Клятва на огне - Ирина Игоревна Голунцова

то же время она не уставала повторять, что эту тайну необходимо держать в секрете, иначе каждый захочет воспользоваться им.

И вот, после нападения героев на поместье моей семьи, я оказалась в доме Тодороки, каким-то образом привязанной к Старателю. Я лишь знала, что он убил моих брата и сестру, по крайней мере мне так сказали. Временную амнезию списывали на шок, но нутром чуяла — к этому приложил руку комитет безопасности.

Вероятно, они поняли принцип действия моей причуды, и если бы я узнала, как выбирать хозяина, то сбежала бы. Они подобного не хотели допустить, как я подозреваю, не столько из-за моей причуды, сколько из-за происхождения. Семья Юмемия вела бизнес по транспортировке грузов судами, держала порт в своих владениях, и как я знала, нелегально занималась поставками оружия. В прошлом Юмемия принадлежали к миру преступников, а с пришествием героев были вынуждены подстраиваться под новые реалии, чтобы выжить.

Я не собиралась оправдывать родителей, а также порицать их. Я любила свою семью, и в большей степени запомнила заботу мамы. Отец оставался холоден к нам с сестрой. И все же, несмотря на многие моменты, они заботились обо мне. Но для остального мира являлись преступниками.

В газетах писали, что это был рейд, во время которого Герою Номер Два удалось обезвредить крупную преступную группировку. О том, что в ходе сражения он и другие герои убили детей никто и слова не сказал.

Человек, который для всего мира был героем, для меня на всю жизнь стал монстром. Сейчас, конечно, чувства притупились, я испытывала безразличие к Старателю, раздражение или пренебрежение. Отчасти совсем не захлебнуться собственной трагедией помогли его дети… которых поначалу я, правда, жаждала убить мучительной смертью. Здравствуйте, мои детские травмы.

Я думала, этот кошмар останется в прошлом. Но непонятный случай в отеле, произошедший несколько недель назад, до сих пор не давал покоя. Первые дни ходила, как на иголках, боялась даже не вновь проснуться непойми где, а что Старатель узнает о моем запросе в полицию и свяжет два и два. Вероятно, кто-то из Юмемия выжил, у меня были родственники на Хоккайдо. В последний год я чаще стала выходить из тени незаметной слуги под именем Светлячка, хоть и носила маску.

Проблема, конечно, существенная. Однако сейчас имелся куда более интригующий вопрос: как я, мать вашу, оказалась в таком положении.

— Ваш ход, Наги-сэмпай.

— А? Да? Извините, задумалась.

Вместо того чтобы проникнуться духом человека, не желающего сближаться с кем-то, я поддалась образу души компании и вот уже второй вечер играю с детьми в карты. Потрясающе. Хотя как, детьми? По меркам правительства Японии я сама еще ребенок, остался год до того, как меня загрузят по полной в агентстве. Из минусов — приходится пользоваться фальшивым удостоверением, чтобы покупать алкоголь и развлекаться в клубах. Не думала, однако, что это приведет к тому, к чему привело.

— Эй! Вы вообще нам собираетесь помогать или как?!

— Сегодня вы дежурите, мы же договорились! — чуть обернувшись, отозвалась Урарака.

— Не обращай внимания, он просто не хочет мыть чаны в холодной воде.

— Эй! Я тебя, вообще-то, слышу, двуликая морда!

Компания для игры в карты собралась довольно большая, практически все свободные студенты, едва почуяв намек на возможность расслабиться, разместились рядом. Если не в роли игроков, то наблюдателей. Солнце уже склонилось к горизонту, заливая небо рыжиной, однако зной еще не уходил. Не меньше надоедали и мошки с комарами. А проблема в том, что мне никуда не уйти от ребят. Аизава сказал, я должна присматривать за классом А, не спускать с них глаз.

Блин. Это утомляло.

— Неблагодарные уроды! Я вам это припомню!

— Он у вас всегда так орет? — скидывая карту, уточнила я, даже не глядя на источник шума.

Напротив сидел Шото, миловидная девочка Урарака и ее подруга Тсую находились по правую руку от меня, слева над картами в задумчивости склонился Фумикаге. Никто даже взгляд не оторвал от игрового поля.

— Мы уже привыкли к нему, — сообщила Тсую, — но просим извинить, если он причиняет неудобства.

Вся эта поездка причиняет мне неудобства.

— Да ладно, — невинно улыбнулась я, — мне не привыкать к орущим выскочкам.

Для всех слова не имели особого смысла, только Шото едва уловимо дрогнул уголками губ в ухмылке. Хотелось бы и мне улыбнуться, но скорее уж тянуло плакать.

— Когда вы закончите с уборкой столов, у вас будет соревнования в лесу, так? — уточнила я, глянув на наручные часы. — Ну вообще, у вас есть где-то сорок минут до начала, лучше бы вам начать готовиться к тренировке.

— Успеем.

— Да, не волнуйтесь.

— Боже, я уже хочу сдохнуть…

Ясно, всех уже и так вымотали первые два дня. Выкроить хотя бы несколько минут отдыха для ребят сейчас равносильно маленькой победе.

— Ладно, — сложив свои карты в стопку, я поднялась с земли и потянулась. — Продолжайте без меня, может кто-то вместо меня продолжить.

— Неужели появится шанс выиграть? — моментально встрепенулась Урарака.

— Не расслабляйтесь, у вас тут вот этот товарищ есть, — указав на Шото, напомнила я, наблюдая, как мое место тут же заняла Момо Яойорозу и довольно захихикала:

— Ну, сейчас проверим, насколько вы хороши.

— Ясно, мы сегодня в пролете…

Не ожидала, что по итогу детишки окажутся не такими детишками, а вполне разумными существами. Удивляться ли, если они одного возраста с Шото? Порой уже кажется, что начинаю заведомо испытывать пренебрежение ко всем окружающим. Если мне не хватало общения и взаимодействия с людьми, то это печально, нельзя допускать подобного, я здесь не ради новых знакомств, тем более с подростками… сказала девушка, на три-четыре года их старше, хах.

Осмотревшись и отметив, что неприятности может принести только блондин, едва не кидающий в друзей немытыми поварешками, отошла в сторону и прилипла к телефону. Пока что никаких новостей о YuCor и LitCo. Визит к их офису также не дал результатов, последние снимали несколько помещений в обычном бизнес-центре, занимаясь логистикой. Полиция не предоставила мне больших сведений, чем в предыдущий раз, требовалась доверенность главы агентства, то есть Старателя. А его я ни коим образом не собиралась ставить в известность. Что касалось Шото…

Оторвав взгляд от телефона и обнаружив парня, продолжающего находиться в кругу одноклассников, нахмурилась. Ему я также ни о чем не сообщила, однако он не дурак, понял, что меня что-то обеспокоило. Из всех Тодороки он заслуживал наибольшего доверия, но его… скажем так, неспособность читать между строк и привычка воспринимать все буквально могли сыграть злую шутку. Что-нибудь взболтнет отцу или