Черная Химера - Виктория Оленик

- Как спалось? Я попрошу Елиану вызвать доктора, вид не ахти какой.

- Сквозняки, деточка, только и всего. Доктора пусть вызывает. Милый молодой человек, и приносит отменные пирожные. Может, вы с ним подружитесь?

- Ради пирожных? И не подумаю!

- Зря. А я бы подружилась, еще бы и замуж вышла! Может, не все потеряно, что думаешь?

Я хмыкнула и раздвинула занавески; солнечный свет хлынул в комнату. А с ним и шум города: окна спальни выходили на улицу, где заунывно пела шарманка. Пригрозив шарманщику кулаком - мальчишку я знала, так что быстро удрал, - я повернулась к старушке.

- Потеряно? Да ну! Все только впереди! И доктор этот будет наш, вот увидите! Надо только выбрать правильную тактику. Например, комплименты, улыбочки всякие...

Непременно маньячные и на фоне пыточных инструментов... я хмыкнула и о последнем пункте умолчала.

Тем более, не так и плоха у нас старушка. Она была совсем маленькая - "высохшая" про таких говорят. Ее волосы - рыжие с сединой - торчали в разные стороны, словно их владелица повстречалась с шаровой молнией. Впрочем, волосы всегда тщательно укладывались под чепец, и видно их не было.

Одевалась наставница опрятно, элегантно; считалась чуть ли не законодательницей мод для престарелых модниц. Мало кто знал, что у этой важной особы в подвале лаборатория, и каждую ночь, с безумным блеском в глазах, она изобретала разные запрещенные штуки. Зелья там, или артефакты.

Я всегда ругалась на эту зловредную бабулю и притворялась, что ненавижу ее всем сердцем. Даже перед собой. Меня часто предавали, и примириться с чьей-то добротой оказалось сложнее, чем поверить в людскую злобу. И все же... в глубине души я знала: если со старушкой что-нибудь случится, будет очень больно.

Но иногда я таааак эту ведьму ненавижу!

- А теперь посмотрим на твой внешний вид, - вкрадчиво пропела бабулька, щурясь и раздувая ноздри, будто учуяла дичь.

...Особенно в такие моменты. Я замерла, едва дыша. Честное слово, иногда эта хлипкая старушка пугает до икоты!

- Перчатки! - наконец, торжествующе взревело это чудовище. Ах ты, чтоб их! - Юная леди, пункт тысяча десятый, глава сто пятая, свод Законов приличных девушек! Так где это ваши перчатки, позвольте узнать?!

- Э, перчатки? Это такие... тряпки с пятью пальцами? Где-то точно валяются.

- Что значит, где-то? - Старушка подумала и округлила глаза. - Что значит, валяются?! Что скажет прислуга, если увидит девушку без перчаток?

О, прислуга много чего сказала, когда увидела меня без перчаток, чепчика, туфель, зато в штанах, кожаной куртке и в боевой раскраске!

- И где носит Елиану? Подушки не взбиты. Одеяло скомкано. - Старушка капризно поджала губы. - Где эта лентяйка? Уже две минуты, как должна быть тут и...

- На ее месте я бы дрыхла без задних ног!

- Как можно без разрешения перебивать? Ты меня до гроба доведешь! Столько лет учу тебя манерам, но легче превратить курицу в индейку. Вот выдам замуж, дождешься!

- Ха, кто еще дождется! - Я взбила подушки, но вместо благодарности получила возмущенный вопль.

- Руки прочь! Юной леди не пристало... - Она посмотрела на меня и махнула рукой. - Ладно, позови Елиану. Ты совершенно не умеешь взбивать подушки. И еще хочу чай, пирожное и шампанское. И заодно молодость, но, поскольку вы абсолютно бестолковы, то дайте мне чай и пять капель микстуры.

- Щас.

- Не "щас", а "сейчас", молодая девушка!

- Ой, а то я не знаю! - Я позвонила в колокольчик и занялась чаем. - А можно мне на недельку взять отпуск?

- На неделю? Исключено. - Сурово поджала губы наставница. - Куда это ты собралась, позвольте узнать?

- Мне надо бы проведать мою кузину, она вроде заболела. - Может, и правда заболела. Она всегда болеет, когда мне на задание. Правда, родственников у меня нет... То есть они существуют, но я их вот уже лет восемь не видела и видеть не хочу. Но старушке об этом знать вовсе не обязательно.

- Кузину? Какая-то она у тебя больная вся, - подозрительно сощурилась бабушка. - Ладно, можешь ехать.

Я просияла.

***

Вечером я прокралась в лабораторию и стащила... позаимствовала то есть... несколько зелий телепортации, парочку водных зелий, одно огневое и пять штук иллюзионных. Свою добычу я спрятала под кроватью, уверенная, что никому не придет в голову туда лезть... десять мышеловок тому гарантией.

Часы пробили семь. Я сняла платье и прочие доспехи "благовоспитанной девицы", встала на четвереньки и потянулась. Мой организм перестраивался быстро и безболезненно. Как-то мне пришлось увидеть перевоплощение оборотня-волка, мучительное, долгое... хвала богам, моя вторая ипостась не волчья! Видно, пантеры ближе к человеку по строению. Хотя не поручусь.

Я тщательно охраняла свой секрет. Слишком хорошо знала, чем может обернуться болтливость. Люди готовы наброситься на всё, что не похоже на них, на всё непонятное, пугающее... это больно. От тебя отворачиваются все - даже родные. И ты остаешься одна. "Вот она, цена человеческой любви: будь, как мы, или умри". Придворный менестрель попал в точку.

Перестроившись, я с опаской оглянулась на дверь и выпрыгнула в окно.

Черные бархатные лапы ступают тихо, неслышно... можно подкрасться к кому угодно, в любой момент. Настороженные уши улавливают писк летучих мышей, шорох листьев и разговор деревьев - идеально, если хочешь остаться незамеченным. Зеленые глаза с вертикальными зрачками видят в темноте, как при ярком свете. Я любила вторую ипостась. Она мне куда ближе первой, человеческой.

Город окутывал запахами. Я едва не свернула в таверну, соблазненная пирожками с - мрррмяу! - курочкой, но все же удержалась. Больше, к счастью или к несчастью, запах курицы мне не попадался. Повсюду кружилась только пыль, целые клубы городской пыли.

Наверное, я бы расчихалась, но есть у ипостаси один недостаток - одежда. Увы, но ее как раз приходилось тащить в зубах.

- Пчхи, - все-таки чихнула я, едва не выпустив сумку из зубов. Э, нет! Что мне потом, голой бегать? Не то что бы я стеснялась - да пускай себе смотрят, раз надо! - но уж больно холодно без одежды, еще заболею, чего доброго.

Спрыгнув с забора, я нырнула в кусты, превратилась и принялась копаться в сумке. Мне повезло, что освещение плохое, хотя один наблюдатель все-таки нашелся.

- Мяу? - Звучало это примерно как "какого шейса?". Черная кошка выглядела настолько растерянной и убитой горем, что я невольно фыркнула.

- Не бойся, подрастешь! - Я натянула свитер через голову и бросила кошке случайно завалявшийся в сумке пирожок с мясом. Никогда не знаешь, где проголодаешься: Рат вечно потешался над моей запасливостью, но что он там понимает?