Петля - Сергей Александрович Арьков

он представляет. Но каков бы ни был его размер, из него должен быть выход. Потому что выход есть отовсюду. Нужно только найти его, и не отдать концы в процессе.

Андрей вернулся в коридор, выбрал комнату подальше от выхода, натаскал туда газет и с головой зарылся в их шуршащий ворох. Ноги в мокрых ботинках мерзли, рюкзак, положенный под голову в качестве подушки, был слишком жестким. Андрей прикрыл глаза, и подумал о том, что, проснувшись, он поступит иначе, чем действовал прежде. Больше никаких хаотичных метаний. Двигаться строго в одном, заранее избранном, направлении. Лучше всего, вверх по лестнице. Теперь ему не страшны темные участки, поскольку он худо-бедно освоил технологию изготовления факелов из подручных материалов. У него есть оружие, чтобы защитить себя, у него есть небольшой запас пищи и воды. Он будет идти до тех пор, пока не выберется из этого проклятого лабиринта. А если кто-то попытается его остановить, пусть пеняет на себя.

Глава 4

Спасла его обострившаяся за последние часы интуиция. Распахнув глаза, он увидел рядом с собой человека с самодельным копьем в руке. Прежде, чем незнакомец успел сделать то, что задумал, Андрей резко лягнул его ногой в колено. Послышался болезненный визг. Человек рухнул на пол, выронив из руки копье.

Андрей рывком вскочил на ноги, выхватил нож, и тут же едва не получил заточкой в пах – лишь в самый последний момент успел отпрыгнуть назад. Человек, тем временем, потянулся к своему копью.

Решив больше не церемониться, Андрей с силой ударил агрессора ногой по голове. Незнакомец повалился на пол и больше не шевелился.

Первым делом Андрей завладел выбитым из вражеских рук оружием – копьем и заточкой. Затем осторожно приблизился к поверженному недругу, присел возле него на корточки и сбросил с его лица длинные грязные волосы.

– Баба! – проворчал он, разглядывая чумазую мордашку.

Определение возраста незнакомки затруднял толстый слой въевшейся в кожу грязи. На глаз было где-то от двадцати пяти до тридцати, или около того. Андрей прикоснулся рукой к ее грязной шее, нащупал пульс, и убедился в том, что женщина жива. Это его обрадовало. Наконец-то кто-то сможет объяснить ему, что за дьявольщина здесь происходит.

Проволокой он надежно и безжалостно связал женщине руки за спиной. Затем тщательно обыскал ее на предмет иного оружия, и, как оказалось, не зря. В карманах незнакомки ждали своего часа еще две заточки.

Выглянув в коридор, Андрей обнаружил там рюкзак, такой же самодельный, как и его, только сшитый заметно лучше. Похоже, женщина оставила его здесь, чтобы не он не мешал ей делать черное дело.

Незнакомка продолжала пребывать в бессознательном состоянии. Присев на пол возле стены, Андрей развязал горловину трофейного рюкзака и вывалил на пол его содержимое. И тут же засиял от радости, увидев среди добычи два тюбика с уже полюбившимся ему паштетом. Помимо них в рюкзаке оказалось три мотка проволоки, дерматиновый ремешок с двумя карабинами по краям, вероятно, от сумочки, обмотанная тряпьем лопата с короткой ручкой, бутылка с грязной водой, и несколько скрученных в рулон листов бумаги, обернутых сверху газетой.

Развернув листы, Андрей увидел нарисованную от руки то ли карту, то ли схему неизвестно чего. При этом на схеме было столько исправлений, добавлений и непонятных простому смертному символов, что разобраться в ней не представлялось возможным. Даже если эти каракули являлись картой, прочесть ее мог только непосредственный автор.

Андрей покосился на женщину, продолжающую пребывать в глубоком нокауте. Если уж она таскала чертежи с собой, то должна разбираться в них. И она все-все ему расскажет. Пусть только попробует не рассказать! Андрей не собирался с ней церемониться.

Тюбики с паштетом он переложил в свой рюкзак. Уже собрался сунуть туда и проволоку, но в последний момент передумал. Сумка у агрессивной барышни была гораздо лучше, большего объема и прочнее сделанная, так что Андрей решил присвоить ее в качестве трофея. В конце концов, полагалась же ему какая-то компенсация. Злюка с копьем собиралась его убить – в этом он нисколько не сомневался. Ну а если и не убить, то ограбить точно.

Переместив свое добро в трофейный рюкзак, Андрей перекусил содержимым одного тюбика, хлебнул воды и решил, что настало время будить спящую красавицу. Он не собирался ждать, пока она очнется сама. На это могло уйти слишком много времени. А время в лабиринте тоже было врагом, и врагом смертельно опасным.

Из сказок Андрей кое-что знал о методике пробуждения коматозных принцесс, но при данных обстоятельствах счел возможным заметить волшебный поцелуй волшебным пинком. Одного оказалось мало, слишком сильные чары он наложил на барышню метким попаданием. Пришлось лягнуть ее трижды. Лишь после этого женщина слабо зашевелилась и застонала. Поигрывая копьем, Андрей навис над нею и потребовал:

– Вставай! Вставай! Хватит дрыхнуть. Пол холодный, простудишься.

Женщина прекратила ерзать и скосила на него взгляд прищуренных злых глаз.

– Доброе утро, – блеснул вежливостью Андрей. – Как спалось?

Женщина что-то процедила сквозь зубы, кажется, упомянула чью-то маму. Андрей легонько ткнул грубиянку копьем, дабы у той не возникло никаких радужных иллюзий по поводу своей дальнейшей судьбы.

– Расклад такой, – произнес Андрей нарочито суровым тоном. – Ты или отвечаешь на все мои вопросы, притом отвечаешь честно и в полном объеме, и тогда я, возможно, подобрею. Или поступаешь как-то иначе, и в этом случае мне придется принять меры. И я обещаю – они не придутся тебе по вкусу.

Женщина поморщилась и спросила:

– Какие еще вопросы?

Андрей некоторое время наблюдал за тем, как пленница безрезультатно пытается сесть, затем подошел, грубо схватил за копну грязных волос и оказал помощь. Его джентльменство женщина перенесла молча, только заскрежетала зубами от боли.

– Вопросов у меня за последние сутки накопилось немало, – поделиться с ней Андрей, присев рядом с пленницей на корточки. – Но есть один ключевой. Очень мне хочется знать, где я нахожусь в данный момент.

Женщина медленно обвела взглядом голые бетонные стены, вздохнула, и ответила:

– В комнате.

Андрею стало ясно, что доверительной беседы не получится. Пытать пленницу по-настоящему, то есть ломать кости и выдавливать пальцами глаза он, естественно, не собирался, но вот небольшая порция боли должна была пойти ей на пользу. Поднявшись на ноги, он шагнул к женщине, резким движением ухватил ее за ухо и начал выкручивать его так и этак. Несговорчивая собеседница терпела недолго, и уже через мгновение по мрачным коридорам прокатилось эхо ее болезненного визга.

– Как-то мы неважно начали, – признал Андрей, завершив процедуру. – Давай-ка все