Новое рождение (СИ) - Лег Андрей

Следующие два часа они обсуждали отдельные детали, и в какой-то момент к ним присоединились и другие организаторы банкета. По некоторым вопросам приходилось выдерживать целые бои в попытке уложиться в бюджет, но наконец основные моменты удалось утрясти, и все стали понемногу расходиться.

— Кстати, — окликнул Лену Дереков, — ты же подала заявление на перевод на заочную форму обучения? А то, боюсь, твое повышение станет невозможным.

— Вы так говорите, будто мое повышение уже утверждено, — смутилась Лена и поправила свои волосы.

— Что это у тебя? — внезапно спросил Ланс, указав на ухо своей сотрудницы.

— Подарок от подруги.

— Лена, Лена… — укоризненно, как с маленьким ребенком заговорил Ланселот. — …Ты же знаешь правила — никаких украшений во время работы. Ладно бы ты надела её на мероприятие, но ты же сейчас пойдешь на кухню, перед кем красоваться собираешься? Снимай давай, а то все как с ума посходили.

— В смысле? — спросила Лена, снимая с уха украшение.

— Да знаешь, жена мне рассказывает, что у неё на работе многие теперь с похожими побрякушками ходят. Вот вчера ещё ничего не было, а сегодня поголовно у всех. Сама тоже ходит с кольцом. Понятно, что подделка, но всё же. Странно, да?

— Несомненно. — Нахмурилась девушка. — А вы не знаете, кто продавец?

Тот лишь хмыкнул:

— Прости, но нет. Знаешь, как-то не интересовался, но могу узнать. Но тебе-то зачем? За всё время нашего знакомства я до сегодняшнего дня ни разу не видел, чтобы ты носила какие-либо украшения.

— Ну, может, у меня проснулись новые желания.

— Если проснулись новые желания, то тебе нужны деньги, а для этого требуется хорошо выполнять работу, поэтому займись пока сотрудниками и кухней. Все, иди уже, у меня работы — непаханое поле.

И Лена ушла. Быстро вернувшись в раздевалку, она с некоторым колебанием положила сережку в сумку и подумала, что директор абсолютно прав, и зачем только она надела подарок? Сделав необходимые приготовления и поправив униформу, она пошла на кухню, где погрузилась в работу с головой. Радовало то, что она уже оклемалась от истощения и сейчас чувствовала большой прилив энергии. Работа прошла без происшествий и эксцессов, поэтому домой она направилась в приподнятом настроении. Проходя мимо парка, она вспомнила про кофейню, которую ей показал Маркус, но решила всё же не идти туда сегодня. Не то у неё сегодня настроение.

***

Добравшись до дома, она бросила сумку в угол коридора и начала переодеваться для вечерней пробежки. Вспомнив, что собиралась позвонить, она решила снова отложить этот вопрос до возращения Салматии. Вернувшись с получасовой пробежки, девушка села за тренировки с энергией, стараясь в этот раз усилить свой источник. Мысли также начали очищаться, и внезапно она поняла, что у неё пропало навязчивое желание надеть подарок Марии. Ей показалось это странным, но до конца практики она не позволяла себе отвлечься. Но вот тренировка закончилась, и девушка достала украшение из сумки, после чего Северская наконец догадалась посмотреть на него тем же способом, что и вчера смотрела на небо.

А в следующий момент она дернула головой и отбросила серьгу в сторону. Внутри камня, внешне остававшегося неизменным, она обнаружила странную дымку, что уже снова протянула в её сторону щупальца в попытке коснуться её головы. Трансформация произошла непроизвольно, и спустя мгновение у неё в руке появился меч. Когда она медленно приблизилась к сережке, Лене показалось, что украшение пытается укатиться от неё. Это стало последней каплей, и уверенным, до невозможности для человека отточенным движением Северская нанесла удар.

