Антистресс в большом городе - Наталья Царенко

Как следствие феминизма сформировался типаж не просто самостоятельной, но и самодостаточной женщины, многократно растиражированный кинематографом и литературой. И эти женщины создали тех, кто сегодня является нашими братьями и мужьями.

Современных мужчин в основном воспитывали «сильные», самостоятельные, занятые женщины (а мужчины от этого процесса, увы, самоустранились). Так что эти «мужчинки», как любят их называть «современные, сильные и успешные», закономерный продукт воспитания: а зачем им быть самостоятельными, если в их услугах и так никто не нуждается? А зачем быть джентльменом, если это воспринимается в ответ как легкая блажь? Зачем романтика, если все равно никто не поймет и не оценит – ведь нынешние дамы не Прекрасные, а Прагматичные… Так что все, увы, закономерно…

Кого воспитаем мы сами – это пока вопрос без ответа, но хотелось бы учесть ошибки…

Причина вторая: мужчины все же занимаются в наше время совсем иной деятельностью, чем века назад, поэтому и типаж мужчин меняется. Это неизбежно. Раньше востребован был физически сильный, решительный мужчина, потому что такова была жизнь. Теперь быт стал значительно проще, человек работает в обществе, и прежде всего от него требуются не физическая сила, смелость и напор, а коммуникабельность, дипломатия, интеллект, умение переключаться. Мужчины стали меньше мачо и больше гуманистами. Те, кто привык к мачо, чувствуют себя обманутыми, эти мужчины новой формации для них – какая-то размазня… А те, кто устал от мачо, вздохнули с облегчением: наконец-то мужчины вспомнили, что они в первую очередь люди, и уж потом самцы. Просто одна скажет «мне такой и даром не нужен», а другая будет всю жизнь с ним счастлива. Если настаивать на том, что мы, женщины, все такие разные, неподражаемые и неповторимые, то почему же от мужчин требуем однотипности? Оставьте и им возможность тоже быть всякими.

Кстати, о мачо. Мачо – это красиво со стороны, в кино посмотреть интересно, на себя примерить волнительно – «ах, какой мужчина, мне б такого»… Но в повседневности – ух, как это сложно и малоприятно! У мачо главная проблема вот в чем: они делают упор на свою маскулинность (мужественность то есть). А с некоторых пор (когда ей уже давно не 18 лет) женщину в первую очередь начинают интересовать человеческие качества, а не только сексуальность.

Еще одна проблема мачо – шкура толщиной в метр. Кто-то когда-то слишком часто говорил им, что мальчики не плачут, – ну вот они и выросли такими пуленепробиваемыми. Со стороны – красиво: «ни один мускул не дрогнул на его волевом лице», но на практике это означает, что, наложив запрет на собственные чувства и эмоции, они пытаются эту модель распространить и на окружающих. То есть нюансы типа «почему тебя коробит от мата» и понятия «сказать грубым тоном» им не всегда доступны…

Вообще, слишком уж демонстративный мачизм – это признак начала увядания мужчины, это не что иное, как самоутверждение за счет несмышленых и неопытных молодых девиц. Интересно, что в среде своих ровесников-ровесниц такие люди не могут чувствовать себя хорошо, так как их статус там оценивается реально – не все дензнаками измеряется.

И вот парни на каком-то этапе понимают, что жизнь не просто идет, а стремительно набирает темп в направлении заката. И им начинает ужасно хотеться, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые…

Более всего это актуально для двух типов мужчин: стареющих донжуанов и мальчиков-паинек. С донжуанами понятно: всю жизнь он был ого-го, но вот пошли звоночки один за другим – что «уже не ого-го», и это приводит человека просто в панику. «А-а-а, впереди старость, потеря статуса, возможностей, потенции, удовольствий… Нужно срочно что-то делать!.. Еще попробую – и докажу себе… и еще раз докажу!!.» Ну и понеслось – люди стараются прожить каждый день как последний.

С образцовыми тихими мужчинами другая история: они понимают, что жизнь достигла пика, понимают, что за пиком неизбежно следует спад, и тоже впадают в панику: «Как же так, жизнь проходит, а я ни разу не попробовал всего, что было почти с любым мужиком, я не совершал безумств, неужели так и помру тюфяком?»

Ситуация осложняется, если рядом появляется женщина, позволяющая все это прочувствовать острее…

Закат жизни мачо печален. Те, кто делает ставку на человеческие отношения, с ними и остаются. А мачо, поставившие на свою мужскую силу, сталкиваясь с неизбежным угасанием функций, угасают и сами как личности. Ведь за душой-то, кроме же ребячества, ни-че-го… Это грустно. И очень похоже на проблемы красивых женщин, поставивших все на красоту, – у них такая ломка начинается к климактерическому периоду – просто страшно…

Причина третья – и главная: разочарования часты тогда, когда нет четкого понимания, чего же тебе, собственно, нужно. Надо уметь определиться в своих требованиях и не желать несочетаемых вещей, например, как вода и оливковое масло.

