Флаг Святого Георгия: Английский флот во Второй мировой войне - Стефен Роскилл

Прошла первая военная зима, и дни начали становиться длиннее. Точно так же начала укрепляться вера в благополучный исход войны. Система конвоев стала применяться все шире и шире, а подводные лодки как бы исчезли. Появились новые тралы, которые позволили добиться таких результатов, что магнитная мина перестала казаться страшной опасностью. Было налажено истребительное прикрытие каботажного судоходства, которое вырвало ядовитое жало Люфтваффе. Наши эсминцы ставили мины на фарватерах, ведущих к вражеским базам в Северном море, а КВВС начали минные постановки и в более отдаленных районах. Сначала этим занимались самолеты Берегового и Бомбардировочного Командований, а также Воздушных Сил Флота. Но постепенно эта задача была целиком переложена на Бомбардировочное Командование. Мы только отметим, что это была задача, выполнять которую наши КВВС до войны совсем не собирались.

Зимой 1939 — 40 Балтика оставалась замерзшей необычайно долго. В результате сильно сократились перевозки шведской железной руды в германские порты. Это значительно повысило важность альтернативного маршрута, из Нарвика в северной Норвегии в германские порты Северного моря. Адмиралтейство все больше беспокоила перспектива блокады этого пути. Трудность заключалась в том, что почти весь путь пролегал в норвежских территориальных водах между мелкими островками в шхерах. Мы просто не могли позволить противнику использовать этот безопасный маршрут, по которому германские и нейтральные суда доставляли контрабанду. Первый Лорд Адмиралтейства настойчиво требовал минирования проливов. Однако только в марте 1940 кабинет Чемберлена согласился на это. Окончательно было решено, что мины или имитация мин будут поставлены одновременно в 3 пунктах 8 апреля. Главные силы Флота Метрополии будут прикрывать постановки на случай вмешательства норвежского флота. Конечно, мы знали, что германское правительство с тревогой следит за развитием событий, и мы опасались ответной реакции на наши минные постановки. Чтобы помешать противнику в ответ захватить норвежские порты, мы решили подготовить план оккупации Ставангера, Тронхейма, Бергена и Нарвика на случай, если противник выкажет свои агрессивные намерения. Но военный кабинет отказался сделать первый ход, и инициативу перехватили немцы. 6 апреля начали поступать сведения о необычной активности противника, особенно в балтийских портах. Однако Адмиралтейство решило, что это готовится очередной прорыв в Атлантику. Намерения противника были истолкованы совершенно неправильно. 5 апреля наши минные заградители направились к берегам Норвегии, как и планировалось. Их прикрывали линейный крейсер «Ринаун» и 4 эсминца. Постановки были успешно завершены 8 апреля, но теперь события в Северном море помчались галопом. Произошли первые столкновения с германским флотом и авиацией. Так как мы все-таки знали, что противник замышляет нечто, специальных мер для приведения Флота Метрополии в повышенную готовность принимать не пришлось. Во второй половине дня Адмиралтейство прислало адмиралу Форбсу совершенно точное описание планов немцев, но добавило очень неудачную ремарку: «Все эти сведения имеют сомнительную достоверность и могут быть лишь новым ходом в войне нервов». Тем не менее, самолеты начали сообщать о кораблях противника, идущих из Гельголандской бухты на север. Это заставило адмирала Форбса отреагировать, и 8 апреля в 20.15 главные силы флота покинули Скапа и Розайт, взяв курс на северо-восток. Однако Флот Метрополии уже не успевал помешать реализации германского плана молниеносной оккупации Дании и Норвегии. Противник задействовал буквально весь свой флот, чтобы захватить 5 ключевых пунктов в Норвегии от Осло на юге до Нарвика за Полярным Кругом. Германский план был реализован исключительно умело и решительно. Несмотря на все наши приготовления, противник захватил нас врасплох.

В 1939 британское Адмиралтейство решило провести операцию «Катерин». Оно намеревалось в начале 1940 отправить на Балтику эскадру линкоров. К счастью, этот план так и не был реализован, хотя были приложены значительные усилия для разработки плана и подготовки кораблей. Часть из них даже прошла модернизацию и позднее с разной степенью успеха воевала в других местах.

Черчилль писал: «На четвертый день после того, как я появился в Адмиралтействе, я попросил Морской Штаб подготовить план прорыва в Балтийское море». Первая реакция Морского Штаба была сдержанной. Требовалось, чтобы Италия и Япония оставались нейтральными, а угроза с воздуха «могла сорвать дело», но в любом случае перспективы оправдывали детальную проработку плана. Черчилль также обсудил проблему с начальником Отдела кораблестроения Адмиралтейства сэром Стэнли Гудоллом, который, по словам Черчилля, «был немедленно захвачен этой идеей». Однако дневники Гудолла говорят о гораздо более спокойной реакции. В этой статье план операции будет рассмотрен довольно бегло, а основные усилия мы сосредоточим на описании подготовки кораблей.