Свист рассекаемого воздуха и звон расколовшегося пополам камня. Сущность внутри камня взвилась черным дымком, вырываясь из своей темницы, после чего на грани слышимости раздался неприятный визг. Новый взмах — и чёрная тень рассеялась так же легко, как и обычный дым на ветру. Лена дрожала, потому что поняла — это те самые слуги Невелиса, о которых говорила Салматия. Оставалось понять только, как в эту схему вписывается Мария и магазин её родителей. Не сказать, чтобы она хорошо знала подругу, но представить, что та добровольно отдастся в руки такой сущности, было просто невозможно. Как Лена в этот момент проклинала Салматию за то, что забыла дать ей номер для связи или хотя бы кнопку экстренного вызова. Итогом раздумий Лены стало решение не пороть горячку, причем накатившее спокойствие было будто и не её. Но также девушка решила понаблюдать за развитием событий и быть готовой действовать исходя из ситуации в любой момент.

***

Она и стала наблюдать. На следующий день в институте количество людей, ходящих с украшениями, возросло, причем их стали носить не только девушки, но и некоторые парни. С Марией поговорить не удалось, она всё время крутилась среди студентов, и пробиться к ней стало просто невозможно. Но даже несмотря на всё это, ситуация пока не казалась опасной. Проблемы начались спустя ещё сутки, Лена обратила внимание, что в институте повисла какая-то напряженная атмосфера, а люди с различными безделушками стали смотреть по сторонам с каким-то лихорадочным блеском в глазах.

Напряжение нарастало ещё несколько дней, что заставляло Лену всё больше нервничать. Прорвало на третий день во время обеда, когда одна из девочек с криком: «Отдай, я тоже такую хочу!» — бросилась на свою подругу. Попытка их разнять не только не увенчалась успехом, но вовлекла в драку ещё больше народу. Последней каплей в терпении Лены стало избитое и расцарапанное в кровь лицо той самой девушки, а также множество других пострадавших, которых через час начали увозить в больницу. Именно тогда она приняла решение, что ждать больше нельзя, и хоть Северская понимала, что к открытому бою она не готова, нужно хотя бы разведать источник проблемы и по возможности найти решение. Она понимала, что это очень наивная надежда, но больше не хотела видеть, как страдают люди. Особенно когда, идя по городу, девушка заметила ещё несколько массовых драк, которые с переменным успехом пыталась остановить полиция.

Тем же вечером, отпросившись пораньше с работы, она вернулась домой и попыталась определить направление, в котором ей нужно двигаться. Хотя Северская и понимала, что обманывает лишь себя, особенно когда Ланс сообщил название магазина. «Золото, серебро и любовь» — магазин родителей Марии. Дождавшись, когда стемнеет, она села в такси и уже спустя полчаса находилась неподалеку от точки назначения. Отпустив машину, она дождалась, когда она отъедет подальше, и быстро зашла в темный переулок. Там она повернула кольцо камнем вверх и отдала мысленный приказ. Короткая синяя вспышка на мгновение затопила её зрение, создавая на теле почти привычную уже броню. К её удивлению, чешуя и кожа приобрели более темный оттенок и совершенно перестали выделяться на окружающем фоне. Быстро преодолев несколько переулков и выйдя почти к самому входу в магазин, она посмотрела на него своим особым зрением.

Лена заскрежетала зубами, ведь её догадки полностью подтвердились. Темная энергия, идущая по линиям в небесах, отражаясь от чего-то сверху, падала прямо на магазин, образуя черную воронку, вид которой заставлял содрогаться Северскую при каждом брошенном взгляде. Иногда по ней проскальзывали бордовые искры, и это вызывало ещё больше опасений. Саму же девушку разрывало два противоречия. Лене хотелось развернуться, пойти прочь от этого места и дождаться Салматии, но внутри неё будто бы была другая она. И эта другая говорила ей, что нужно идти вперед и выжечь вражеское гнездо. В итоге, разозлившись на себя, она решительно закрыла шлем и перчатки, после чего направилась в сторону входа в магазин. Она не боялась, что её заметят через камеры, как говорила Салматия, современные камеры не способны зафиксировать её в режиме полного облачения достаточно четко. Вместо этого на камерах появлялась рябь, которая скрывала как фигуру, так и часто даже половую принадлежность. А цвет её костюма хорошо защищал от визуального обнаружения.