Если мы требуем от мужчины, чтобы он был сильным, активным и решительным, и в бизнесе на коне, и в любом окружении лидером, и в постели инициативным героем-любовником, то это значит, что нам нужен мужчина с определенным гормональным фоном, то есть с повышенным уровнем тестостерона. Но тогда бессмысленно требовать от него, чтоб он вел себя, как кастрированный кот, иными словами, при этом был еще и примерным семьянином, и добрым, и мягким, и сговорчивым в домашнем быту. Бывают, бесспорно, такие экземпляры, в которых и гормоны сильны, но и культурный уровень высок, и воспитание отшлифовало все его сучки и загогулины… только они ой как редко бывают… и все больше в кино… и все больше в кино «не о нас».

А если нужен мужчина мягкий, ласковый, внимательный, чтоб пылинки сдувал и «целовал песок, по которому ты ходила», чтоб помнил все твои трещинки, все годовщины, и дарил розы, и зажигал свечи, и с детьми возился, и добрым был, как лабрадор, – то надо быть готовой идти на компромиссы… Например, согласиться с тем, что такой мужчина может оказаться в постели не гигантом (хотя и внимательным, и ласковым). Гормональный фон-то другой… Так что главное – определиться с оптимальным типом и не требовать от мужчины, чтобы он был этаким праздничным набором – «все в одном флаконе».

Если цель поставлена правильно, не будет и разочарований.

Кризисы семейной жизни – как определить меру фатальности?

Как давным-давно сказал уважаемый Лев Николаевич, все несчастливые семьи несчастливы по-своему. И был прав. Действительно, практически все проходят через так называемые «кризисы семейной жизни», но мало кто задумывается о природе этих кризисов и о мере их фатальности.

Поэтому, сталкиваясь с проблемами, некоторые люди склонны ставить крест на семейной жизни, хотя достаточно было бы поработать над отношениями, переосмыслить их – и все оказалось бы не так трагично. Есть и противоположная крайность – когда люди годами пытаются ужиться, тщетно надеясь, что «стерпится-слюбится», и так и умирают чужими друг другу людьми.

Так как же определить, что такое кризис отношений вообще и чем он грозит?

На самом деле, кризис – это вовсе и неплохо, несмотря на тяжесть переживания самого процесса. Любой кризис, как мы уже говорили, так или иначе перерождение, шанс увидеть в себе и других нечто новое, взглянуть на жизнь по-другому.

Но сами причины конфликтных ситуаций лежат зачастую в кардинально разных плоскостях у разных людей.

Если банально быт заел, но люди понимают друг друга, просто срывы у обоих от усталости или резкой перемены образа жизни, а у молодых мам – еще и от гормональных изменений, тогда все вполне решаемо. Такие пары если и ругаются в пух и прах, все равно могут договориться и помириться; даже если разбегаются, потом могут сойтись опять, когда остынут и одумаются.

Их отличительная особенность в том, что этим людям плохо друг без друга, и причина, по которой они мирятся и сходятся снова, – тоска по партнеру: «На тебе сошелся клином белый свет!»

А вот если кризис фундаментальный, так сказать, если все дело в разных взглядах на жизнь, разных подходах к себе и к людям, если все это не просто различно, но кардинально противоположно, причем настолько, что не согласуется друг с другом никак – это действительно фатально. Ребенок, конечно же, в такой ситуации будет не «спасение брака», а лакмусовой бумажкой, либо катализатором, либо тем и другим. Не причиной, а поводом.

Отличительная особенность таких пар в том, что этим людям плохо друг с другом, а, расставшись, они отдыхают душой, расслабляются и зализывают раны. Сойтись снова или помириться их заставляет развитое чувство долга (к примеру, перед детьми или родителями) или материальные обстоятельства. Но не чувства.

Чтобы понять, к какому типу относится конфликтующая семья, следует понаблюдать, на почве чего возникают ссоры. Если по поводу того, «почему снова картошка пригорела», «кто сегодня моет посуду», «опять не хватает денег» и т. д. – это решаемо, как правило. А если дело в том, что люди жизнь видят по-разному, если идут баталии на тему взглядов на ключевые моменты жизни (например, на воспитание ребенка, роль мужчины/женщины в семье, на религию, на политику), то есть на тему отношения к глобально важным вопросам, тут прогноз куда менее благоприятный…