Королева ходит последней - Валентеева Ольга

— Это только сон, Ил. Ложись, закрывай глаза, а я посижу здесь, пока ты не уснешь, хорошо?

Мальчик кивнул и забрался под одеяло. В его кошмарах не было ничего удивительного. Я прекрасно его понимал. Сам порой просыпался оттого, что видел битву с литонцами и даже слышал запах гари. Тогда Леонард Эйш, демоны б побрали его душу, испепелил наши войска, загнал в огненную ловушку. Он был боевым магом, что редкость. Да только его давно уже нет. Я находился в Эйшвиле, когда он умирал. Жалкое зрелище. А Илверт, похоже, мальчишка впечатлительный, и главное — еще ребенок. Если взрослым тяжело справляться с личными демонами, то каково ему?

— Расскажи мне что-нибудь, — попросил он.

— Что?

— Не знаю… Какую-нибудь историю.

— А ты будешь спать?

— Буду.

— Ну хорошо…

Сказок я особо не помнил, потому что их не читал. А вот сегодняшняя брошюра все еще была свежа в памяти.

— Когда-то в мире жило много магов, — начал я, — и их сила была совершенно разной. Кто-то говорил, это из-за влияния планет при рождении. Другие считали, что все определяет характер. Третьи и вовсе считали, что магия — вещь спонтанная и непредсказуемая. Ученые так и не поняли, откуда берется магия, но условно разделили ее на целительскую, боевую, защитную и некромагию.

— Что такое некромагия? — сонно спросил Ил.

— Возможность повелевать духами умерших, — ответил я. — Так вот, триста лет назад жил один маг…

Я еще не закончил рассказывать о похождениях Галла Эргуса, одного из основоположников магической науки, как Ил уже спал. Тогда я поднялся и вернулся в свою комнату. Странно все это… И, как и написал Эрвингу, похоже, на этот раз я в Литонии надолго.

ГЛАВА 7

Бранда

Скотина! Змеюка белобрысая! Остаток карандаша полетел в дверь. Ненавижу эту дрянь. Всего пару дней знаю, а уже ненавижу! У-у-у! Я заметалась по кабинету, стараясь справиться с желанием крушить все на своем пути. Это на что он мне сейчас намекал? На то, что ему известно о моих отношениях с Эрвингом? И что теперь? Я семь лет его не видела и больше не увижу. Все осталось в прошлом, все. Но как же легко он вывел меня из себя! Демонов Вейс. Была бы я магичкой, прокляла бы, и вовек не отмылся.

В двери постучали.

— Ваше величество, все в порядке? — раздался голос стражника.

— Все хорошо, — ответила я.

Да, все хорошо. Всего лишь иголка со стороны Вейса. Мелкая, неприятная, но болезненная. А я повелась. Как девчонка повелась и, вместо того чтобы сохранять спокойствие, мечусь по комнате, словно загнанный зверь. Но я здесь королева, и я тоже умею играть, лер Вейс. Как бы узнать, что собой представляет этот тип? Поручить своей разведке? Да, пожалуй. У него есть оружие против меня, у меня должно быть такое же против него. Никто из нас не свят. Уверена, в биографии Ника Вейса много темных пятен. А пока надо понять, как себя с ним вести.

Достала шифровальную доску и набросала приказ узнать все, что возможно, о посланце Осмонда. Передала ее слуге, чтобы уже завтра получить первые результаты. А пока… Что мне самой удалось понять о Нике Вейсе? Во-первых, он умен. В этом змею не откажешь. Во-вторых, он ловкий манипулятор. Уверена, это цветочки. Впереди мы не раз убедимся в его талантах. А вот больше я ничего не могла сказать, потому что не обладала необходимой информацией. Демоны бы его забрали!

В двери постучали. Только не в основные, а тайного хода. Они сговорились, что ли? Я подошла к книжному шкафу, взяла с полки книгу по истории Литонии — и открылся проход. Фигура в сером шагнула в комнату.

— Послание для вас, моя королева. — В руки перекочевал тонкий конверт, и мой визитер исчез так же быстро, как появился. В конверте, конечно же, тоже был шифр, но я с легкостью прочла:

«Ваше величество, влияние Изельгарда только растет. Король Осмонд наращивает силы. Думаю, вы понимаете, что в таких условиях наш союз станет спасением для Литонии. Верания может гарантировать Литонии независимость от Изельгарда. Прошу принять посланных и обдумать наше предложение».

