Проклятие Хищника (СИ) - Кофф Натализа

Небоскреб, в котором располагалась резиденция и Старейшины Двуликих, не охранялся. Белый волк без усилий преодолел лестничные пролеты и оказался в просторном холле владений Велимира.

Двуликий старейшина ждал своего противника. Мужчина, приняв облик волка после восхода солнца, вопреки законам города, выступил вперед, готовый сразиться с оборотнем по указке черной ведьмы Ариды.

За спиной серого хищника – предводителя Двуликих, плотными рядами выстроились его солдаты.

Марика вжалась в самую дальнюю стену. Ее верный спутник, которого Яр победил в честном поединке минувшим вечером, заслонил хозяйку своим телом. Но волчица и не нужна Яру. Он видел свою пару. И шел к ней.

Глава 12

– Он или ты, Томирис! – сквозь океан боли, пронзившей все мое тело, расслышала я тихий шепот.

Старуха застыла, так и не коснувшись меня своими скрюченными пальцами с длинными ногтями. Весь мир замер, не шевелился, не дышал. И лишь я одна могла двигаться. Однако, каждый вдох давался мне с невероятной болью, пронизывала каждую клетку моего тела.

Амулет, зажатый в ладони, пульсировал все сильнее. Рисунок, нанесенный рукой неизвестного мастера в самый его центр, светился и переливался. А тихий шепот звучал в моей голове все громче, креп, набирал силу.

В просторном холле появился белоснежный волк. Его шерсть была перепачкана кровью, а серо-голубые глаза сверкали обещанием мгновенной смерти.

Он перемещался по просторному помещению, убивая людей Старейшины. Должно быть, они даже не успевали следить за его движениями. Падали, точно подкошенные, на пол.

Волк перебил стражников, точно мух. Но я знала, что меня этот хищник не тронет.

Старуха вдруг сбросила пелену оцепенения и накрыла скрюченными пальцами мою ладонь с зажатым в ней амулетом.

– Отдаааай! – расслышала я тягучий, хриплый шепот.

– Нет! – выкрикнула я, чувствуя, что амулет нельзя снимать. Нельзя, чтобы украшение попало в руки старухи.

– Он, или ты! – вернулся мелодичный голос.

Его слышала лишь я одна. И не понимала, что именно происходит.

Старуха вдруг шагнула назад. В ее руке появился тот самый кинжал, что являлся ко мне во сне.

В это же время, словно из ниоткуда, передо мной возник белоснежный волк. Он заслонил меня своим могучим телом, оскалил смертоносные клыки на старуху, защищая меня.

– Он, или ты, Томирис! – настойчиво шептал мелодичный, приятный голос в моей голове.

Всего на секунду я взглянула в глаза хищнику.

Я знала его. Знала Яромира. Помнила тепло его рук и жар его тела. Слышала его голос. И мягкий шепот, который произносил мое имя с нотками хрипотцы.

Воспоминания раздавили меня. Яркие картинки сменялись одна за другой. Первая встреча. Первое свидание. Первый поцелуй. Его смех. Смех мужчины, от которого замирало и сладко пело мое сердце.

– Яр… – прошептала я, глядя в серо-голубые глаза зверя.

Он оступился. Еще мгновение назад собирался нанести смертельный удар старухе, выбить кинжал из ее рук. Но застыл, столкнувшись взглядом со мной.

«Помнишь?!» – прочла я немой вопрос в его диком, искрящимся безумием взгляде.

Один несмелый кивок головы, и Яр отступил.

Я видела, как зверь уступает место человеку. Понимала, что он готов обратиться. Но старуха не медлила. Она ринулась вперед, чтобы нанести удар моему хищнику.

– Нет! – прошептала я и, прежде, чем Арида сдвинулась с места, я заслонила Яра собой. Мне удалось вклиниться между ними и принять удар на себя.

Кинжал рассек кожу, словно масло, вонзился в плоть. По венам помчался яд, вперемешку с нитями черной магии.

– Что ты сделала?! – рычал Яр, подхватив меня прежде, чем я упала на пол к ногам старухи.

Арида израсходовала свои магические резервы, а потому не представляла угрозы Яромиру.

– Он, – ответила я своему голосу, что звучал в моей голове. – Я всегда буду выбирать его.

– Не в этот раз, девочка! – пригрозил Яр.