Адмирал флота граф Корк энд Оррери 21 сентября 1939 был назначен главой группы планирования. В случае начала операции он должен был стать командиром Балтийской эскадры. Мотивы операции до сих пор остаются несколько туманными, но предполагалось лишить немцев контроля над Балтийским морем и организовать там блокаду, главным образом, чтобы перекрыть поток железной руды из Лулео. Вероятно, предполагалось также подтолкнуть скандинавские страны вступить в войну на стороне союзников.

Как мы еще увидим, план несколько раз менялся, но в целом оставался достаточно близким к схеме, предложенной в начале октября 1939. Эскадра должна была состоять из следующих кораблей:

Линкоры: Вэлиант, Уорспайт, Малайя

Тяжелые крейсера: Бервик, Саффолк, Камберленд

Легкие крейсера: Белфаст, Эдинбург, 4 корабля типа Саутгемптон

Крейсера ПВО: Каир, Калькутта

Эсминцы: 16 современных (позднее 24)

Кроме того, предполагалось послать 8 кораблей для траления магнитных мин, гидроавианосец «Альбатрос», плавучую мастерскую «Винидиктив» или «Сентюрион», сетевой заградитель «Протектор» и 4 быстроходных транспорта типа «Глен». Их предполагалось забронировать и вооружить. Каждый из транспортов должен был принять на борт по 5000 тонн нефти и 2000 тонн боеприпасов.

С линкоров и крейсеров планировалось снять катапульты и установить по 2 спаренные 4" установки. Все корабли должны были нести аэростаты заграждения и лебедку. Вокруг зенитных орудий и кранцев планировалось установить противоосколочную защиту. Планировалось установить обогрев орудийных постов и кубриков на эсминцах. Более трудной задачей была установка дополнительных броневых палуб на «Малайе», «Винидиктиве», «Протекторе» и транспортах. Сразу начались работы по переоборудованию транспортов типа «Глен», приступили к формированию аэростатных подразделений. На эсминце «Кандагар» начали устанавливать лебедку и аэростат для проведения испытаний.

Судя по всему, Гудолл узнал об этом плане 11 сентября. Он предложил сформировать эскадру из модернизированных линкоров типа «Ройял Соверен». Гудолл планировал уменьшить их осадку на 9 фт, чтобы они спокойно могли пройти проливами, имеющими глубину 26 фт. Гудолл хотел установить на линкорах були в 2 слоя, что увеличило бы ширину кораблей до 140 фт. Внутренние були планировалось устанавливать в доке, а внешние — на плаву. Но при такой осадке нижняя кромка броневого пояса вышла бы из воды, поэтому планировалось после прохода мелководья часть отсеков затопить и увеличить осадку. Резкое увеличение ширины кораблей улучшало защиту от торпед и позволяло им нести дополнительную нагрузку в виде новых броневых палуб. Були получили кодовое название «галоши», а броневые палубы далее назывались «зонтиком». Скорость линкоров должна была снизиться до 16 узлов при малой нагрузке и до 13–14 узлов при боевой осадке.

Была сделана модель модернизированного таким образом «Ройял Соверена» и 15 сентября показана Черчиллю. Однако после войны не удалось найти никаких следов ни модели, ни чертежей. Первый Морской Лорд тоже видел эти модели, но сказал Гудоллу, что не может выделить корабли. Гудолл предполагал, что такое переоборудование займет около 6 месяцев, если работы получат высокий приоритет. Он отметил в своем дневнике: «Чтобы реализовать «Катерин», придется хорошо потрудиться». Но к этому времени создатели плана операции решили использовать 3 линкора типа «Куин Элизабет».

К 6 октября работы шли на транспортах типа «Глен» под руководством Стида и на противоминных кораблях под руководством Уотсона. Предполагалось использовать ла-маншские паромы со скоростью 18 узлов. Следовало вооружить их, установить тралы и укрепить корпуса, чтобы они могли выдерживать взрывы. Тогда же, 6 октября, Корк энд Оррери (который подписывался сам С & О, мы так и будем далее писать) потребовал назначить руководителя конструкторской группы. Контролер с этим согласился, и 8 октября на эту должность был назначен Э.Н. Гаррисон. Старый холостяк был самой подходящей кандидатурой, чтобы иметь дело с «Катенькой».