сергей Есенин

В этом имени — слово есень,Осень, ясень, осенний цвет.Что-то есть в нем от русских песен,Поднебесье, тихие веси,Сень березыИ синь-рассвет.

Что-то есть в нем и от весеннейГрусти, юности, чистоты…Только скажут:Сергей Есенин —Всей России встают черты:

И над заводью месяц тонкий,И в степи, у заросших троп,Красногривого жеребенкаНеуклюжий, смешной галоп,

И весенних, осин сережки,И рязанского неба ширь,И проселочные дорожки,И приокские камыши.

А я помню его живого,Златоуста,А я слыхал,Как слетало златое словоВ затаивший дыханье зал,И как в души оно врывалось,Мучась, жалуясь, ворожа,И как в нем закипала яростьПугачевского мятежа.

Слово болью шло, замирая,Будто било в колокола, —Русь, Россия — не надо рая,Только ты бы одна жила!..

…Если б черное знать предвестьеИ от гибели остеречь!..Только руки в широком жестеВыше плеч летят,Выше плеч.

Над Россией летят…   Есенин!Осень, есень, осенний цвет.Все равно — это цвет весенний,Сень березыИ синь-рассвет.

1965

Звезды мои

Звезды мои,   собеседники долгих ночей!Пусть говорят, что удел ваш —   холодная черная бездна,Что за веками века,   тысячи лет, миллионыОбречены вы смотреть не мигая,Взором холодным   в холодные Вечности очи.Не был я в бездне той черной   и вас я такими не видел,Здесь же, в прохладе земной,   сквозь деревьев притихшие листья,Дышит, мерцает, трепещет   живая душа мирозданья,Ваша душа,   собеседники долгих ночей!В радости — радуюсь вам   и любуюсь я вами,В горести — жалуюсь вам   сквозь земные соленые слезы.Звезды мои!   Оставайтесь навеки такими —Радуйте взоры живых,   трепещите, дышите, мерцайте!

1965

Хвала рукам

Не унижайте рук.   Их изваяньеНа пьедестал бы надо возвести.Они достойны отлитыми бытьИз самого достойного металла.

Чтó медь! Чтó бронза!   Я бы отлил ихИз золота, горящего, как солнце, —Они, как солнца свет, животворящи,Как два луча, дарованных земле,Два рычага, которым все под силу.

Руками пращур вытесал топор,Огонь добыли руки Прометея,Дедал рукам обязан взлету в небо,Родили руки первый звук струны,И вздох смычка, и рокотанье клавиш,Они коснулись кистью полотнаИ научили краски петь и плакать.

Не станет их — и все осиротеет,Без них бурьяном порастут поля,Оглохнут струны и ослепнут краски,Без них бумаги мертвые рулоныНе оживит пророческое слово,И вся земля пустынею безмолвнойПредстанет нам.   Не унижайте рук.

1965