Он накрыл своей горячей ладонью мои пальцы, сжал. Я чувствовала, как сердце замедляет бег, как из раны струиться кровь, как магический кинжал отбирает последние силы.

– Я узнаю тебя! Узнаю! – словно клятву повторял Яр и первым дотянулся до моего амулета.

Мир померк перед моими глазами.

Боль от прикосновений и от удара кинжала уже не имела значения. Мое тело парило в густой, тягучей тьме. Я двигалась лишь благодаря любимому и родному голосу, зовущему меня. Открыла глаза.

– Баранкина! Хватит дрыхнуть, пока наш грозный цербер не отгрыз тебе голову! – женский голос сбросил остатки сонного дурмана, и я огляделась по сторонам.

Если верить табличке на столе, то отныне я – Тамара Баранкина – офис-менеджер отдела продаж корпорации с весьма громким именем «Мира».

– Тебя шеф вызывал уже двадцать минут назад! – шипела девушка, настойчиво всовывая в мои руки папку с бумагами.

– А куда идти? – тихо спросила я.

– Очень смешно, Тома! Прям вот очень! – шипела девушка, но все же кивнула в сторону стеклянных дверей кабинета, расположенного в самом конце коридора.

Я знала, что ждет меня за этой дверью. Знала, с кем я встречусь сейчас. Чувствовала, что амулет, который передал мне перед смертью Правитель Истинных, не позволит нам с Яром разлучиться и поможет воссоединиться вновь.

Накрыла рукой украшение, висевшее на запястье. Застыла, глядя на камень. Амулет стал меньше, размером с небольшую жемчужину. А значит, этот шанс – последний. У нас больше нет права на ошибку. В этот раз все нужно сделать правильно.

Я смело перешагнула порог, за которым меня ждала моя Судьба с серо-голубыми глазами и повадками хищника.

Перешагнула и замерла в ожидании.

За массивным столом, вернее, на нем, восседала молодая женщина. Короткое платье открывало резинки чулок, демонстрируя кружева на смуглой коже с искусственным загаром. Грудь дамы грозила выскочить из глубокого выреза платья.

Я бы извинилась, да закрыла дверь за собой, покинув кабинет. И слепцу понятно, что шеф немного занят. Мужчина стоял рядом со своей гостьей, скрестив руки на груди, и смотрел на девушку.

Однако этот мужчина принадлежал мне! И сдаваться я не собиралась.

МОЙ Яромир сохранял невозмутимость. А Марика вдруг соскользнула со стола и повисла на мужской, крепкой шее, которую хотелось свернуть голыми руками.

Свернуть хотелось не только мужскую, но и женскую. Мне отчаянно захотелось выдернуть красиво уложенные волосы волчице, посмевшей целовать моего волка.

А она, волчица, прекрасно видя мое появление, лишь усмехнулась, привстала на цыпочки и нарочито громко заворковала на ухо оборотню:

– Ярик, родной, у нас сегодня ужин в ресторане. Не забыл? – заворковала волчица.

Яромир отстранился от волчицы, но не спешил стирать помаду со своего лица. Мне так и хотелось закричать: Убью!

Но приходилось молчать. Если амулет сохранил память мне, значит, Яромир ничего не помнит. И если я в это самое мгновение раскрою ему все тайны, он просто-напросто, запрет меня в психбольнице.

Нет, нужно ждать, пока память вернется.

Скосив взгляд на табличку с именем, улыбнулась и открыто посмотрела на любимого мужчину.

Волчица, заметив мой настрой, перестала скалиться. Прищурилась. И я поняла одну простую вещь: каким-то образом Марике при помощи черной ведьмы удалось переместиться вместе с нами. Она знала все и не собиралась облегчать мне задачу. Скорее, наоборот. Волчица всеми силами будет мешать мне.

– Вызывали, Яромир Сергеевич? – широко улыбалась я, мысленно умоляя любимого вспомнить меня прежде, чем волчица доберется до моего горла.

– Баранкина? Да, садитесь! – хмуро пробормотал Яр, занимая свое место за столом.

Марика фыркнула, поправила короткую юбку, сверкнула недовольным взглядом.

Яр поморщился, глядя в пространство. И я вдруг поняла: его зверь меня узнал!

Я бы рассмеялась от счастья. Но решила, что Марике не нужно знать такие важные факты.