Подписи не было, но я и так знала, что послание — от короля Верании. Веранцы давно намекали на взаимовыгодный союз, но Верания была столь же ненадежным союзником, как и Изельгард, поэтому и не торопилась давать ответ. Но выслушать посланцев можно. Написала на оборотной стороне: «Через неделю во дворце будет прием. Я готова принять посланных».

Открыла тайный ход и оставила записку на полу, откуда ее немедленно заберут. Ладно, послушаем, что еще может предложить нам король Верании. А пока стоит отдохнуть и решить, что делать со шпионом. Вариантов было несколько. Первый — обставить все так, будто он продался Верании, и казнить. Но тогда Осмонд пришлет другого, и, возможно, еще менее удобного. Второй — сделать так, чтобы лер Вейс и носа не высовывал с королевской половины. Но, судя по сегодняшнему разговору, надежды на этот вариант мало. И, наконец, достигнуть нейтралитета. Зачем сразу настраивать прихвостня Осмонда против себя? Я всегда искусно пользовалась женскими чарами, а Ник Вейс, каким бы хитрым интриганом ни был, все-таки мужчина. Но надо подумать. Проигрывать нельзя. Ни в коем случае.

А сейчас можно отдохнуть и расслабиться. Я вышла из кабинета и направилась в свои покои. Стража шла на два шага позади. После покушения полгода назад в коридорах дворца стало еще более неуютно, к тому же мне продолжал повсюду мерещиться покойный муж. Вошла в спальню, дождалась, пока служанки помогут снять платье, расплести волосы и переодеться ко сну. Позвать Мартина? Почему бы и нет?

Мой фаворит явился ровно через десять минут, счастливый, будто наградила его мешком золота. Глупый, глупый, глупый. Но это к лучшему. С Мартином можно было не притворяться. Он смотрел на меня глазами, полными обожания, и очень напоминал щеночка, который видит любимую хозяйку. Да, не тот тип мужчин, который всегда меня привлекал, но крайне удобный.

— Ваше величество! — Он упал на колени у моих ног и прижал к губам ладонь. — Я думал, вы сердитесь на меня за что-то.

— Я не сержусь, — ответила мягко. — Всего лишь сложный день.

— Могу я помочь вам отдохнуть?

Милостиво кивнула и легла на кровать. Марти тут же сел рядом, забрал в плен мои ступни, начал нежно массировать пальчики — так, как мне нравилось. Я воспитала для себя идеального любовника, что уж там. Тихого, покорного, готового исполнить любую просьбу. Да, иногда с ним было до невозможности скучно, но и он сюда приходил не вести светскую беседу. Я млела от его пальцев, растирающих ступни. Все призраки мигом отступили, оставив нас один на один. К пальцам присоединились губы. Мартин выцеловывал узоры на лодыжках, затем у коленей, на бедрах. Сладкий, мальчик. Слишком.

Но сегодня мне было все равно. Марти прекрасно знал, что делать. И тело плавилось от его осторожных, нежных прикосновений. Я не мешала себя любить, а глупышка Марти любил меня, глубоко и самозабвенно. К чему отталкивать его, если нам неплохо вместе? И потом, иногда приятно знать, что кто-то теряет от тебя голову. Я даже подумывала как-то перевести Марти из королевских гвардейцев в свою охрану, но когда представила, что буду целыми днями видеть его влюбленные глаза, затошнило. Нет уж, пусть остается там, где есть, а я буду звать его, когда вздумается.

А тело уже горело, разгоряченное умелыми ласками. И после безумно тяжелого дня пришло если не удовольствие, то покой. Пик миновал, Марти глядел на меня затуманенным взглядом, а я раздумывала, отправить его сейчас или продолжить. Решила, что стоит отдохнуть. В нынешних условиях лучше иметь трезвый ум.

— Ступай, — сказала ему. — Завтра позову.

— Завтра я в ночном карауле, ваше величество, — промямлил Марти.

— Это тебя останавливает?

— Нет, но лер Вейс…

— Опять Вейс! Сговорились вы все, что ли? Вон отсюда!

Мартина смело, будто вихрем, а я откинулась на подушки. С другой стороны, зря прогнала мальчишку. Надо было поручить ему следить за Вейсом, уж на это он сгодится. Ничего, завтра позову снова и в качестве великой милости попрошу послужить короне. Улыбнулась своим мыслям и поспешила в купальню. Теплая вода и вовсе разогнала скопившийся холод. Ничего, все будет так, как я хочу. Иначе и быть не может.